Чтение онлайн

– Но твои люди… – возразила Шилохин. – Разве им не следует знать? Разве они не вправе?.. – Она вскинула руки в жесте беспомощности.

После секундной паузы Гарут покачал головой.

– Я не стану рассказывать им, что новый дом у Звезды Гигантов – это всего лишь миф, – твердо заявил он. – Эту ношу придется нести только нам – тем, кто командует и ведет остальных за собой. Им незачем это знать… во всяком случае, пока. Именно надежда и вера в предназначение поддерживали их на пути от Искариса к Солнцу. А значит, смогут поддерживать и еще какое-то время. Если мы ведем их в неизведанные глубины космоса, где никто не воспоет и не оплачет их подвиг, они заслуживают хотя бы этого, прежде чем им откроется последняя истина. С нашей стороны это мизерная цена.

Долгое время в комнате царила мрачная тишина. Шилохин с отсутствующим видом снова и снова прокручивала в мыслях слова командира. Но затем на ее лице постепенно проступило хмурое выражение. Взгляд прояснился и неспешно скользнул вверх, встретившись с глазами Гарута.

– Гарут, – сказала она. Ее голос был на удивление спокойным и собранным. От эмоций, которые она испытывала прежде, не осталось и следа. – Раньше я никогда тебе такого не говорила, но… Я тебе не верю.

Джассилейн и Мончар резко подняли головы. Как ни странно, Гарута это не удивило, будто он заранее ожидал от Шилохин таких слов. Он откинулся на спинку кресла и внимательно оглядел гобелен на стене. Затем, не торопясь, снова посмотрел на Шилохин.

– И чему именно ты не веришь, Шилохин?

– Твоим доводам… все, что ты говорил последние несколько недель. Все это… не похоже на тебя. Это просто оправдание для чего-то другого… чего-то более глубокого.

Гарут ничего не сказал и продолжал непоколебимо смотреть на Шилохин.

– Земля быстро обретает зрелость, – продолжала она. – Мы вошли в их общество и были приняты так, как не могли представить даже в самых смелых мечтах. У твоих прогнозов нет оснований. Как нет и фактов, которые бы указывали на невозможность сосуществования, даже если наша численность станет расти. Ты бы никогда не пожертвовал своими людьми ради призрачного риска не ужиться с землянами. Сначала ты бы дал им шанс… по крайней мере, на какое-то время. Должна быть другая причина. И я не смогу поддержать твое решение, пока ее не узнаю. Ты говорил, что мы несем бремя тех, кто командует и ведет других за собой. Если это действительно так, мы имеем право знать.

Когда Шилохин договорила, Гарут еще долго смотрел на нее задумчивым взглядом. Затем, с тем же задумчивым выражением он переключил внимание на Джассилейна и Мончара. В их глазах эхом отражались слова Шилохин. А затем Гарут вдруг принял решение.

Не говоря ни слова, он поднялся с кресла, подошел к панели управления и восстановил привычную связь комнаты с внешним миром.

– ЗОРАК, – обратился он.

– Да, командующий?

– Помнишь, как мы где-то месяц назад обсуждали данные, которые собрали земные ученые? Они касались генетики олигоценовых видов, найденных на корабле внутри базы «Копёр».

– Да.

– Я хочу увидеть результаты, которые ты получил в ходе анализа этих данных. Ты не должен раскрывать их никому, кроме меня и трех лиц, которые сейчас находятся в этой комнате.

Толпы, прибывшие в Ганивилль, чтобы проводить «Шапирон», ничуть не уступали тем, что встречали его прибытие, но настроение в этот раз было совершенно другим. Ни восторга, ни дикого ажиотажа. Жителям Земли будет не хватать гигантов, с которыми они успели так близко познакомиться, – и это чувствовалось.

Правительства Земли вновь направили к месту событий своих послов, и на бетонной площадке перед возвышавшейся громадой корабля две группы землян и ганимейцев последний раз взглянули друг другу в глаза. После обмена заключительными формальностями и финального выступления с напутственными речами представители обеих рас вручили друг другу прощальные подарки.

Генеральный секретарь ООН от лица всех народов и наций Земли вручил ганимейцам две декоративные металлические шкатулки, украшенные драгоценными камнями и многочисленными дарственными надписями на каждой из граней. В первой находились специально отобранные семена множества земных деревьев, кустарников и цветов. Во второй, чуть больше размером, были собраны национальные флаги всех мировых государств. Семена, по его словам, следовало посадить в особом месте, когда гиганты отыщут свое новое пристанище; выросшие из них растения станут символом земной жизни и непреходящим напоминанием о том, что оба мира отныне будут в равной степени домом для обеих рас. Флаги же предстояло развесить над этим местом после того, как Звезды Гигантов достигнет первый корабль землян – правда, об этом дне пока что оставалось только гадать. И когда человек наконец осмелится нырнуть в межзвездную пропасть, по другую сторону его уже будет ждать маленький кусочек Земли.

Гарут, в свою очередь, преподнес землянам знания. Он вручил большой сундук, заполненный книгами, таблицами, графиками и диаграммами, в которых, по его словам, заключалась исчерпывающая информация по основам ганимейской генетики. Передавая эти знания в руки землян, ганимейцы – единственным доступным для них способом – пытались искупить вину за вымирание олигоценовых животных, уничтоженных миллионы лет назад во время гнусного эксперимента по истреблению жизни. С помощью описанных в этих документах методов, объяснил Гарут, можно извлечь ДНК-коды, заключенные в любой части тела животного, при условии сохранности клеток, и вырастить на их основе искусственную копию исходного организма. Располагая лишь обломком кости, кусочком ткани или осколком рога, можно синтезировать новый эмбрион, способный вырасти в полноценное животное. Тем самым люди смогут вернуть к жизни все вымершие виды, некогда бороздившие просторы Земли, – при условии, что от тех сохранились хоть какие-то останки. Ганимейцы надеялись, что так виды, столкнувшиеся с внезапной и безвременной кончиной в результате их вмешательства, смогут вновь жить и резвиться на родной планете.

Последняя группа инопланетян ненадолго задержалась, чтобы ответить взаимностью безмолвно махавшим толпам людей, собравшихся на окрестных холмах, а затем медленной шеренгой скрылась внутри корабля. За ними последовала небольшая группа землян, направлявшихся на Ганимед, где «Шапирон» должен был сделать короткую остановку, чтобы ганимейцы смогли попрощаться с друзьями из КСООН.

Когда ЗОРАК передал последнее сообщение от ганимейцев через коммуникационную сеть Земли, связь была разорвана. «Шапирон» втянул кормовую секцию в полетное положение, и какое-то время гигантский корабль стоял в полном одиночестве, пока за ним наблюдал весь мир. А затем судно, медленно и величественно, начало подниматься в небо, а вознесшись, вернулось в привычную для себя стихию. Теперь о его существовании напоминали лишь океан обращенных вверх лиц, крошечные фигуры, выстроенные линиями вокруг пустого пространства в центре бетонной площадки, и ряды громадных деревянных шале.

Та же гнетущая атмосфера царила и на борту «Шапирона». В командном центре посреди открытого пространства под помостом стоял Гарут, в окружении группы старших офицеров молча наблюдавший за пестрым бело-голубым узором на главном экране, который, постепенно отдаляясь, превращался в земной шар. Рядом, погруженная в собственные мысли, стояла такая же молчаливая Шилохин.

Голос ЗОРАКа по ощущениям исходил прямо от окружающих стен.

– Стартовые параметры в норме. Все системы в норме. Запрашиваю подтверждение приказов.

– Даю подтверждение текущих приказов, – тихо ответил Гарут. – Пункт назначения – Ганимед.

– Задаю курс на Ганимед, – отрапортовала машина. – Прибытие по графику.

– Отложи ненадолго запуск главного двигателя, – вдруг добавил Гарут. – Я бы хотел еще немного взглянуть на Землю.

– Поддерживаю работу вспомогательных двигателей, – последовал ответ. – Главные двигатели в режиме ожидания до дальнейших инструкций.

С каждой минутой земной шар на экране медленно уменьшался в размерах. Ганимейцы продолжали молча наблюдать.

Наконец Шилохин обернулась к Гаруту:

– Подумать только, а ведь мы называли ее Планетой Кошмаров.

Гарут едва заметно улыбнулся. Мыслями он все еще был где-то далеко.

– Они уже пробудились от своего кошмара, – сказал он. – Что за невероятная раса. Подобных им, наверное, не найдется и во всей Галактике.

– Мне до сих не верится, что все увиденное нами могло произойти от такого первоначала, – сказала она в ответ. – Не забывай, в среде, где я выросла, мне постоянно внушали мысль, что это попросту невозможно. Все наши теории, все наши модели предсказывали, что появление разумной жизни в подобной экосистеме крайне маловероятно, а любая форма цивилизации и вовсе немыслима. И все же… – она изобразила жест беспомощности, – просто взгляни на них. Они едва научились летать и уже ведут речь о звездах. Двести лет назад они не имели понятия об электричестве; а сегодня создают его в термоядерных реакторах. Когда же они остановятся?