Чтение онлайн

Саймон бросил инструмент и выпрямился.

Он посмотрел на жилет, который я надел поверх темной футболки, и его ореховые глаза прищурились при виде нашивки с моим именем. Затем он изо всех сил швырнул гаечный ключ через весь гараж.

— Так, значит, это, черт возьми, правда?

Я отступил на шаг, только потому, что никогда раньше не видел его таким злым.

Глаза Саймона сверкали от гнева, а челюсть двигалась взад-вперед.

— Ты вмешался.

Я стиснул зубы, сдерживая желание огрызнуться, и вместо этого спокойно ответил.

— При всем моем уважении, ты держал меня в неведении и ожидал, что я буду сидеть сложа руки, пока ты будешь разбираться с ее гребаным похищением! Что бы сделал ты?

Он схватил меня за шиворот и швырнул на землю с неожиданной легкостью.

— Я бы подождал! — проревел он, брызгая слюной.

Я медленно поднялся, отряхиваясь.

Губы Саймона скривились, когда он ткнул в меня пальцем.

— Ты думаешь, твоя любовь сильнее отцовской? Думаешь, я бы не сжег мир дотла ради нее? Она моя кровь.

Я шагнул вплотную к нему.

— Она — вся моя гребаная душа. Мы связаны, она и я. В этой жизни и следующей. Она будет моей вечно, и когда дьявол попытается вырвать мою душу, он поймет — ему нечего забирать, потому что моя душа принадлежит ей. Все, что я из себя представляю или кем я могу стать, принадлежит ей. Во мне нет ни единой клетки, которая могла вынести это ожидание. Ты никогда не спрашивал, люблю ли я твою дочь, потому что знал. Но ты не знаешь другого — она мой конец, Саймон. Она стала моей первой любовью, когда я только начал жить в этом мире, и она будет единственной, о ком я буду думать, когда покину его.

Его взгляд метался по гаражу. Он расхаживал взад-вперед, швыряя инструменты.

— Она не хотела этого для тебя. Она возненавидит меня за это, Уэс. Она будет винить меня.

— Я не позволю. — По крайней мере, попытаюсь. Я не продумал до конца, как это отразится на нем. — Что ты хочешь, чтобы я сделал? Я могу снять жилет, сделать вид, что ничего не произошло.

— Все уже знают, Уэс. Потому что после того, как мы заключили сделку о ее освобождении, они отправились на ее поиски и вместо этого нашли женщину Дирка. Она ругалась с ним из-за похищения, а ее сын сказал, что это ты забрал Калли. Весь их клуб теперь знает, что ты украл заложницу у Дирка Ленера. Теперь у тебя на спине мишень, и поскольку ты с моей дочерью — она тоже в опасности.

Я усмехнулся, проводя рукой по волосам.

— Она никогда не была в безопасности, Саймон. Ее похитили за то, что она твоя дочь!

Боль мелькнула в его глазах, прежде чем он опустился на табурет возле своего рабочего стола.

— Тебе нужна наша защита. Лучше всего будет, если ты сохранишь нашивку и будешь носить наши цвета. Оставайся в клубе. Калли в конце концов смирится с этим, но тебе придется дать ей время.

Я знал, что он прав. И когда я объясню ей, надеюсь, она поймет — у нас не было выбора.

— Ты сказал, что заключил сделку…

Саймон поднял голову, глаза блеснули чем-то нечитаемым. Некоторое время он смотрел куда-то мне за спину, прежде чем его взгляд снова встретился с моим.

— Что-то в этом роде. Я заключил ее до того, как узнал, что ты ее вытащил. Дирк пошел за ней, и сказал, что, когда вернется, она будет мертва или без пальцев. Я не мог рисковать, поэтому согласился на сделку. Минутой позже его женщина и сын рассказали про тебя. Но было уже поздно, сделка была заключена. Я найду выход.

Его слова прозвучали зловеще, а тот факт, что он не стал вдаваться в подробности, настораживал.

— Теперь ты будешь приходить в церковь на собрания каждый понедельник в десять утра. Ты будешь работать в одном из предприятий, принадлежащих клубу. На твою удачу, мастерская, где ты сейчас работаешь, подходит. На бумаге ты станешь владельцем — нам нужно будет оформить тебя как владельца, чтобы снять напряжение в клубе. Мы начнем использовать ее как место для хранения оружия. Мы заключили сделку с «Бунтом Насилия» из Нью-Йорка. Если все пойдет хорошо, это может принести нам прибыль.

Он докурил сигарету. У меня внутри все перевернулось от информации, которую он только что на меня вывалил. Я не представлял, насколько масштабной была их незаконная деятельность, и шок, должно быть, отразился на моем лице.

— Что случилось, малыш Уэс? Не думал, что мы работаем в тени?

Я прочистил горло и покачал головой.

— Просто не ожидал, что…

Он прервал меня, хлопнув по спине и сократив расстояние между нами.

— Как думаешь, что означает эта нашивка «1%» на левой стороне твоей груди?

Потеряв дар речи, я просто смотрел на белую нашивку. Я никогда раньше не задумывался об этом и о том, что это будет значить для меня, если я присоединюсь.

— Теперь иди и объясни моей дочери, какое будущее ее ждет, если она выберет жизнь с «Каменным Всадником». Удачи, сынок.

С трудом сглотнув ком в горле, я смотрел на жилет, который он вручил мне.

Он был кожаный, как и мой, но с другими нашивками. Вместо нашивки участника на нем было имя Калли с инициалами клуба под ним, а на спине, вместо клубных цветов, было всего два слова, вышитых белым:

Собственность

Уэса

Калли

Письма лежали стопкой на столе, пока мы с Лорой потягивали виски.

Макс гонялся за теннисным мячом, который я запускала с помощью устройства для метания. Солнце уже село, лед в бокалах почти растаял, пока мы расслаблялись на заднем крыльце. Единственная причина, по которой Киллиан не гнал нас обратно в дом — двор Уэса был уединенным и скрытым от остального клуба.

Киллиан появился вскоре после того, как Лора разложила вещи, но едва увидев его, решила, что нам нужен свежий воздух, и вытащила меня на улицу. Он остался внутри, по другую сторону окна, смотрел телевизор и время от времени поглядывал в нашу сторону.

Лора нарушила повисшую между нами мирную тишину, повернув голову и поймав мой взгляд.

— Автовокзал в пятнадцати минутах езды к северу отсюда. Ты можешь отвезти меня туда завтра?

Я резко повернулась к ней.

— Что ты имеешь в виду?