Гарри Поттер и Орден Феникса (Гарри Поттер - 5) (Часть 2, неофициальный перевод)
Шрифт:
Человек пронзительно кричал от боли... затем стало тихо... он сполз назад лицом к стене... по полу была разбрызгана кровь...
Его лоб ужасно болел... он буквально раскалывался...
– Гарри! ГАРРИ!
Он открыл глаза. Каждый дюйм его тела был покрыт холодным потом; все простыни на его кровати были связаны вокруг него, подобно смирительной рубашке, а ко лбу, как ему казалось, приложили раскалённую добела кочергу.
– Гарри!
Над ним стоял Рон, он выглядел крайне испуганным. У подножия его кровати было ещё несколько человек. Он сжимал свою голову руками; боль ослепляла его... он перекатился в другую сторону, к краю матраца, и его стошнило.
– Он серьёзно болен, - раздался испуганный возглас, - Может, кого-нибудь позвать?
– Гарри! Гарри!
Он должен сказать Рону, и то, что он хотел сказать, было чрезвычайно важным... сделав большой глоток воздуха, Гарри заставил себя подняться, стараясь, чтобы его снова не вырвало. Боль наполовину ослепила его.
– Твой отец, - выпалил он, тяжело поднимая грудь, - На твоего отца... напали...
– Что?
– непонимающе переспросил Рон.
– Твой отец! Он укушен, это серьёзно, там повсюду кровь...
– Я пойду за помощью, - произнёс тот же испуганный голос, и Гарри услышал, как кто-то выбежал из башни.
– Гарри, дружище, - неуверенно сказал Рон, - Ты... ты же просто спал.
– Нет!
– яростно ответил Гарри; было крайне необходимо, чтобы Рон понял.
– Это был не сон... не обычный сон... Я был там, я видел это... Я сделал это...
Он услышал, как Симус и Дин о чём-то бормотали, но не обращал внимания. Боль во лбу постепенно стихала, хотя он всё ещё продолжал потеть и трястись в лихорадке. Его опять вырвало, и Рон только успел отпрыгнуть в сторону.
– Гарри, ты не здоров, - потрясённо сказал он, - Невилл побежал за помощью.
– Я в порядке!
– задыхался Гарри, вытирая рот пижамой и продолжая непроизвольно трястись.
– Со мной не случилось ничего плохого, плохое случилось с твоим отцом, и о нём ты должен сейчас волноваться, - нам нужно узнать, где он, он весь истекает кровью, - я был - это была огромная змея.
Он попытался встать с кровати, но Рон толкнул его назад; Дин и Симус продолжали шептаться где-то поблизости. Гарри не знал, сколько прошло времени - одна минута, или десять; он просто сидел, трясясь и ощущая как боль постепенно отступала от его шрама... затем послышались торопливые шаги на лестнице, и он вновь услышал Невилла.
– Сюда, профессор.
Профессор МакГонаголл торопливо вошла в башню в своём клетчатом платье, её очки кривобоко громоздились на носу.
– Что это, Поттер? Что за беда стряслась?
Он никогда не был так рад её видеть; в этот момент ему был нужен именно член Ордена Феникса, а не кто-то другой, снующий вокруг и прописывающий бесполезные зелья.
– Отец Рона, - сказал он, снова садясь.
– На него напала змея, и это очень серьёзно; я видел, как это случилось.
– Что ты хочешь этим сказать, что ты видел, как это случилось? спросила профессор МакГонаголл, нахмурив брови.
– Я не знаю... Я спал, и затем я был там...
– Ты хочешь сказать, что тебе это приснилось?
– Нет!
– рассержено сказал Гарри; неужели никто из них не понимает? Сначала я видел сон о чём-то совсем другой, всякие глупости... и он прервался этим. Это было в самом деле, я это не придумал. Мистер Уизли дремал на полу и на него напала гигантская змея, был поток крови, он ослаб, кто-то должен найти, где он...
Профессор МакГонаголл пристально посмотрела на него через свои перекошенные очки и ужаснулась оттого, что увидела.
– Я не лгу и я не сумасшедший!
– сказал ей Гарри, его голос поднялся до крика.
– Я расскажу вам, я видел, как это произошло!
– Я верю вам, Поттер, - коротко ответила профессор МакГонаголл. Одевайтесь, - мы идём к Директору.
Глава 22
Больница Колдовских болезней и травм им. Святого Мунго
Гарри был так обеспокоен, что МакГоннагал поняла, что он не шутит. Он вскочил с кровати, надел халат и очки.
– Уизли, Вы также должны пойти с нами, - сказала Профессор МакГоннагал.
Они вышли из спальни, мимо притихших Невилла, Дина и Симуса, спустились по спиральной лестнице в общую гостиную, прошли через отверстие за портретом и двинулись по освещенному лунным светом коридору. Гарри чувствовал, что ужас в любой момент может охватить его целиком: он хотел бежать, хотел позвать Дамблдора - Господин Уизли истекал кровью, пока они так спокойно вышагивали. А что, если эти зубы (Гарри силился не думать "Мои зубы") были ядовиты? Они миновали Миссис Норрис, которая посмотрела на них похожими на фонарики глазами и тихо зашипела, но Профессор МакГоннагал сказала: "Вон отсюда!" и та скрылась в тени.
Через несколько минут они достигли каменной горгульи, охранявшей вход в кабинет Дамблдора.
– Шипучие летучки, - произнесла Профессор МакГоннагал.
Горгулья отскочила в сторону; стена позади нее раздвинулась, открывая каменную лестницу, которая плавно двигалась вверх подобно спиральному эскалатору. Они шагнули на движущуюся лестницу, стена за ними закрылась с глухим стуком и они, кружась, поднимались, пока не достигли отполированной до зеркального блеска дубовой двери с молотком в форме грифона.
Было уже заполночь, но из-за двери доносилось множество голосов. Казалось, что Дамблдор принимает у себя не меньше дюжины человек. Но когда Профессор МакГоннагал постучала три раза молоточком-грифоном, голоса внезапно смолкли, как будто их кто-то выключил. Дверь распахнулась и она ввела Гарри и Рона внутрь.
В комнате царил полумрак; странные серебряные приборы, стоящие на столах были тихи и не трещали, как обычно, портреты старых директоров и директрис покрывали стены, а великолепная красно-золотая птица дремала на своей жердочке, засунув голову под крыло.
– О, это Вы, Профессор МакГоннагал... и... ах!..
Дамблдор, чуть наклонившись вперед, сидел на старом кресле. Перед ним, на столе, в лучах искусственного света, лежали документы. Несмотря на то, что под великолепной, расшитой фиолетовым и золотым, мантией виднелась белоснежная ночная рубашка, он казался очень бодрым. Он пристально посмотрел на МакГоннагал своими ярко-голубыми глазами.
– Профессор Дамблдор, у Поттера был ... кошмар, - сказала Профессор МакГоннагал.
– Он говорит ...