Чтение онлайн

— Ты уверен? — настаивала профессор Трелони. — Точно? Не видишь ли ты нечто, скорчившееся от боли или призрачную фигуру, замахивающуюся топором?

— Нет! — ответил Гарри, чувствуя, что ему становится плохо.

— Нет крови? Плачущего Хагрида?

— Нет! — повторил Гарри, мечтая сбежать побыстрее из этой раскалённой комнаты. — Гиппогриф в порядке, он… улетает!

Профессор Трелони кивнула.

— Ну, хорошо, дорогой, мы остановимся на этом… не совсем правильно… но, я уверена, ты старался.

Гарри облегчённо вздохнул, встал, взял сумку уже собрался идти, как позади него раздался громкий, резкий голос.

— ЭТО СЛУЧИТСЯ СЕГОДНЯ.

Гарри оглянулся. Профессор Трелони неподвижно сидела в кресле, устремив взгляд в никуда.

— П-простите? — пробормотал Гарри.

Но профессор Трелони как будто не слышала его. Её глаза закатились. Гарри запаниковал. Было похоже, что у неё какой-то приступ. Гарри заколебался, думая, не сбегать ли в больничное крыло — и тут профессор Трелони заговорила, тем же резким голосом, не похожим на её собственный:

— ТЁМНЫЙ ЛОРД ЛЕЖИТ СОВСЕМ ОДИН, ПОКИНУТЫЙ СВОИМИ ПРИВЕРЖЕНЦАМИ. ЕГО ПРЕДАННЫЙ СЛУГА В ЦЕПЯХ ВОТ УЖЕ ДВЕНАДЦАТЬ ЛЕТ. СЕГОДНЯ, ДО ПОЛУНОЧИ… ОН ОСВОБОДИТСЯ И ОТПРАВИТСЯ К СВОЕМУ ГОСПОДИНУ. ВЛАСТЕЛИН ТЬМЫ ВОССТАНЕТ ИЗ ПЕПЛА, ЕЩЁ БОЛЕЕ ГРОЗНЫЙ, ЧЕМ ПРЕЖДЕ. СЕГОДНЯ… ДО ПОЛУНОЧИ… ОТПРАВИТСЯ… К ГОСПОДИНУ…

Голова профессора Трелони склонилась на грудь. Она что-то пробурчала. Гарри во все глаза смотрел на неё. Внезапно, она подняла голову.

— Извини, дорогой, — глухо произнесла она. — Жаркий день сегодня… Я ненадолго отключилась…

Гарри всё ещё поражённо глядел на неё.

— Что-то не так, дорогуша?

— Вы… Вы только что сказали, что… что Тёмный Лорд собирается восстать… что его слуга вернется к нему…

Профессор Трелони выглядела очень испуганной.

— Тёмный Лорд? Тот-Кого-Нельзя-Назвать? Нельзя так шутить, мой мальчик… восстанет… неужели…

— Но вы только что это сказали! Сказали, что Тёмный Лорд…

— Я думаю, ты тоже отключился! — отрезала профессор Трелони. — Я бы не осмелилась предсказать такое!

Гарри спустился по винтовой лестнице, недоумевая, слышал ли он только что настоящее предсказание профессора Трелони или это была просто эффектная концовка экзамена?

Пять минут спустя он прорвался через троллей-охранников к гриффиндорской башне, но слова профессора Трелони никак не выходили у него из головы. Ученики смеясь пробегали мимо, радуясь долгожданной свободе; к тому времени, как он добрался до портрета и вошёл в гостиную, там почти никого не было. Только в уголке сидели Рон и Гермиона.

— Профессор Трелони, — пропыхтел Гарри, — только что сказала мне…

Но, взглянув на их лица, осёкся.

— Конклюву конец, — с трудом произнес Рон. — Хагрид только что прислал вот это.

Записка Хагрида на этот раз была сухой, без пятен от слёз, но у него так дрожала рука, что Гарри едва смог разобрать написанное.

«Проиграл. Казнь на закате. Вы ничего не можете сделать. Не приходите. Не хочу, чтобы вы это видели.

Хагрид»

— Нам надо пойти, — сразу же решил Гарри. — Он не может вот так в одиночестве ждать палача!

— Итак, на закате, — проговорил Рон, безучастно глядя в окно. — Нам ни за что не позволят… особенно тебе, Гарри…

Гарри задумчиво положил голову на руки. — Если бы у нас только был Плащ-Невидимка…

— Где он? — спросила Гермиона. Гарри рассказал ей, что оставил его в подземном переходе под статуей одноглазой ведьмы.

— … если Снейп меня увидит поблизости ещё раз, меня ждут большие неприятности, — закончил он.

— Верно, — сказала Гермиона, вставая. — Если он увидит тебя… повтори, как ты открываешь горб ведьмы?

— Ну… стучу по нему и говорю: Диссендиум! — ответил Гарри. — Но…

Гермиона не стала ждать конца фразы — она пронеслась через комнату, толкнула портрет Толстой Дамы и исчезла.

— Она что, побежала за плащом? — спросил Рон, глядя ей вслед.

Так и было. Гермиона вернулась через четверть часа, пряча Плащ-Невидимку под мантией.

— Гермиона, не знаю, что с тобой такое, — изумлённо пробормотал Рон. — Сначала ты вмазала Малфою, потом ушла с урока профессора Трелони…

Гермиона выглядела польщённой.

Они спустились на ужин вместе со всеми, но в гриффиндорскую башню потом не вернулись. Гарри спрятал плащ под мантией, ему пришлось прижимать руки к животу, чтобы скрыть бугорок. Они, прислушиваясь, прокрались в пустой кабинет и подождали, пока разойдутся последние ученики. Гермиона выглянула из-за двери.

— Порядок, — прошептала она, — никого — надеваем плащ…

Шагая рядышком, чтобы плащ надежно скрывал их, они на цыпочках пересекли вестибюль и спустились по каменным ступенькам на улицу. Солнце уже пряталось за Запретным Лесом, золотя древесные кроны.

Они добрались до хижины Хагрида и постучали. Он открыл через минуту и оглянулся в поисках посетителя, бледный и дрожащий.

— Это мы, — прошептал Гарри. — Мы под Плащом-Невидимкой. Впусти нас и мы его снимем.

— Зачем вы пришли? — прошептал Хагрид, но посторонился. Он быстро захлопнул дверь, и Гарри скинул плащ.

Хагрид не плакал, не бросился им на шею. У него был вид человека, не понимающего, где он находится. Видеть такую беспомощность было хуже, чем слёзы.

— Хотите чаю? — спросил он. Его огромные руки дрожали, когда он взялся за чайник.

— Хагрид, где Конклюв? — нерешительно поинтересовалась Гермиона.

— Я… я выпустил его на улицу, — пробормотал Хагрид, разбрызгивая молоко, пытаясь налить его в кувшин. — Он на моей тыквенной грядке. Я подумал, он должен увидеть ещё раз деревья и… и подышать свежим воздухом… прежде чем…

Кувшин с молоком выскользнул из его рук и разбился.

— Я уберу, Хагрид, — тут же заявила Гермиона, срываясь с места и принимаясь вытирать пол.

— В шкафу есть ещё один, — устало прошептал Хагрид, усаживаясь и вытирая лоб рукавом. Гарри взглянул на Рона, но тот печально пожал плечами.