Гарри Поттер и Зеленые Топи
Шрифт:
— Конечно, два: для Вас и мистера Малфоя.
— Но я думал… оно действует, когда…
Снейп набрал в грудь воздуха, и Гарри оборвал себя на полуслове, в надежде, что в этом случае ничего не произойдет. Так как Снейп помедлил, Гарри получил шанс быстро переменить тему разговора.
— Спасибо, сэр! Не знаю, что бы я без Вас делал! Я не приходил, потому что… был не уверен, что мне есть что сказать. Я должен был обдумать…
— Хватит, довольно! Ты выяснил все, что тебе было нужно, поэтому смысла приходить больше не было. Однако не думай, что обхитрил меня, больше ты ни слова от меня не услышишь!
Гарри не верил своим ушам.
— Сэр…, — в шоке прошептал он, — о чем Вы только думаете! Если быть честным, я боялся…
— Неужели? — ядовито осведомился Снейп.
— Да, что-то напугало меня, когда вы рассказывали обо всей этой Темной магии. Мне просто почудилось нечто опасное в Вас самих, Вы наверняка это чувствуете!
Снейп еще минуту гневно взирал на Гарри, потом сказал дрогнувшим голосом:
— Тут ты прав, Поттер. Это как пустота, которая образовалась во мне, некая черная дыра, поглощающая все на своем пути. Она подтачивает мои силы, но я знаю, что сумею, дойду до конца и покончу с этим. И мне никто не нужен, чтобы помочь с этим справиться! Никто, пойми это!
— Вы погибнете, сэр, — тихо сказал Гарри, глядя Снейпу в глаза, — Вы уже погибаете. Но Гора — это еще не все, это не самая мощная магия на свете, и вы прекрасно об этом знаете. Можно уничтожить черную дыру, но это может сделать лишь очень сильный человек. Такой, как Вы, сэр. Я бы все сделал, для того чтобы Вы чувствовали по–другому, но я ничего не могу предпринять против Вашей воли. Подумайте об этом, сэр, я прошу вас. Я только хочу…
Он не договорил. Снейп отвернулся и начал рыться в складках мантии. Затем он сделал вид, будто Гарри ничего не говорил, а он ничего не слышал.
— Итак, Поттер, поскольку Ваши путешествия могут оказаться опасными, Вам понадобятся дополнительные средства защиты. Вот, — он протянул Гарри нечто похожее на сверток ткани из грубого материала, — Вы знаете, что с этим делать. Мне удалось вынести это из кабинета директора… одним словом, будьте осторожны, это нельзя применять бездумно. Через две недели я жду Вас здесь, Вы знаете, где меня найти, — с этими словами Снейп сделал шаг назад и обернулся большой летучей мышью, которая тотчас вспорхнула к потолку. Гарри смотрел ей вслед, и на сердце у него было непомерно тяжело. Потом он внимательно осмотрел данный ему сверток и остолбенел: это была Распределяющая Шляпа.
«Я знаю, что с этим делать?» — спросил он себя.
Ответ пришел почти тут же, и Гарри вновь поразился изобретательности Снейпа. Да уж, он бы до этого не додумался. Теперь же… меч обязательно должен обладать какими-то скрытыми свойствами, которые можно будет обратить против вампиров. Непременно нужно проконсультироваться с Гермионой!
Гарри спрятал Шляпу на груди и припустился в Большой Зал, где не замедлил рассказать своим друзьям о новом открытии.
— Вот мы придурки! Не могли сами догадаться! Лазили в Тайную Комнату за клыками! — Рон демонстративно боднул головой столешницу. Гермиона отнеслась к этому снисходительно.
— Значит, где бы меч ни был, он все равно придет к тебе на помощь, — радостно сказала она.
— Или одному из нас, — поправил ее Гарри. — Главное теперь: узнать о нем побольше.
— Как я полагаю, это вновь ляжет на мои плечи, — вздохнула Гермиона. — Ладно, тогда ешьте скорее, вы двое, иначе мы прибудем затемно. Вы даже еще свои вещи не сложили!
Дабы умилостивить Гермиону, Гарри и Рон усердно принялись за еду. Через пять минут они уже были заняты делом. Покидая замок часом спустя, Гарри думал о невыразимо «прекрасном» семестре, который его ожидал, и все же на душе у него царил странный покой, решимость, предвещавшая новую борьбу со смертью, но, как минимум, на равных.
Задание для Дрейко
Снег таял прямо-таки молниеносно, такой ранней весны Британия не знала со времен короля Эдуарда. По утрам земля была покрыта густым серым туманом, а вечерами выпадало столько росы, что ею вполне можно было умываться. Уровень воды в болотах вокруг Горы заметно повысился, и стоянка министерских чиновников и их ближайшего окружения была вынуждена переехать в более сухое место.
— Тут можно просто спятить! — ворчали командиры отдельных групп, вечно промокшие и замерзшие. — Эта авантюра нам слишком дорого обходится.
Впрочем, их бормотание не имело никаких последствий, так как глава экспедиции никак на это не реагировал. Вампиры, в свою очередь, были чрезвычайно заняты: возводили новые укрепления, исследовали почву, охотились на отдельных животных особей, которые еще умудрялись находить себе пропитание в мертвых восточных лесах. Волшебники пребывали в тягостном ожидании. Ферреус Хольдер, казалось, совершенно о них забыл, более того, он все реже общался со своей командой, погруженный в некую мрачную задумчивость. Те из авроров, кому доводилось видеть его в последнее время, в один голос утверждали, что он выглядел больным и совсем не похожим на себя. Наиболее проницательные из них шептали про себя нечто вроде: «Поделом ему. Всю жизнь ненавидел черную магию, а теперь сам черпает силы от…, — в этом месте они бросали суеверный взгляд на Гору, — от этого!»
Гора на всех действовала удручающе, но одно обстоятельство осложняло все еще больше, а именно: было уже совершенно очевидно, что разрозненные отряды, подчинявшиеся непосредственно Министру, постепенно окружали неподвижную армию Хольдера. Авроры роптали на него, но не двигались с места: эти отряды не могли, конечно, выстоять против таких профессионалов своего дела, как они.
Хольдер, тем временем, успел заметить, что целиком и полностью себе уже не принадлежит, и это не могло не обеспокоить его, но как вырваться из этой тьмы, он не знал. Казалось, она была повсюду: снаружи, внутри, в тех, кто его окружал. Он изо всех сил пытался сохранить собственный разум и думать только о том, что посулил ему Слизерин Великий (в чьем существовании он уже нисколько не сомневался). Равноденствие приближалось, а он все еще не мог идти дальше, откуда вытекали лишь два вывода: либо ему изменило мужество, либо он просто чувствовал, что еще не время.
«Неужели же мне придется ждать, пока противник возьмет нас в кольцо, и затем дать бой? — раздраженно думал он. — В этом случае продвижение вперед усложнится в сотни раз!»
Двадцать первого марта он проснулся рано, сердце его бешено колотилось. Взгляд на календарь — это произойдет сегодня. Сегодня? Этого просто не могло быть! Так просто? Хольдер впал в нервозное состояние. Он несколько раз пересек комнату, на всякий случай взглянул в зеркало и застыл: высокий, стройный, закутанный в плащ чародей снова был там, все так же похожий на скелет, но теперь от него исходила сила, еще более мощная, чем прежде, а с губ его не сходила косая улыбка. Он разомкнул эти жесткие тонкие губы и произнес: «Пора!»
Для Хольдера это означало только одно: он должен был произнести заклинание. Но прежде чем он успел открыть рот, комнату заволокло тьмой, вязкой, с зеленоватым оттенком. Затем взору Хольдера предстала каменная чаша, наполненная, очевидно, кровью и водой, воды оставалось совсем немного. Рядом с Чашей выросла громадная тень, и тут прозвучал глубокий, властный голос, который лился, казалось, отовсюду, но не создавал эха в пещере, где внезапно очутился начальник отдела по обеспечению магического правопорядка.