Чтение онлайн

– Помолчите, мисс Зарипова...

– Но Малой...

– Достаточно, господин Шварценфикт. Потный, следуйте за мной, сейчас же.

Покидая поле, Гарик успел заметить победное выражение на лицах Малого, Баттхеда и Бивиса. Он тупо побрел за проффесором Макдональдс, решительной походкой направлявшейся к замку. Теперь его точно выпорют, это ясно. Он хотел что-то сказать, как-то защититься, но голос не слушался. Проффесор Макдональдс ни разу не обернулась; ему приходилось едва ли не бежать, чтобы поспеть за ней.

Вверх по ступеням главного входа, вверх по внутренней мраморной лестнице, а проффесор Макдональдс все еще не произнесла ни единого слова. Она решительно маршировала по коридорам, с силой распахивая перед собой двери. Гарик обречённо трусил следом. Должно быть, его ведут пыточную камеру? Он вспомнил об Огромаге, которому сломали пеннис, но оставили дворником. Может быть, ему тоже сейчас сломают? У него скрутило живот от мысли, что Роня и остальные станут настоящими коммунистами, в то время как он, тоскливо наблюдая за ними со стороны, станет унылым пассивным педиком...

Проффесор Макдональдс остановилась перед входом в какой-то класс. Она приоткрыла дверь и просунула внутрь голову.

– Прошу прощения, проффесор Шибзик, можно мне Дрына? На минутку?

Дрына? в панике подумал Гарик; это что, какая-нибудь палка, которую мне запихают... нет, лучше не думать о плохом...

Но Дрын оказался человеком, пятиклассником плотного телосложения, который вышел из класса проффесора Шибзика в полном отупении.

– Идите за мной, оба, - приказала проффесор Макдональдс, и они строем отправились по коридору, Дрын на ходу тупо рассматривал Гарика.

– Входите.

Проффесор Макдональдс распахнула перед ними дверь в другой класс, где никого не было, за исключением Каспера. Полтергейст был занят: расписывал доску неприличными словами.

– Пшёлнах, Каспер!
– рявкнула она. Каспер с грохотом уронил мел в жестяную урну и вылетел из комнаты, бормоча проклятия. Проффесор Макдональдс захлопнула за ним дверь и повернулась лицом к ребятам.

– Потный, это Дрын, Дрын Оливин. Дрын - я нашла вам Уборщицу.

Озадаченное выражение на лице Дрына сменилось полным непониманием сути происходящего.

– В натуре, проффесор?

– Абсолютно, - решительно подтвердила проффесор Макдональдс.
– Это прирожденный талант. Никогда не видела ничего подобного. Вы ведь первый раз летали на электровенике, правда, Потный?

Гарик молча кивнул. Он совершенно не понимал, что происходит, но, кажется, его не собирались бить, и его ноги постепенно начали обретать чувствительность.

– Он подхватил эту хреноту рукой, буквально обрушившись с двадцатиметровой высоты, - рассказывала проффесор Макдональдс Дрыну.
– И потом метко харкнул в Малого. Сам Карлос Шварценфикт не смог бы так.

При этих словах Дрын засиял, как человек, все мечты которого сбылись в одночасье.

– Когда-нибудь зырил, как гамают в фаршболл?
– возбужденно спросил он.

– Дрын у нас капитан курятниковской команды, - пояснила проффесор Макдональдс.

– У него и фигура как раз то, что нужно для Уборщицы, - говорил Дрын, обходя Гарик кругом и оценивающе осматривая его со всех сторон.
– Легкий - быстрый - надо подобрать ему приличную модель, проффесор - я думаю, "Гнусмас 2000" или "Спилиф турбо".

– Мне нужно будет поговорить с Владимиром Ильичом насчет того, можно ли обойти правило относительно первокурсников. Но, клянусь небом, нам не нужна команда сыкливых дегенератов, как в прошлом году. В последнем матче змеюшниковцы просто обосрали нас, я потом чуть не месяц не могла смотреть Сергею Полиэтиленовичу в глаза...

Проффесор Макдональдс вперила в Гарик суровый взгляд поверх очков.

– Надеюсь услышать, что вы не продуете ни одного матча, Потный, иначе я могу изменить свое мнение о полагающемся вам наказании.

И тут ее лицо осветила неожиданная улыбка.

– Ваш отец гордился бы вами, - сказала она.
– Он сам превосходно играл в фаршболл.

– Ты шутишь.

Это было в обед. Гарик только что закончил рассказывать Роне обо всем, что случилось после того, как проффесор Макдональдс увела его со двора. У Рони во рту находился кусок хлеба и ломоть ливерной колбасы с чесноком, но он совершенно забыл, что нужно жевать.

– Уборщицей?
– невнятно переспросил он.
– Но первокурсники никогда - ты будешь самый молодой игрок за последние...

– Сто лет, - докончил за него Гарик, сам набивая рот колбасой. Он как-то жутко проголодался после треволнений сегодняшнего дня.
– Дрын говорил.

Роня был так потрясен, так восхищен, что не находил слов, а просто сидел и смотрел на Гарика, бессмысленно открыв рот.

– На следующей неделе у меня начнутся тренировки, - сказал Гарик, - только не говори никому, Дрын велел не пиздеть.Вот бы еще мне сказал, как соскочить с этого маразма...

В зал вошли Федя и Вася Шварценфикты, огляделись, увидели Гарик и поспешили к нему.

– Молоток, - зашептал Вася, - Дрын рассказал нам. Мы тоже в команде - мы Вышибалы.

– Вот увидите, в этом году мы точно отвоюем кубок, и, конечно, насрём в него - сказал Федя.
– Мы ни разу не выигрывали с тех пор, как Карлос закончил школу, но уж в этом году команда подбирается отличная. А ты, наверно, здорово выступил, Гарик, Дрын чуть ли не заикался, когда говорил о тебе.

– Ладно, нам надо идти, Ли Джордан нашел совершенно новый способ перекрашивать пеннис.

– А я уверен, что это тот самый, со смесью зелёнки с уксусной кислотой, который мы обнаружили еще в первом классе. Все, покеда!

Не успели отойти Федя с Васей, как явились другие, куда менее приятные, личности: Малой в сопровождении эскорта, Баттхеда и Бивиса.

– Прощальный ужин, да, Потный? Во сколько казнь?

– Рядом со своими очаровашками ты гораздо храбрее, - произнес Гарик ледяным тоном. Конечно, в Баттхеде и Бивисе не было абсолютно ничего внушающего страх или трепет, но здесь, неподалеку от Высокого Стола, за которым сидело полным-полно преподов, им с Роней оставалось только мечтать о хорошем мордобое.