Чтение онлайн

— Волк, — шепнула Кармилла. — Ты же понимаешь, что страдать будут все, а не только Магнус? Может, всё же сдадим её в приют для животных? С доплатой!

Проигнорировал и включил коммуникатор:

— Ядвига, режим изоляции. Следи за порядком.

— Слушаюсь, соколик!

Рампа «Избушки» с шипением поползла вверх. Мы остались стоять посреди парка. Я, мой безумный гарем, робот-дворецкий, отряд бессмертных кровососов, клон врага и хакер на грани нервного истощения. Обычная нормальная жизнь.

Воздух в парке был живым. Земля, трава, свежесть после дождя. Мир пах миром. Не войной. Не гарью. Добрый знак. Я поправил шляпу и шагнул вперёд, по дорожке, ведущей вглубь парка.

— День хороший, — сказал я, не оборачиваясь. — Прогуляемся.

За спиной послышались шаги. Моя стая шла за мной.

Мы шли по аллее, и люди, которые до этого прятались за деревьями и скамейками, начали с любопытством выглядывать и фотографировать нас. Они смотрели с опаской, с любопытством, некоторые с восхищением. Мы шли не как беглецы. Не как преступники. Мы шли, как хозяева.

И где-то там, впереди, за кронами деревьев, нас ждал отличный стейк-хаус.

Глава 27

Яблоко бессмертия

Кабинет вице-президента Ходдимира был храмом порядка, амбиций и дорогой мебели. Каждая линия, каждый блик на полированном тёмном дереве стола кричал о контроле. О власти. О том, что человек, занимающий это кресло, держит в руках не только судьбу города, но и свою собственную.

И сейчас этот храм осквернялся.

Невидимая, но от этого не менее реальная грязь поражения, унижения и бессильной ярости покрывала всё вокруг. Грейдер мерил шагами безупречный паркет, его ботинки ступали бесшумно, но каждый шаг отдавался в голове грохотом рушащегося мира.

Его мира.

На гигантском панорамном экране, который обычно транслировал умиротворяющие виды ночного Ходдимира, сейчас в режиме нон-стоп крутились новостные выпуски. И все они были об одном. О нём. О Волке.

Вот Миранда Фифи, захлёбываясь от восторга и праведного гнева, вещает о «беспрецедентном акте агрессии со стороны Магнуса фон Штербена». Вот Глуб-Морк с упоением разбирает «поэзию аннигиляции», демонстрируя в замедленном повторе, как летающая тарелка Магнуса превращается в ничто. Вот какие-то диванные эксперты, брызжа слюной, спорят о том, кто Волк теперь — спаситель или новый, ещё более страшный тиран.

Грейдер остановился и с силой сжал кулаки.

План провалился. С треском. С оглушительным, унизительным грохотом. Магнус, этот гениальный, могущественный союзник, оказался просто напыщенным индюком с хорошим калькулятором. Его непобедимые игрушки сломаны. Его власть обратилась в прах. Сам он под конец свихнулся, и теперь тоже развеян по ветру.

А Волк, этот выскочка, этот бандит в ковбойской шляпе… победил. Перевернул шахматную доску, сгрёб все фигуры и объявил себя спасителем мира.

Грейдер подошёл к столу, налил себе стакан воды из графина и залпом выпил. Вода не остудила пожар, бушевавший внутри. Нужно что-то делать. Последний ход. Отчаянный, безумный, но единственно возможный.

Он сел в массивное кресло, которое теперь казалось не троном, а электрическим стулом, и активировал самый защищённый, самый секретный канал связи. Канал «Прима». После серии сложных протоколов аутентификации, от которых у любого хакера началась бы мигрень, на экране появилось лицо.

Спокойное. Ничем не примечательное. Лицо человека, которого можно встретить в любой городской толпе и через секунду забыть. Короткие коричневые волосы, лёгкая щетина, солнцезащитные очки, отражающие обстановку какого-то курорта.

Роберт Смит.

— Слушаю, господин вице-президент, — голос Смита был таким же ровным и безликим, как и его внешность. — Надеюсь, причина вашего звонка столь же веская, сколь и неожиданная. У меня, знаете ли, отпуск. На этот раз настоящий. Коктейли, солнце, прекрасные туземки. Очень расслабляет.

Грейдер не стал тратить время на любезности.

— Отпуск окончен, Смит. У вас новый контракт. Цель та же. Волк. Но на этот раз никаких игр. Никаких шпионов, никаких диверсий. Только ликвидация. Быстрая, тихая и окончательная. Цена не имеет значения.

На том конце провода на несколько секунд повисла тишина. Смит снял очки, и Грейдер увидел его глаза. Холодные, внимательные, абсолютно лишённые каких-либо эмоций. Глаза профессионала, который прямо сейчас взвешивает риски.

— Боюсь, я вынужден отказаться, — наконец сказал Смит.

Грейдер замер.

— Что?

— Я отказываюсь, — повторил Смит, без сожаления или страха. Просто констатация факта. — Наш контракт был заключён на определённых условиях. Я должен был осуществлять наблюдение, вербовку, диверсии. Устранить цель без шума не вышло. Вы захотели большего, я согласился поиграть в снайпера. После ставки снова повысились, мне пришлось вспомнить военные годы и сражаться в Цверге. Но контракта на самоубийство я не подписывал.

— Самоубийство? — взревел Грейдер. — Вы лучший! У вас есть ресурсы, навыки, вы…

— Я профессионал, господин вице-президент, — перебил Роберт. — И часть моего профессионализма заключается в том, чтобы трезво оценивать свои возможности. Потому я совершенно точно знаю, где они заканчиваются.

Он снова надел очки. Его лицо мгновенно превратилось в маску расслабленного туриста.

— Мои возможности заканчиваются там, где начинается орбитальное оружие, способное испарять летающие крепости. Я не сражаюсь с богами, Грейдер. И уж тем более не пытаюсь их убить. Это нерентабельно.

— Трус! — выплюнул Грейдер.

— Прагматик, — невозмутимо поправил Смит. — Наш контракт окончен. Я вышлю счёт за уже оказанные услуги. Желаю вам удачи в вашей… борьбе. Она вам понадобится. Всего хорошего.

Связь прервалась.

Грейдер смотрел на погасший экран. Его лицо исказилось от бессильной ярости. Он схватил со стола тяжёлое пресс-папье из цельного куска оникса и со всей силы швырнул в стену. Дорогое покрытие треснуло.

Предали. Все предали. Магнус оказался безумным фанатиком. Смит трусливым наёмником. Он остался один. Один против всего мира. Один против Волка.

Дверь его кабинета распахнулась.

На пороге стоял Радомир Мечеславович Культяпкин, он же Бегемот. Министр обороны Ходдимира. Его бывший подчинённый, которого этот проклятый Волк усадил в кресло, по праву принадлежавшее лишь достойным.

Бегемот был огромен. Его массивное тело полностью перекрыло дверной проём. Строгий китель, казалось, вот-вот лопнет на нём по швам. За его спиной виднелись фигуры бойцов спецназа в тактической броне и с винтовками наперевес.

Бегемот шагнул в кабинет. Рядом с ним появилась зловещая, сюрреалистическая мумия. Споровидный Джек. Новый начальник полиции. Облако спор, обмотанное старыми бинтами, в потрёпанной шляпе и длинном плаще детектива. Из-под полей шляпы на Грейдера смотрели два зелёных, мерцающих огонька.