Чтение онлайн

Хант сделал паузу, не спеша вытащил из внутреннего кармана пиджака портсигар и быстро осмотрел его, не теряя нити рассуждений.

– Интересно, что именно они знали о той звезде, чего не знаем мы, – наконец произнес он, и его голос стал едва слышен. – Интересно, что именно они знали о той звезде, раз дали ей такое имя. Мы уже давно подозревали, что гиганты могли переселиться в другую звездную систему, но были не в состоянии доказать это наверняка или указать звезду, которая могла быть их целью. И тут такое…

Хант застыл, держа зажигалку на полпути ко рту.

– Дон, – спросил он. – Ты никогда не замечал, что судьба время от времени напоминает о себе, чтобы протянуть руку помощи?

– Никогда не думал в таком ключе, – признался Мэддсон. – Но теперь, когда ты об этом упомянул, видимо, остается только согласиться.

Со временем ганимейские ученые сблизились с научным сообществом Земли и наладили более тесную работу с земными исследователями. В некоторых областях информация, которой поделились инопланетяне, оказала заметное влияние на развитие человеческого знания.

Карты, взятые из банков данных ЗОРАКА, показали, как поверхность Земли выглядела на момент первых минервианских экспедиций, во время позднего олигоцена. Атлантический океан на них был почти в два раза уже, чем на современных картах, а это, в свою очередь, доказывало, что эпоха олигоцена была настолько же ближе к моменту отделения Американского континента. Средиземное море было гораздо шире, а Италия – частично повернута в сторону, ведь к тому моменту неумолимое движение Африки на север еще не успело вдавить ее в Европу, образовав Альпийские горы; Индия только присоединилась к Азии, начав воздвижение Гималаев, а Австралия располагалась куда ближе к Африке. Измерения этих карт дали возможность тщательно проверить действующие теории о строении тектонических плит и взглянуть на многие аспекты наук о Земле в совершенно новом свете.

Все это время ганимейцы наотрез отказывались сообщать, где именно находились их экспериментальные колонии и какие именно области были затронуты экологическими катастрофами, к которым привело их вмешательство. Эти темы, говорили они, лучше оставить в прошлом, где им самое место.

В физических институтах и университетах по всему миру ганимейцы делились с землянами пережитками и фундаментальными идеями, составлявшими теоретическую основу той продвинутой науки, благодаря которой и была создана технология гравитики. Инопланетяне не предоставили чертежей для устройств и приспособлений, принципы которых выходили за рамки человеческого понимания и знакомство с которыми было бы преждевременным; они ограничивались лишь общими подсказками, утверждая, что люди заполнят пробелы по-своему и именно тогда, когда для этого придет время.

Они рисовали картины светлого и многообещающего будущего, рассказывая о безграничном богатстве ресурсов, которыми может поделиться Вселенная. Все вещества, говорили они, состоят из одних и тех же атомов, поэтому при наличии нужных знаний и достаточного количества энергии любую субстанцию – будь то металлы, кристаллы, органические полимеры, жиры, сахара и белки – можно синтезировать из легкодоступных материалов, в которых человечество не знает недостатка. Энергия, как уже начали понимать люди, только и ждет, пока ее кто-нибудь добудет – причем в совершенно немыслимых количествах. Из общего количества энергии, излучаемой в пространство нашим Солнцем, земным диском улавливается меньше одной триллионной. Примерно половина этой энергии отражается обратно в космос, и лишь малая часть остатка, доходящего до поверхности планеты, используется для практических нужд. Используя коммерческий жаргон землян, ганимейцы назвали крошечные карманы энергии, в той или иной форме спрятанные на поверхности планеты, «стартовым капиталом человечества». Будущие поколения, предсказывали они, будут видеть в программе «Аполлон» лишь авансовый платеж по лучшей из долгосрочных инвестиций, когда-либо сделанных человеком.

По прошествии месяцев две культуры так тесно переплелись и так свыклись с обществом друг друга, что многим начало казаться, будто гиганты были здесь всегда. «Шапирон» курсировал вокруг Земли, проводя по одному-два дня в крупнейших аэропортах планеты и привлекая десятки тысяч гостей; отдельные группы пассажиров ганимейцы выборочно брали на борт, устраивая часовые полеты – вокруг Луны и обратно! Любой человек, который имел доступ к терминалу Глобосети и был в силах продраться через постоянно перегруженный публичный обменник, мог поговорить с ЗОРАКом, а несколько приоритетных каналов были зарезервированы для распределения между школами. Несмотря на свое происхождение, многие из юных ганимейцев полюбили бейсбол, футбол и другие подобные им виды спорта, совершенно незнакомые им за прошлую жизнь, проведенную в изоляции «Шапирона». Вскоре они даже основали собственные лиги, чтобы бросить вызов собратьям с Земли. Поначалу старшие были несколько обеспокоены таким поворотом событий, но позже рассудили, что благодаря идее соперничества люди и смогли достичь так многого за столь короткий срок; вероятно, попытка привить земную волю к победе ганимейцам с их аналитической способностью к поиску решений была не таким уж плохим решением.

В течение шести месяцев ганимейцы объезжали все нации Земли, изучая их образ мышления, впитывая культуру и встречаясь с людьми: верхами и низами, богатыми и бедными, простыми и знаменитыми. Спустя какое-то время они и вовсе перестали считаться «инопланетянами». Теперь они были лишь одним из факторов внешней среды, постоянные изменения в которой уже давно стали для землян привычным делом. От внимания Ханта, теперь уже в глобальном масштабе, вновь не ускользнул тот факт, который он заметил еще на «Копре», когда ганимейцы на неделю покинули базу, чтобы посетить Плутон, – на Земле они казались «своими». Если они больше не будут всюду попадаться на глаза и исчезнут из новостных заголовков, планета просто перестанет быть такой, как должна.

И вот, в один из дней, земной шар облетела новость, что вскоре Гарут выступит в Глобосети с важным обращением ко всем жителям планеты. Намеков на суть этого обращения никто не давал, но всеобщий настрой предвещал важные перемены сам по себе. Когда наступил вечер, в который Гарут должен был произнести свою речь, весь мир замер в ожидании перед миллиардом экранов.

Гарут долго говорил о событиях, случившихся после прибытия ганимейцев. Он упомянул о многих достопримечательностях, которые довелось повидать ему и его спутникам, местах, где они побывали, и том, чему научились. Он вновь выразил изумление, которое ганимейцы испытали при виде возбуждения, бодрости и нетерпеливого угара буквально на каждом углу планеты, которую он назвал «фантастическим, неподвластным воображению миром». И от имени своего народа вновь поблагодарил правительства и жителей планеты, которые не только подарили ганимейцам свою дружбу, гостеприимство и безмерную щедрость, но и предложили разделить с землянами их дом.

В этот момент настроение Гарута – слегка подавленное во время всей его речи – приняло по-настоящему мрачный оттенок.

– Многие из вас, мои друзья, уже давно знают о существовании гипотезы, которая утверждает, что в далеком прошлом – спустя какое-то время после того, как наш корабль стартовал с Минервы – ганимейцы навсегда покинули планету, чтобы отыскать дом в другой части космоса. Были выдвинуты предположения, что их новым домом стала планета в системе далекой звезды – звезды, которая впоследствии стала известна как Звезда Гигантов.

Обеим этим идеям суждено остаться всего лишь предположениями. Наши и ваши ученые уже несколько месяцев работают сообща, изучая лунарианские записи и каждую зацепку, которая могла бы придать гипотезам больше правдоподобия. Должен сообщить вам, что все эти усилия до сих пор не принесли никакого результата. Мы не можем сказать наверняка, стала ли Звезда Гигантов новым домом для нашего народа. Мы даже не знаем, действительно ли наша раса мигрировала на другую планету.

Тем не менее, есть шанс, что все сказанное может оказаться правдой.

Его вытянутое лицо замолчало и напряженно всмотрелось в камеру; время тянулось и тянулось, будто пришелец знал, что зрители у экранов по всему миру вдруг поняли, что последует за этими словами.

– И теперь я должен сообщить вам, что мы вместе со старшими офицерами уделили немало времени обсуждению и внимательному изучению этих вопросов. Мы решили, что, какими бы призрачными ни были шансы на успех, наша обязанность – попытаться найти на них ответы. Когда-то Солнечная система была нашим домом, но теперь это не так. Мы снова должны отправиться в космос, чтобы разыскать своих соплеменников.