Чтение онлайн

Так что всерьез Владимир Владимирович Путин, наверное, подразумевал разве что удвоение себя, любимого, в Кремле на ближайшие десять лет. А для такого удвоения ему, как некоей амебе, и понадобилось раздвоение: постановка целей, несовместимых с заданными путями их достижения.

Станислав Белковский

20 мая 2003 0

21(496)

Date: 20-05-2003

Author: Станислав Белковский, генеральный директор Совета по национальной стратегии

НЕ СТРЕЛЯЙТЕ В ПРЕЗИДЕНТА

Президент России Владимир Путин вновь показал себя хорошим мастером бессодержательного ритуала. Его Послание Федеральному собранию, оглашенное в минувшую пятницу в Мраморном зале Кремля, — чистая эссенция пустоты. Вслушиваясь в Путина, вглядываясь в оглашенный им текст, невольно задумываешься: а какой, собственно, страны президент перед нами выступил?

Глава государства, силясь придать себе грозно-напыщенный вид, озвучил, в частности, следующие тезисы:

— необходимо приложить все усилия, чтобы сделать Россию передовой страной;

— россияне будут гордиться Россией и приложат все усилия для приумножения ее богатств;

— необходимо консолидировать все силы в стране для противостояния серьезным угрозам, каковыми являются экономическая слабость России и неэффективность государства;

— систематический диалог с предпринимателями и профсоюзами привел к формированию цивилизованного рынка труда (это где же такой рынок существует? в каком государстве? — С. Б.);

— проведено совершенствование политической системы, направленное на создание крупных политических партий;

— России нужен рубль, свободно обращающийся на мировом рынке;

— частота внесения изменений в налоговое законодательство превосходит допустимые нормы и еще полтора десятка благоглупостей.

Странно, но Владимир Владимирович почти дословно поведал изумленно-воодушевленной публике все, о чем с восторгом говорил еще Михаил Сергеевич Горбачев терпкой весной далекого 1990 года. Правда, про другую страну — СССР, вскоре почившую в бозе. Означает ли это пугающее текстуально-смысловое совпадение, что России осталось существовать не более полутора лет, неясно. Но репутацию Горбачева-младшего нынешний хозяин Кремля полностью подтвердил.

В Послании президента содержатся лишь два конкретных факта: 1) золотовалютные резервы России выросли за 3 года на $50 млрд. и составляют ныне $61 млрд. (так и хочется спросить, кто же получил 2% от прироста); 2) со следующего года будет введено обязательное медицинское страхование пенсионеров. Не слишком много для лидера нации, готовящегося к очередным всеобщим выборам.

Сказал, впрочем, Путин и одну вещь поистине удивительную: оказывается, "нам удалось преодолеть неприятную (а слово-то какое — прямо-таки "уйди, противный!" — С. Б.) ситуацию, когда отдельные российские территории находились, по сути, вне пределов федеральной юрисдикции". Если такое звучит сразу после двух очередных страшных терактов в Чечне, значит, президента кто-то серьезно обманул.

Владимир Путин ничего не сказал ни про дальнейшее обнищание подавляющего большинства народа, ни про постоянный рост гигантского разрыва между богатыми и бедными, ни о тотальной утрате Россией геополитических позиций (даже на постсоветском пространстве), ни о роли олигархии и беспрецедентной монополизации экономики узкой группой особо дорогих россиян, ни о кризисе культуры и распаде интеллигенции. В общем, ничего, что могло бы стать основой для предвыборного рывка главы государства на смутном рубеже 2003-2004 гг. Не было уделено внимания итогам и урокам иракской войны: видимо, у Кремля просто нет мнения по этому вопросу. И уж, конечно, президент ничего не говорил о государственной стратегии. Видимо, послание и стратегия — вещи несовместные. Если, конечно, не считать стратегическим мучительный вопрос о регистрации предприятий "через одно окно".

Но не стреляйте в президента — он посылает, как может. Послание напряженно готовилось столпами кремлевской администрации, которым уже не нужен Путин как сверхпопулярный вождь российского народа. Дело пахнет парламентской республикой, и тут уж не до яркого эпатажа системы "мочить в сортире". Администрации скорее нужно закрепить представление о Путине как начальнике, ограничение власти и даже полное устранение которого ничего в стране существенно не меняет. Кроме того, с точки зрения олигархии, в интересах которой работают реальные авторы текста президентского Послания, Российской Империи и российского народа как субъектов, заслуживающих приоритетного внимания, просто не существует. Каков замысел — таково и Послание.

Владимир Путин, увы, в очередной раз проявил себя фигурой, полностью зависимой не только от сверхкрупного бизнеса, но и от собственного аппарата. Выступлением в Мраморном зале, в котором не было затронуто ни одной реальной проблемы страны, он еще продемонстрировал, что режим президента Путина плавно подошел к стадии своего распада. "Парламентская республика" имени тт. Абрамовича — Ходорковского — уже за поворотом.

Олег Головин

20 мая 2003 0

21(496)

Date: 20-05-2003

Author: Олег Головин

РИТУАЛ, НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНЫЙ К ИСПОЛНЕНИЮ

Я уходил после президентского Послания унылым. И не потому, что в Послании не было сказано о чем-то, чего я очень ждал, а просто журналисты лишний раз убедились в ритуальности сего ежегодного действа.

Пятница, 16 мая. Кремль в который раз встречает уже приевшуюся депутатскую братию своей, по-бородински помпезной, отделкой. Журналистов, прежде отделки, встречает длиннющая очередь, единственный плюс которой — пока дойдешь до входа, смысл идти внутрь уже отпадает, так как вся нужная информация собрана в результате участия в журналистских сплетнях. Однако ты все равно идешь. Мужественно терпишь, пока кремлевская охрана прощупает тебя всего насквозь. Сдаешь Федеральной службе охраны последнюю возможность связаться с миром — мобильник, и, гол как сокол, заходишь внутрь, где чиновные дядьки со скучными галстуками, сторонясь камер до начала, пытаются побыстрее взбежать наверх и не попасть при этом в объектив. (Это после, когда позиция ВВП ясна, все депутаты и губернаторы будут сами напрашиваться в собеседники журналистам, а до зачтения Послания прохвосты-журналюги любят задавать вопрос типа "Чего вы ждете услышать на этот раз?", при ответе на который немудрено и в лужу сесть. А вдруг именно на этот раз и не угадаешь посылы верховного?!) Притом это качество, как ни странно, распространяется на всех, за редким исключением. Так что ваш корреспондент смог лично созерцать, как сам глава администрации президента, всемогущий Стальевич — Александр Волошин — на всякий случай пользовался черным ходом…

По всем параметрам Послание-2003 было слишком затянуто. Под конец многие мои коллеги даже начали постепенно подремывать, и только громовой голос депутата Шандыбина заставил их вспомнить, где они находятся. Оказалось, что Василий Иванович просто решил напомнить Путину о проблеме коррупции, поразившей государственный аппарат и странным образом обойденной им в Послании. Лицо президента после этого напоминания чуть побелело, потом осунулось. Путин перевел взгляд на других депутатов, своих любимчиков из ненаглядной "Единой России". Наверное, он не хотел в столь красивый, по-летнему солнечный, день вспоминать о таких неприятных вещах, как коррупция.

Да и смысла в этом, по правде говоря, не было. По опыту прошлых лет можно смело утверждать, что основные задачи, поставленные в Послании Федеральному Собранию, зачастую не исполняются. А согласитесь, в третий раз повторять чиновникам о том, что им-де не мешало бы подсократить свою численность, занявшись дебюрократизацией, это уже даже нетактично.

Всю ритуальность послания только лишний раз подчеркивает его абсолютно неожиданный перенос почти что на месяц, если не больше. Все-таки если это текст, в котором закреплены важнейшие тактические и стратегические задачи как минимум на ближайший год (хотя это Послание было явно предвыборным — с кратким рассказом о достижениях за все 3 года), то оглашаться он должен в начале года. И уж никак не во второй половине пятого месяца, когда он уже почти полностью потерял свою актуальность. Чего ждали на этот раз: отъезда Колина Пауэлла, возможной отставки правительства или просто хорошей погоды, сказать сложно, но в том, что теперь о Послании скоро все забудут, сомневаться не приходится. Оно на то и было зачитано в мае, чтобы, не вызвав особых эмоций и попытавшись затормозить падение цен на нефть, вызвать стагнацию всей политической системы вплоть до официального начала избирательной кампании в сентябре. Однако последнее вряд ли получится. Милый, красивый и необязательный к исполнению ритуал, помимо всего прочего, как только доходит до дела, по своим последствиям не имеет авторитета среди российских политэлит в широком понимании этого слова. Даже вектор направления и тот остается во многом неясным. Потому что, как известно, суть дела кроется в деталях, а Путин как раз детали уточнять и не любит.