Гарик Потный и Оружие Пролетариата
Шрифт:
– Тролль - шарится по сортирам - подумал, вам надо знать.
И сполз на пол в глубоком ахуе.
Началась паника. Чтобы добиться тишины, потребовалось несколько внушительных пунцовых шептунов, выпущенных волшебной втыкалочкой проффесора Ильич а.
– Старосты!
– прогремел он.
– Разведите учащихся ваших факультетов по казармам! Бегом, вашу мать!
Персик оказался в своей стихии.
– Факультет становись! Равняйсь! Смирна! В колонну по два и за мной, с левой ноги шагом марш! Слушайтесь меня, и похуй на троллей! Шире шаг! Эй, дебилы с хомячатника, пропустите, шествует элита школы!
– Как тролль пробрался в школу?
– спросил Гарик, когда они взбирались по лестнице.
– Материализовался! Вообще-то тролли жутко тупые, по крайней мере, так считается. Может, его Каспер подкормил, ради праздничка?
Мимо них в самых разных направлениях, торопясь, пробегали стайки школьников. Проталкиваясь сквозь группу растерянных Хомячатниковцев, Гарик внезапно схватил Роню за руку:
– Слушай, я вдруг подумал - Галина.
– Что Галина?
– Она не знает про тролля. Если ее затроллят - она станет совсем невыносимой, а нам с ней еще семь лет учиться.
Роня прикусил губу.
– А, была-не была!
– решился он.
– Но лучше съебаться незаметно, а то Персик нас заметёт.
По-утиному крякая, они скрылись в толпе неадекватных Хомячатниковцев, торопившихся в противоположном направлении, проскользнули по свободной стороне коридора и помчались к "сортиру для девочек". Едва завернув за угол, они услышали за собой торопливые шаги.
– Персик!
– страшным шепотом произнес Роня, затаскивая Гарик за спину массивного каменного грифона.
Однако, осторожно выглянув оттуда, они увидели вовсе не Персика, а Сергей Полиэтиленович. Проффесор прошел по коридору и исчез из виду.
– Что это он тут шарится?
– беззвучно поразился Гарик.
– Почему не идет к ноутбуку, как все остальные преподы?
– А я ебу?
Тихо насколько возможно, они прокрались по коридору вслед за затихающими шагами Сергея Полиэтиленовича.
– Он идет на третий этаж, - сказал Гарик, но Роня в это время дотронулся до его руки:
– Это ты набздел?
Гарик вдохнул и почувствовал мерзкую вонь, такую обычно издавали его грязные носки, когда он хотел позлить тётю с Володей и не снимал их по пять-шесть дней.
И тут они услышали отвратительную и шаркающую поступь косолапых ног. Потеряв дар речи, Роня показал пальцем - слева, из дальнего конца коридора, на них надвигалось нечто невероятное. Мальчики вжались в стенку и расширенными от ужаса глазами следили, как это нечто вырисовывается в пятне лунного света.
Это было кошмарное зрелище. Тролль, метр с кепкой ростом, с кожей отвратительного зеленовато-серого оттенка, обладал тщедушным тельцем, одетым в засаленный клетчатый пиджачок. У него была голова с огромными глазами и длинные раскидистые уши с золотыми серьгами, тонкие руки с мозолистыми ладонями, огромный выпирающий гемморой и плоские, когтистые ступни. Запах немытой письки от тролля исходил просто немыслимый. В руке он нес огромную клавиатуру, которая волочилась сзади по земле, из-за того, что руки у тролля были ужасно длинные.
Тролль остановился в дверях какой-то комнаты и заглянул внутрь. Он повел длинными ушами, явно напрягая в раздумии свой крошечный мозг, а потом медленно перевалился через порог.
– Ключ в замке, - пробормотал Гарик, - мы можем его нахуй запереть, чтоб он там сдох без интернета.
– Хорошая мысль, - нервно похвалил Роня.
Они по стеночке прокрались к открытой двери, с пересохшими от страха ртами, молясь, чтобы тролль не вздумал в это время выйти. Потом, одним длинным прыжком, Гарик умудрился схватить ключ, захлопнуть дверь и запереть ее.
– Есть! На жопе шерсть!
Преисполненные своей победой, они бросились назад по коридору, но не успели добежать до угла, как услышали звук, от которого у них чуть было не случилась остановка сердца - пронзительный вопль ужаса - и этот вопль исходил из только что запертой комнаты.
– О нет!
– выдохнул Роня, он побледнел и описался.
– Это же женский туалет!
– вдруг понял Гарик.
– Галина, бля!
– выкрикнули они хором.
Меньше всего на свете им хотелось это делать, но что еще оставалось? Развернувшись на каблуках, они бросились назад к двери и повернули ключ в замке, стараясь побороть ужас и панику. Гарик распахнул дверь, и мальчики вбежали внутрь.
Галина Грымзова, близкая к обмороку, безуспешно пыталась вжаться в стенку. Тролль надвигался на нее, попутно печатая что-то на клавиатуре.
– Надо его отвлечь!
– отчаянно крикнул Гарик и, схватив вантуз, изо всех сил ебнул им об стену.
Тролль замер в нескольких метрах от Галины. Он неуклюже повернулся и стал озираться вокруг, хлопая глазами с самым нелепым видом, пытаясь понять, откуда раздался шум. Наконец, выпученные злобные глазища остановились на Гарике. Тролль задумался, а потом двинулся на мальчика, поднимая на ходу клавиатуру.
– Эй, урод - в башке огород!
– проорал Роня с другого конца комнаты и метнул в тролля металлической елдой. Елда попала троллю в плечо, но он, казалось, даже не почувствовал удара, зато отреагировал на крик и снова задумался, потом повернул отвратительную морду к Роне, дав тем самым Гарику возможность зайти с тыла.
– Ну, беги же, дура, беги!
– крикнул Гарик Галине, пытаясь оттащить ее к двери, но Галина была не в состоянии двинуться с места, и продолжала лепиться к стене с открытым от ужаса ртом.
От криков и от возникшего эха тролль охуел. Он снова запищал и бросился на Роню, который оказался ближе всего и которому было некуда бежать.
Тогда Гарик совершил одновременно очень смелый и очень глупый поступок: он разбежался, подпрыгнул и ебнул тролля ногой прямо по свисающему геморрою. Тролль не только почувствовал дикую боль от удара, но также он почувствовал, как ему впрямо в очко суют что-то длинное и продолговатое - Гарик прыгнул, не выпуская из рук волшебной втыкалочки и не долго думая пихнул ее прямо сквозь штаны в жопу чудовища.