Чтение онлайн

— И что я должна сказать? — она развела руками. — Что мой отец лгал? Манипулировал нами? Саша знала? Поэтому не пришла на похороны? Поэтому не выбросила его вещи?

Я покачал головой, пытаясь притянуть ее ближе.

— Не думаю… Саша из «Рейдеров Смерти». Она пять лет встречалась с Саймоном Стоуном, балансируя между жизнью и смертью. Ей нельзя было появляться на похоронах. Ты думаешь, за нами не следили? Дирк не приехал лично, чтобы убедиться, что его главный враг мертв?

И не только он.

Лидеры «Бунта Насилия», «Королей Хаоса», «Сыновей Скорости» — все ждали, когда Саймона опустят в могилу, и кто займет его место. В тот день во время похорон на мне была мишень. Поэтому я не подошел к Калли, когда увидел, как она уходит. Я чертовски хотел, я злился на нее, но не настолько, чтобы держаться подальше, просто не мог рисковать ее безопасностью.

— То есть он всех обманул? Зачем?

Я покачал головой, пнув камень.

— Думаю, это связано с его сделкой с Дирком, но не уверен. Он оставил подсказки в тех письмах, где мы сможем его найти. Я хочу обсудить это в церкви — может, ребята что-то поймут.

Калли облизала потрескавшиеся губы и кивнула.

Я притянул ее ближе и поцеловал в шею.

— Мы во всем разберемся, ладно?

Ее руки скользнули по моей спине и зарылись в волосы.

— Ладно.

Когда мы повернули обратно к дороге, Калли взяла меня за руку и спросила:

— Что ты будешь делаешь, когда мы найдем его? Очевидно, он все это спланировал, а это значит, что он все еще президент. Когда он вернется… ты снова станешь вице-президентом?

Я смотрел на землю у нас под ногами, на то, как первые солнечные лучи скользят по ней, и мысленно вернулся к тому времени, как Калли уходила из моего домика на дереве. После того, как нам исполнилось шестнадцать, я каждое утро провожал ее домой и целовал на прощание. Мы были неразлучны с того дня у реки. Наша детская влюбленность превратилась в одержимость, а затем переросла в зависимость. Она была для меня всем, и я помню, как смотрел на землю, когда мы возвращались, и думал, как объяснить ей все это.

Даже сейчас слова, которые я хотел сказать, снова застряли в горле, хрипели в легких, желая обрести свободу. Но моя гребаная гордость удерживала их, подавляя до тех пор, пока от них не остался только воздух.

— Все останется по-прежнему, — пробормотал я.

Какой смысл говорить, что я хочу завязать? Что мечтаю о нормальной жизни? Даже если бы я добился этого… то не покинул бы Роуз-Ридж, и какая-то часть меня все равно осталась бы частью клуба. Они стали моей семьей. А с этой историей с Саймоном, его собственностью и «Рейдерами Смерти» я не мог просто бросить их.

Калли шла, опустив голову. Тишина становилась невыносимой.

— А что насчет тебя? Теперь, когда знаешь, что он жив, и продавать участок не нужно… Ты вернешься в Вашингтон?

Черт, я хотел, чтобы она сказала «нет». Нуждался в этом. Но зачем ей оставаться? Я не дал ей ни одной причины.

Она долго молчала, потом отпустила мою руку и потерла ладонь.

— Наверное, да. Я думала вернуться сюда, устроиться в тату-салон… Но теперь это кажется глупостью. Я чувствую, что все это было просто одной гигантской ошибкой.

Я был рад, что она не видела моего лица, потому что на нем отражалось, как больно мне было слышать это от нее. Тем не менее, она имела право вернуться домой, если хотела, и я знал, что главная причина, по которой она этого не делала, заключалась в том, что она не чувствовала, что нужна здесь, и это меня разозлило. Настолько, что я остановился и повернулся к ней.

— Если ты хочешь вернуться, то почему бы нет? Какая разница, что думает клуб или я? Делай то, что хочешь. Ты прожила в Вашингтоне семь лет, почему не пробовала поехать куда-нибудь еще? Не перебралась в Монтану, как мечтала в детстве? Или Вайоминг? Ты просто работала на дерьмовых работах, ютилась в дешевой квартире… Как будто ты ждала, что твое прошлое одумается, вернется и скажет, что все еще хочет тебя.

Гнев исказил ее черты, когда она скрестила руки на груди.

— Я следовала за своей мечтой! Стала тату-мастером, а чтобы понять, куда двигаться, нужно время и деньги. У меня не было ни того, ни другого. Меня, знаешь ли, никто не приглашал на Netflix.

Я фыркнул и покачал головой.

— Мечты, о которых ты ни разу не говорила? Вдруг проснулась и решила, что хочешь делать тату? Ты могла поступить в университет, Калли. Делать что угодно.

— Я сделала то, что хотела! — крикнула она в ответ, подходя ближе. — В реальном мире люди не могут просто взять и сделать то, что хотят! Нужно платить за аренду, оплачивать счета, большинству людей приходится работать, и они живут от зарплаты до зарплаты, просто радуясь, что у них есть крыша над головой еще на один месяц. Я не живу в каком-то воображаемом мире, где у меня есть машина, достаточно надежная, чтобы проехать тысячу миль через всю страну, или неограниченные средства на бензин и еду. Я выросла в нищете, Уэс. Уехала отсюда ни с чем. Я пахала, чтобы заработать на те жалкие вещи, которые ты называешь провалом! — Ее голос дрогнул. — Татуировки — это то, что я полюбила делать, когда потеряла тебя.

Это прозвучало слишком резко. И несправедливо.

— Ты не теряла меня, Ривер. Ты ушла от меня.

Она прошла мимо, бросив через плечо:

— Это бесполезно. Я действительно потеряла тебя. И задолго до того, как ушла. Ты перестал приходить домой, Уэс. Ты каждый вечер опаздывал, ты, казалось, забыл, что я не хотела иметь ничего общего с клубом или ходить на эти гребаные клубные вечеринки. Ты забыл, что я обычно убегала с этих вечеринок, Уэс. Я бежала к тебе, и внезапно тебя не оказалось рядом. Ты сам тащил меня туда. Ты был моим безопасным местом — а потом все изменилось. Я действительно потерял тебя, просто ты был слишком увлечен своей новой жизнью, чтобы заметить это.

Моя грудь сжалась, будто она ударила меня кирпичом. Я схватил ее за запястье и притянул к себе, тяжело дыша.

— Что ты хочешь сказать?

Ее ореховые глаза изучали мои, словно она пыталась понять, почему до меня не доходит, о чем она говорит.

— Я говорю, что ушла не из-за клуба. Я ушла, потому что ты бросил меня. После похищения я оказалась одна, Уэс. Почти каждый вечер я была одна. Ты ничего мне не рассказывал, и даже когда ты возвращался, между нами не было ничего, кроме секса. Эмоциональной близости больше не было, а я скучала по тебе.

Я с трудом сглотнул, собираясь возразить…

Но тут подъехал Хантер, один из новых проспектов, и опустил стекло.

— Тебе нужно срочно вернуться в клуб. Римлянин здесь, говорит, что ищет тебя.

Я стиснул зубы, схватил Калли за руку и потащил за собой. Она забралась на заднее сидение, а я сел рядом и держал ее ладонь всю дорогу, пока мы ехали обратно.

Мы подъехали как раз к тому моменту, когда Киллиан и остальные вернулись. Рэд вышла из главного дома, за ней шел Макс. Мы просили ее и Брукса присмотреть за ним, пока нас не было, и, похоже, зверь справился. Как только мы вышли из грузовика, он тут же уткнулся носом в живот Калли, и Калли улыбнулась ему, почесывая за ухом. Мне нравилось видеть их вместе, я не мог сказать почему, но, возможно, причина была в том, что он заботился о ней. Когда ей было грустно, он это чувствовал и был рядом, а его размеры отпугивали посторонних. Если уж я не мог ее защитить… пусть хоть Макс сделает это.

Рэд обняла Калли за плечи и повела на кухню, болтая без остановки.

Кто-то звал меня, другие шли в церковь, но я догнал женщин и взял Калли за руку.

— Ты со мной.

Глаза Рэд округлились. Калли тоже удивилась, но быстро оправилась, взяла мою руку, и мы направились к дверям церкви. Члены клуба смотрели на нас. Я нарушал одно из главных правил клуба. Никаких женщин в церкви.

Но к черту традиции.

Мужчины уже собрались вокруг стола, и не было ни одного свободного стула, кроме моего во главе. Я отодвинул его, сел и усадил Калли к себе на колени.