Чтение онлайн

Доверие – важный фактор для знаков условных, таких, как деньги или акции. Бумажки могут стоит миллионы – и в одночасье перестать стоить даже копейку. Это и есть игра на доверие. Кудрин в этом бумажном кругообороте и мыслит.

Он не понимает, что карусельный станок с ЧПУ – это не денежка и не ваучер. Что ценность этой груды металла и инженерного гения – не условна, а материально-вещественна. И что станок с ЧПУ не огорчишь недоверием, как биржевого маклера, и не ободришь доверием. Сколько у него положено по технологии операций – столько он и сделает…

Кудрин НАМ ЖАЛУЕТСЯ. Жалуется так, как будто это мы с читателем министры финансов, а он – рядовой гражданин: «Мы на три года прервали рост ресурсов, они пока еще ниже, чем были до кризиса. Это и рост ВВП, и инвестиции в экономику». Ну, и кто Вас заставлял это делать, господин Кудрин? Мы с читателем, что ли?

«В полтора раза сократились прямые иностранные инвестиции: по предварительным данным, в 2010 году они составили $13-14 млрд. против $27 млрд. в «лучшие годы»,– признал глава Минфина.

В 2010 году объем инвестиций в основные фонды составил 20,5% ВВП, больше 9 трлн. рублей. «Но пока перерабатывающие отрасли получают существенно меньше того, чтобы говорить о том, что мы проходим модернизацию. Ведь ее главные показатели — объем инвестиций и скорость обновления оборудования», — признал Кудрин.

Что это – самокритика? Кто в стране ответственный за «получку» обрабатывающих отраслей?

«Другой барьер — высокая инфляция, которая не позволила генерировать длинные деньги». «Если банкир не уверен, что правительство удержит инфляцию в 3-4%, то он не выдаст кредит под 7-8%. В прошлом году она составила 8,8% годовых, в этом году будет чуть полегче, если удастся избежать роста цен на продукты во второй половине года, то есть кредит будет выше 10%. По кредитам на три года под такие ставки вряд ли возможно проводить модернизацию», – признал вице-премьер. Говоря о государственных приоритетах в части улучшения инвестклимата, Кудрин привел мнение бизнеса

Главная примета деструкции экономического сознания населения в РФ – это подрыв научной методологии исследования предмета. Не только для экономики – вообще для любой науки обязательно исследование причинно-следственной связи. Экономисты же вроде Кудрина отчетливо отказываются понимать связь между ЗАКАЗОМ и РЕЗУЛЬТАТОМ. Даже для самого ничтожного результата – починить ботинки или перелицевать пальто – нужно сделать ЗАКАЗ и оплатить работу или хотя бы гарантировать, пообещать оплату.

Что уж говорить о такой сложной теме, как техническое обновление целой страны! Почему потенциальные модернизаторы поставлены в положение хуже сапожников и портных? Ведь правительство не дает им заказов, не оплачивает заказы (которые и не дает) живыми деньгами или хотя бы обещаниями более или менее внятного толка!

Нужно ли удивляться, что в опросе Российского союза промышленников и предпринимателей о состоянии делового климата в 2010 году главной проблемой назвали неэффективное госуправление и отсутствие ясных целей и ориентации в управлении страной. Помните, говорил киноклассик – «как же тебя понять, коли ты ничего не говоришь!».

Поищите сапожника, который, никоим образом не договорившись с вами об оплате и не получив от вас никаких распоряжений, под одни ваши общего плана вздохи (ах, починить бы обувь!) ВЫКРАДЕТ у вас ботинки, отремонтирует их и принесет к вашей двери! А ведь именно такую роль Кудрин уготовил потенциальным модернизаторам: ни заказов, ни денег, ни гарантий.

А потом и говорит: «На таком фоне инновационного прорыва не произошло: доля новой экономики остается низкой. До кризиса доля информационных технологий составляла около 3,8% ВВП, намного ниже, чем в Бразилии и Китае. Экспорт высокотехнологичной продукции остается невысоким. До кризиса он составлял $3 млрд., сейчас несколько снизился». Главным риском для России остается нефтегазовая зависимость, настаивает глава Минфина.

Бредовые утверждения кудринцев о том, что «рынок все наладит», - следствие не научного анализа, а первобытного шаманства, веры в таинственный и необъяснимый фетиш.

В науке есть эффекты известные, а есть неизвестные. Известные – воспроизводимы и предсказуемы. Неизвестные – не воспроизводятся силами человека и потому непредсказуемы. Взглянем под углом этого ОБЩЕГО правила научной методологии на рынок.

Если ты знаешь КАК, КАКИМ ОБРАЗОМ рынок все наладит, то почему не можешь сделать это сам, без рынка? А если не знаешь – почему тогда говоришь, что он все наладит? Откуда такая уверенность, ЕСЛИ НЕ ЗНАЕШЬ - КАК?! А если все-таки знаешь – то делай, не жди. Так замыкается круг…

Мы имеем дело не с наукой, а с деструкцией человеческого сознания дегенеративными наукообразными химерами: здесь утверждения не связаны причинно-следственной связью, вместо того, чтобы предпринять усилия для достижения нужного результата, предлагается не предпринимать ничего – при этом обещается именно нужный результат.

В традиционной, нормальной, научной экономике всякий товар производится под ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ ПЛАТЕЖЕСПОСОБНЫЙ ЗАКАЗ. Здесь же предлагается всё наоборот – платежеспособный заказ организовывать задним числом под произведенное непонятно кем, непонятно как и, главное, зачем.

В традиционной, нормальной, научной экономике (главный критерий которой – проверяемость эффекта через пробы и повторения) ИНВЕСТОР ЗАИНТЕРЕСОВАН ПОТРАТИТЬ МИНИМУМ. В кудринской дегенеративной экономтеории ИНВЕСТОР – ЛИЦО, КОТОРОМУ ВСЕ РАВНО ГДЕ И СКОЛЬКО ТРАТИТЬ.

Почему? Не будем голословны. «Должны быть озвучены правила игры, чтобы люди понимали, готовы они брать эти риски или нет. А у нас по одному проекту такие правила, а по другому уже другие», - врет мой земляк, глава инвесткомпании «Тройка Диалог» Рубен Варданян, добавив, что если для каждого проекта необходимо заключать персонифицированные договоренности, то инвестиции будут ниже.

Как практик, он конечно, знает, что врёт. Но как человек в РФ чужой, нацменьшинство, старается угодить всяким кудриным и сказать то, что они все время говорят.

Дело в том, что инвестор ищет место на планете, где он мог бы потратить как можно меньше, а получить как можно больше и быстрее. Логично? Ну и зачем инвестору в таком случае «общие правила»? Инвестору нужны именно личные, уникальные, персональные договоренности – выторговать себе не общие условия (которые ему даром не нужны), а ЧТО-ТО ТАКОЕ, ЧЕГО ДРУГИМ И В ДРУГОМ МЕСТЕ НЕ ДАЮТ.

«Мы конкурируем за деньги по всему миру, боремся за каждый доллар. Пока мы проигрываем в привлекательности Китаю, Индии, Бразилии», – переходит к правде земляк Варданян. Но правда-то людоедская! Вдумайтесь – армянин говорит, что русских нужно опустить к китайской, индийской, бразильской нищете фавелл и трущоб! Лучше бы он молчал, чтобы из-за одного выскочки всему народу не вломили за такие слова!

Инвестор ищет, где ниже накладные расходы, а РФ выравнивает с миром цены на топливо и электроэнергию. И если раньше инвестор мог сэкономить на энергорасходах или расходах сырья, то теперь ему оставляют только один путь экономии – НА ЛЮДЯХ.