Чтение онлайн

–  Совершенно верно!
– ответил Огден сердито, утирая лицо.
– А вы, как я понимаю, мистер Мракс?

–  Точно, - ответил Мракс.
– Получили по роже, так, что ли?

–  Он меня ударил!
– возмутился Огден.

–  Надо было предупредить, - агрессивно откликнулся Мракс.
– Это частное владение. Сами вламываетесь без приглашения, а потом удивляетесь, что мой сын пробует защищаться.

–  От чего защищаться-то?
– буркнул Огден, с трудом поднимаясь с земли.

–  От посторонних. Любопытствующих. Маглов и всякой разной дряни.

Огден направил волшебную палочку на свой собственный нос, из которого по-прежнему текло нечто похожее на желтый гной, и поток сразу же прекратился. Мистер Мракс обратился к Морфину, почти не разжимая губ:

–  Ступай в дом. Не спорь.

На этот раз Гарри, предупрежденный заранее, узнал змеиный язык. Хоть он и понимал все, что говорилось, но в то же время различал странные шипящие и свистящие звуки, а Огден только их и мог слышать. Морфин, кажется, хотел возразить, но под грозным взглядом отца передумал, вперевалочку зашагал к хибарке и захлопнул за собой дверь, так что змея снова уныло закачалась из стороны в сторону.

–  А я как раз приехал поговорить с вашим сыном, мистер Мракс, - сказал Огден, вытирая остатки гноя с сюртука.
– Это ведь был Морфин, верно?

–  Ну да, это был Морфин, - равнодушно ответил старик - Вы чистокровный волшебник?
– спросил он вдруг с вызовом.

–  При чем здесь это?
– холодно ответил Огден, и Гарри почувствовал, что начинает его уважать.

Мракс, похоже, отнесся к этому иначе. Сощурив глаза, он уставился Огдену в лицо и пробормотал явно оскорбительным тоном:

–  Если подумать, так я видал такие же носы у нас в деревне.

–  Не сомневаюсь в этом, если ваш сын и там дает волю рукам, - сухо отозвался Огден.
– Может быть, продолжим нашу беседу в доме?

–  В доме?

–  Да, мистер Мракс. Я уже сказал вам: я приехал поговорить с Морфином. Мы отправили вам сову…

–  Нам тут совы ни к чему, - сказал Мракс.
– Я никогда не читаю писем.

–  В таком случае не жалуйтесь, что гости являются к вам без предупреждения, - дерзко ответил Огден.
– Меня послали к вам по поводу серьезного нарушения магического правопорядка, которое было совершено здесь сегодня, рано утром…

–  Ладно, ладно!
– заорал Мракс.
– Входите в дом, провались он совсем, входите и подавитесь!

В доме, как оказалось, были три крошечные комнаты. В две из них можно было пройти через главную комнату, служившую сразу и кухней, и гостиной. Морфин сидел в засаленном кресле у очага, где дымились дрова, вертел в толстых пальцах живую гадюку и, обращаясь к ней, тихонько напевал на змеином языке:

В углу у открытого окна что-то зашуршало, и Гарри вдруг заметил, что в комнате есть еще один человек - девушка в рваном сером платье точно такого же цвета, что и грязная каменная стена у нее за спиной. Она стояла рядом с закопченной до черноты печкой, на которой что-то кипело в горшке, и передвигала какие-то жалкие горшки и сковородки на полке. У нее были тусклые, безжизненные волосы и некрасивое бледное лицо с грубыми чертами. Глаза у нее, как и у брата, косили в разные стороны. Девушка выглядела чуточку почище, чем двое мужчин, но Гарри подумал, что никогда в жизни не видел у человека такого обреченного взгляда.

–  Моя дочь, Меропа, - неохотно буркнул Мракс в ответ на вопросительный взгляд Огдена.

–  Доброе утро, - сказал Огден.

Она не ответила, испуганно глянула на отца и, повернувшись ко всем спиной, снова принялась переставлять горшки на полке.

–  Ну, мистер Мракс, - сказал Огден, - не будем ходить вокруг да около. У нас есть причины предполагать, что ваш сын Морфин этой ночью совершил волшебство в присутствии магла.

Что-то оглушительно грохнуло - это Меропа уронила глиняный горшок.

–  А ну подбери!
– завопил на нее Мракс.
– Правильно, хватай прямо лапами с пола, как последнее магловское отродье! Зачем у тебя волшебная палочка, бестолочь неповоротливая?

–  Мистер Мракс, прошу вас!
– воскликнул пораженный Огден.

Меропа, уже успевшая поднять горшок, пошла красными пятнами и снова выронила его, трясущейся рукой вытащила из кармана волшебную палочку, направила на горшок и чуть слышно скороговоркой пролепетала заклинание, от которого горшок полетел через всю комнату, ударился в противоположную стену и раскололся надвое.

Морфин залился безумным смехом, а Мракс завизжал:

–  Почини его, дылда безмозглая, почини сейчас же!

Меропа, спотыкаясь, кинулась через всю комнату к осколкам, но Огден опередил ее. Он взмахнул волшебной палочкой и твердым голосом произнес:

–  Репаро!

Горшок мгновенно стал целым.

У Мракса был такой вид, словно он сейчас кинется на Огдена, но он удержался. Вместо этого он принялся издеваться над дочерью:

–  Твое счастье, что подвернулся добрый дядя из Министерства! Может, я и совсем тебя сбуду с рук, может, он не побрезгует женушкой из сквибов поганых…

Ни на кого не глядя, не поблагодарив Огдена, Меропа подобрала горшок и дрожащими руками снова поставила на полку. Потом замерла, прижавшись спиной к стене между замызганным окном и печкой, как будто больше всего на свете ей сейчас хотелось пройти сквозь камень и исчезнуть.

–  Мистер Мракс, - снова начал Огден, - как я уже сказал, цель моего визита…

–  Я и с первого раза хорошо расслышал!
– окрысился Мракс.
– И что мне с этого? Морфин проучил вонючего магла, проучил за дело… Дальше-то что?

–  Морфин нарушил закон волшебного сообщества, - сурово ответил Огден.

–  Морфин нарушил закон волшебного сообщества!
– кривляясь, нараспев передразнил Мракс. Морфин снова зашелся хохотом.
– Поучил маленько распоясавшегося магла, это что теперь, преступление?

–  Да, - сказал Огден.
– Боюсь, что так.

Он извлек из внутреннего кармана сюртука маленький свиток пергамента и развернул его.

–  Это что, приговор?
– спросил Мракс, злобно повысив голос.

–  Это вызов в Министерство на слушание дела…