Чтение онлайн

– А зачем?...
– начал Гарри. Люпин посмотрел на него и ответил на незаконченный вопрос.

– Последнее время мне что-то не по себе, - объяснил он.
– Помогает только это снадобье. Мне очень повезло, что вместе со мной работает профессор Злей; не так-то много найдётся колдунов, способных его приготовить.

Профессор Люпин отхлебнул ещё, и у Гарри появилось сумасшедшее желание выбить кубок у него из рук.

– Профессор Злей очень интересуется силами зла, - выпалил он.

– Правда?
– Выказав лишь самую малую заинтересованность, Люпин глотнул ещё немного.

– Некоторые считают...
– Гарри заколебался, но потом очертя голову продолжил: - некоторые считают, что он готов на всё, лишь бы получить должность преподавателся защиты от сил зла.

Люпин осушил кубок и сделал гримасу.

– Отвратительно, - сказал он.
– Что ж, Гарри, мне нужно вернуться к работе. Увидимся позже, на пиру.

– Хорошо, - ответил Гарри, ставя на стол свою кружку.

Пустой кубок всё ещё дымился.

– Это тебе, - сказал Рон.
– Набрали столько, сколько смогли унести.

К Гарри на колени посыпался яркий, разноцветный дождь всяких сладостей. Уже наступили сумерки; Рон с Гермионой только что ввалились в общую гостиную, розовощёкие от холодного ветра, счастливые как никогда.

– Спасибо, - поблагодарил Гарри, взяв в руки пакетик с маленькими чёрными перечными постреляками.
– На что похож Хогсмёд? Где вы побывали?

Они побывали - везде! У Дервиша и Гашиша, в магазине волшебного оборудования; в Хохмазине Зонко; в "Трёх метлах" - пили горячий усладэль из больших кружек; и во многих других местах.

– А почтовое отделение, Гарри! Там сотни две сов, не меньше, все сидят на полках, на каждой нанесён цветовой код, в зависимости от того, как быстро надо доставить письмо!

– А в "Рахатлукулле" появился новый сорт ирисок; они бесплатно давали попробовать, вот кусочек, смотри!...

– Кажется, мы видели людоеда, честно, в "Трёх мётлах" кого только нет!...

– Жалко, что нельзя было принести тебе усладэля, так здорово согревает...

– А что ты делал?
– озабоченно спросила Гермиона.
– Уроки?

– Нет, - ответил Гарри.
– Пил чай с Люпином у него в кабинете. А потом пришёл Злей...

Он рассказал про кубок. Рон разинул рот.

– И Люпин выпил?
– поразился он.
– Совсем с ума сошёл?

Гермиона поглядела на часы.

– Знаете, лучше бы нам поторопиться, пир начнётся через пять минут...
– И они поскорее вылезли в дыру за портретом и влились в толпу, продолжая обсуждать Злея.

– Если он... ну, вы понимаете...
– Гермиона понизила голос и испуганно оглянулась по сторонам, - если он хотел отравить Люпина.... он не стал бы это делать на глазах у Гарри.

– Да, наверно, - согласился Гарри. Они достигли вестибюля и прошли в Большой зал, украшенный многими сотнями тыкв со свечами внутри, облаками трепещущих крылышками летучих мышей и многочисленными узкими оранжевыми лентами, лениво плавающими под штормовым потолком подобно водяным змеям.

Угощение было великолепным; даже Рон с Гермионой, до отвала наевшиеся сладостей в "Рахатлукулле", всё-таки умудрились впихнуть в себя по две порции каждого блюда. Гарри постоянно посматривал на учительский стол. Профессор Люпин был весел и выглядел не хуже обычного; он оживлённо беседовал с крошечным профессором Флитвиком, преподавателем заклинаний. Гарри перевёл взгляд дальше, к тому месту, где сидел Злей. Ему кажется или Злей действительно чересчур часто взглядывает на Люпина?

Пир закончился спектаклем, устроенным привидениями "Хогварца". Они дружно выскользнули из стен и продемонстрировали трансформационное скольжение; большой успех выпал на долю Почти Безголового Ника, гриффиндорского призрака, представившего сцену собственного незадавшегося обезглавливания.

В такой приятный вечер даже Малфой не сумел испортить Гарри настроения, хотя и прокричал громко, на весь зал: "Дементоры велели кланяться, Поттер!".

Гарри, Рон и Гермиона вслед за остальными гриффиндорцами отправились обычной дорогой к себе в башню, но, дойдя до коридора, в конце которого висел портрет Толстой Тёти, обнаружили там столпотворение.

– Почему никто не проходит?
– ничего не понимая, спросил Рон.

Гарри поверх голов постарался разглядеть, в чём дело. Похоже, портрет был закрыт.

– Пропустите, пожалуйста, - донёсся голос Перси, и вот уже он сам важно протиснулся вперёд.
– Что за задержка? Не могли же вы все забыть пароль - позвольте, я лучший ученик...

И тут вдруг мёртвое молчание овладело собравшимися, начиная с самых ближних к портрету рядов, как будто холод, быстро распространившись, заморозил толпу. Стало слышно, как Перси сказал неожиданно звонким cnknqnl:

– Кто-нибудь, позовите профессора Думбльдора. Скорее.

Головы повернулись; задние ряды встали на цыпочки.

– Что случилось?
– спросила только что подошедшая Джинни.

Секунду спустя прибыл профессор Думбльдор и стремительно прошёл к портрету; гриффиндорцы прижались друг к другу, освобождая ему проход, а Гарри, Рон и Гермиона продвинулись вперёд, чтобы посмотреть, в чём дело.

– О, бо...
– Гермиона схватила Гарри за руку.

Толстая Тётя исчезла с портрета, изрезанного так жестоко, что полоски холста валялись по всему полу; большие куски были начисто оторваны.

Думбльдор быстро оглядел изуродованную картину, обернулся с очень трагичным видом и встретился взглядом с профессорами МакГонаголл, Люпином и Злеем, торопливо приближавшимися к месту происшествия.

– Нужно найти её, - приказал Думбльдор.
– Профессор МакГонаголл, пожалуйста, немедленно отыщите мистера Филча и попросите его обыскать все картины замка - нет ли где Толстой Тёти.

– Вам повезёт, если вы её найдёте!
– раздался гадкий голос.

Это выкрикнул полтергейст Дрюзг. Он барахтался в воздухе, явно наслаждаясь жизнью, как, впрочем, и всегда, когда он сталкивался с разрушением или несчастьем.

– Что ты имеешь в виду, Дрюзг?
– спокойно спросил Думбльдор, и ухмылка слиняла с лица полтергейста. Он не осмеливался дразнить Думбльдора. Вместо этого он заговорил елейным тоном, который был ничуть не лучше, чем гаденькое хихикание.

– Ей стыдно, Ваше Директорство, сэр. Не хочет показываться на глаза. Видел, как она убегала по пейзажу на четвёртом этаже, сэр, петляя между деревьями. Кричала ужасно, - радостно поведал Дрюзг.
– Бедняжка, прибавил он неубедительно.

– Она сказала, кто это сделал?
– невозмутимо спросил Думбльдор.