Чтение онлайн

Мировой кризис 2008 года закончил кредитную вакханалию. В государственном бюджете образовалась жуткая дыра. Весь латвийский народ вдруг отвернулся от политиков, имевших имидж "крепких хозяйственников" и разрешивших им безнаказанно обогащаться. Их обозвали "олигархами" и позорной метлой погнали из политики.

А что дальше? Дыры в бюджете спешно заткнули государственными кредитами, взятыми у благодетелей из МВФ и Еврокомиссии. Стране-транжире спешно понадобился кризисный бухгалтер. Нашли честного, скромного, но лишенного харизмы премьера. Тот сделал бюджетное "обрезание". Сокращения бюджета превратились в регулярное занятие, конца и края которому не видно.

Скучно, господа! Всем скучно. В ходе нынешней предвыборной кампании даже нет особого популизма. Политикам нет смысла врать народу об увеличении зарплат и пенсий: обещаниям материальных подарков никто не поверит. И вместо материальных соблазнов на первый план выходит соревнование психологических посулов. Латышские центристы пообещали устроить "публичную казнь олигархов" — сначала окончательно выбросить их из политики, а потом отдельных и посадить. Но с ним конкурирует еще более крутое — расправиться не с богатыми, а с… русскими. Рейтинги крайне радикальной, но, притом, уже парламентской партии "Всё для Латвии" бодро приближаются к 10%-ному рубежу.

Национализм всегда играл большую роль в латвийской политике. Но уже более десяти лет он имел скорее "церемониальную", чем прикладную функцию. Сейчас хрупкое равновесие нарушено. Вначале кризис деморализовал народ. Перспектива же многолетнего прозябания под гнетом государственных и личных долгов в нищей стране его обозлила. Появился спрос на погром. На такой же бессмысленный и беспощадный, как недавние лондонские безобразия, но в то же время лично безопасный и даже освященный некой идеей.

Есть спрос — будет предложение! Партия "Всё для Латвии" призвала народ поучаствовать в виртуальном избиении местных русских — организовала официальный сбор подписей за уничтожение русских школ в Латвии. Вначале сбор шел медленно, но мало-помалу перспектива отыграться на своих русских соседях набрала популярность. И если бы срок сбора подписей был чуть подлинней, то сегодня уже проходил бы конституционный референдум за запрет государственного финансирования школ, обучающих на русском языке. Не хватило малой толики голосов.

Национализм может быть сугубо положительным, когда он направлен не "против", а "за". Национализм же партии "Всё для Латвии" примитивно разрушителен. Ни у одного подписанта антирусской акции в случае ее планового исхода — разрушения русских школ — не произошло бы никаких положительных перемен в личной судьбе. Никто от беды своих русских соседей не стал бы здоровее, богаче или образованней. Но счастливее, за счет несчастья других, на короткий момент — это да!

Я вижу этих людей в ходе предвыборных дебатов. Слушая антирусские речи наших раздухарившихся фюреров, ликующая гопота радостно ржет и хлопает в ладоши. Они не заморачиваются мыслями, что будет со страной, если дальше обострять межобщинный конфликт. В наш мир пришла черная энергия из преисподней. Мир уже не будет таким, каким он был в постиндустриальную потребительскую эпоху. Она сама себя съела, оставив разочарованные массы с потерянным моральным вектором. Массы вдруг осознали, что уже никогда не будут жить так богато, как рисуют американские фильмы. Массы втягиваются в слепую месть. Растет спрос на погром. А вместе с ним — и политический запрос на защиту от погрома. Такая защита не имеет ничего общего с политикой компромисса. Ибо компромисс с погромщиками — безусловный политический нонсенс.

Баринофф - пластиковые окна в Москве заказать

Подписание 30 августа договора о партнёрстве между российской "Роснефтью" и американской ExxonMobi* на сумму — да, "страшно сказать" (© В.В.Путин), — 200, а то и 300 млрд. долларов, трудно рассматривать только в экономическом ключе и даже преимущественно в экономическом ключе. Скорее, это мощная политическая демонстрация как со стороны действующего премьер-министра РФ, так и со стороны его давних партнёров из "клана Бушей", республиканской партии и стоящей за ними части крупнейшего бизнеса США, условно именуемой "группой Рокфеллеров". Это прежде всего корпорации, завязанные на производство военной и другой высокотехнологичной продукции, а также сырьевые и энергетические гиганты, крупнейшим из которых является новый партнер "Роснефти" — ExxonMobil, 2-я в мире по капитализации публичная компания со штаб-квартирой в Ирвинге (штат Техас).

Подобная политическая демонстрация, усиленная — видимо, совсем уж "для слепых" — обысками в московском офисе ВР, может означать примерно следующее.

Путин и его "силовики" получили практически официальную поддержку "группы Рокфеллеров" в качестве "руководящей и направляющей силы" для России на ближайшее десятилетие (однако это принципиально не исключает ни различных кадровых решений по поводу конкретных "силовиков", включая самого "национального лидера" ни "смены курса" любой из "высоких договорившихся сторон", поскольку "нет вечных союзников, а есть вечные интересы").

Тем самым период компромиссов и попыток Кремля наладить контакты с конкурирующей глобальной "группой Ротшильдов", которая представляет прежде всего крупнейший транснациональный капитал (ВР входит в эту группу, а Михаила Ходорковского ряд экспертов называет "офицером связи" Ротшильдов на территории РФ), завершён — по какой именно причине или комплексу причин, остаётся только догадываться.

Без решения Путина о том, что он — в той или иной форме, но, скорее всего, лично — пойдёт на грядущие президентские выборы, подобный альянс не имел бы никакого политического основания с российской стороны. Пока трудно сказать, какой окажется реакция и степень противодействия этому решению со стороны путинских оппонентов внутри России и за её пределами, но то, что мнение вице-президента США Джозефа Байдена о нежелательности выдвижения Путина на высший государственный пост РФ в 2012 году, наш "национальный лидер" фактически проигнорировал, никаких сомнений уже не вызывает.

Точно так же без гарантий выдвижения на президентские выборы в США сильного республиканского кандидата, способного обойти Обаму, подобный альянс не имел бы никакого политического обоснования с американской стороны. И, если наши предположения верны, то Соединенные Штаты в будущем году ждёт такая предвыборная рубка, по сравнению с которой памятные баталии Джорджа Буша-младшего с Альбертом Гором образца 2000 года могут показаться безобидной детской вознёй в песочнице.

Ещё интереснее вероятные внешнеполитические последствия заключенного в Москве альянса. Они касаются прежде всего развития отношений с Китаем. Удержание монопольно высоких мировых цен на энергоносители, контроль за разделом Арктики и, соответственно, за возможным вследствие глобального потепления использованием Северного морского пути из Азии в Европу вряд ли вызовут понимание и поддержку в Пекине. Тем самым Россия через сырьевую ориентацию своей экономики окажется встроена в постепенно нарастающий конфликт с Китаем, к которому наша страна совершенно не готова ни в социально-политическом, ни в демографическом, ни в экономическом, ни в любом ином измерении.

С другой стороны к конфликту с предполагаемой "новопутинской" Россией Китай будут подталкивать его "друзья" из "группы Ротшильда", уже всерьёз намеренные перенести глобальный финансовый центр из Нью-Йорка в Азиатско-Тихоокеанский регион, в Сингапур, Гонконг или Шанхай, с отказом от доллара США как мировой резервной валюты.

Всё это, вместе взятое, а вовсе не впечатляющий финансовый масштаб, заставляет считать соглашение, подписанное между "Роснефтью" и ExxonMobil, настоящей "сделкой века", поскольку его потенциальное значение выходит далеко за пределы отношений между двумя корпорациями и даже двумя странами.

Разумеется, накатывающая на мировую экономику "вторая волна" глобального финансово-экономического кризиса в любой момент может внести самые существенные коррективы в нынешнюю расстановку сил. Но, поскольку сама эта расстановка обусловлена необходимостью перехода к новому технологическому укладу, "ключи" от которого находятся в руках вовсе не финансистов Уолл-Стрита, "выбор Путина" приходится признать противоречивым и весьма рискованным, но в целом оправданным.

Следует признать, что в "лихие 90-е" Россия утратила тот наработанный в советскую эпоху научно-технологический потенциал, который принципиально позволял ей в рамках "мировой системы социализма" совершить самостоятельный "прорыв в будущее". Но оставаться в прошлом наша страна, утратившая двадцать лет исторического времени, тоже не имеет права. Переход из прошлого в будущее окажется, скорее всего, не только трудным и болезненным, но и кровавым. Но другого пути мы себе, увы, уже не оставили.