Чтение онлайн

Поток пленных продолжается. Идут пешие, тарахтят повозки, запряженные рослыми немецкими битюгами, пылят машины, скрипят орудия…

К вечеру 9 мая войскам Ленинградского фронта сдалось в плен более 45 тысяч немецких солдат и офицеров. А всего с 9 по 13 мая на Курляндском полуострове сдалось в плен 181 032 солдата и унтер-офицера, 8038 офицеров и 42 генерала. Много немцев разбежалось по лесам. Наши войска прочесывали местность. В итоге к 31 мая в Курляндии были взяты в плен 285 тысяч вражеских солдат и офицеров и 48 генералов. В числе пленных оказался и сам командующий группой армий «Курляндия» генерал Гильперт.

* * *

И вот прием пленных, учет и отправка трофеев закончены.

198- я стрелковая дивизия расположилась в лесу, а районе небольшой станции Броцени, что на железной дороге Елгава -Лиепая.

Еще недавно в этих местах гремели бои, солдаты сидели в сырых траншеях, ползали по болоту от блиндажа к блиндажу, вели огонь по врагу. А теперь наступила долгожданная мирная жизнь. В короткое время был построен летний лагерь. И не какой-нибудь, а образцовый.

На широкой лесной поляне длинными ровными рядами встали палатки. Вдоль них прямая, как струна, линейка, посыпанная желтым песком. В центре - большая пятиконечная звезда с серпом и молотом, выложенная из кирпича, и цветные буквы: «Наше дело правое, мы победили». У грибков - часовые в зеленых касках. Звучит труба - и лагерь приходит в движение. Подразделения расходятся на занятия. Начались дни боевой учебы. Все, как в обычное, мирное время!

А в ближайшее воскресенье в дивизии состоялся праздник, посвященный Великой Победе над немецко-фашистскими захватчиками. На широком поле, превращенном в плац, выстроились полки и отдельные подразделения. На украшенной кумачом и зеленью трибуне - командование дивизии, командиры и политработники из частей, ветераны.

Торжественный митинг открыл командир дивизии полковник Фомичев. Потом выступил начальник политотдела полковник Кузнецов. Он говорил о боевых делах и людях соединения.

Перед мысленным взором Никандрова вставали картины минувших сражений, в которых самому пришлось участвовать. Как живые виделись Алексею герои, павшие на поле брани за Родину: Павел Анцеборенко, отец и сын Никифоровы, Аня Рогова и многие другие.

Затем начинается парад. Звучит команда: «К торжественному маршу!», и подразделения, печатая шаг, проходят перед трибуной. Впереди сводной роты алым шелком сверкает боевое Знамя дивизии. В колоннах идут прославленные герои многих сражений с фашистами.

Праздник, посвященный Победе, завершился.

А вскоре пришел день, когда многие фронтовики старших возрастов увольнялись из Вооруженных Сил и уезжали домой. Торжественными и в то же время несколько грустными были эти проводы. Приходилось расставаться с боевыми друзьями, вместе с которыми шли по фронтовым дорогам, ели из одного котелка и укрывались одной шинелью, делили тяготы походно-боевой жизни, вместе громили врага и завоевали победу. Они уезжали домой, исполнив свой долг перед Родиной.

На станции, прямо у эшелона, украшенного лозунгами и гирляндами из зелени, состоялся митинг. С напутственным словом к отъезжающим обратился командир дивизии полковник Фомичев. Заключительные слова его речи: «Прощайте, боевые друзья! Счастливого вам пути! Желаю вам доброй встречи с родными и близкими и плодотворного труда на благо любимой Родины!» - потонули в бурных рукоплесканиях и криках «Ура!».

Потом выступали отъезжавшие. Старшина Дусеев, прослуживший в дивизии всю войну, четыре раза проливший кровь в боях, награжденный орденом Славы III степени и многими медалями, сказал:

–  Трудно нам расставаться с вами, дорогие друзья. Четыре года мы вместе шли фронтовыми дорогами. Но дома сейчас нужны наши руки, наше умение. Я только что получил письмо от родных из Башкирии. Пишут, что урожай нынче удался на славу. Как видите, работа ждет нас. И мы не подкачаем. А вам желаем успехов в боевой учебе. Прощайте, фронтовые друзья!

Затем на трибуну поднялся старшина Моисеенко, участник боев под Сталинградом, на Курской дуге, под Киевом, в Прибалтике. Он заверил однополчан, что их наказ - трудиться по-фронтовому - выполнит с честью. Инструктор политотдела майор Касьян зачитал письмо из Дзержинского райкома партии Ленинграда. Ленинградцы приглашали воинов-победителей в свой город и готовили им достойную встречу. Они писали, что для демобилизованных в Дзержинском районе ремонтируется триста комнат, подготовлены общежития на триста пятьдесят человек, всем будет оказана помощь в трудоустройстве.

А после этого начали читать стихи. Комсорг 506-го полка старший лейтенант Рукавишников прочел свои стихи «Вспомни, товарищ!» - о боях и походах, об «улыбках на лицах усталых», «мечтах и надеждах солдатских».

Взволнованно прозвучало стихотворение старшего сержанта Овчинникова, написанное специально по случаю проводов демобилизуемых и названное «Ты уезжаешь домой».

Много ты видел, боец-ветеран,

Много почетных имеешь ты ран,

Долго не видел детей и жены,

Многое вынес за время войны.

С честью носил ты званье солдата,

Крепко бивал немчуру-супостата,

Много наград ты в бою заслужил.

Враг побежден и оружье сложил.

Мир завоеван в жестоких боях,

Крепко стоим мы теперь на ногах.

Время пришло, и получен приказ,

Мы провожаем на родину вас.

Все мы желаем вам счастья в пути,

Счастья в семье и работе найти!

Долго продолжалось торжество. Произносились речи, играла музыка, звенели песни. Друзья прощались. Были объятия, поцелуи и даже слезы - скупые солдатские слезы. Полковник Кузнецов, капитан Никандров, майоры Касьян, Завьялов и другие офицеры обходили эшелон, жали протягиваемые из вагонов руки, обменивались пожеланиями. В одном из вагонов Алексей увидел Игната Сухова. Пожилой ефрейтор махал ему рукой и улыбался.

–  Прощайте, Игнат Савельевич, - крепко пожал ему руку Никандров.
– Вы учили Аню снайперскому делу, спасибо. Да вот не убереглась она… - с грустью в голосе произнес Алексей.

–  Не печальтесь, товарищ капитан, - ответил Игнат.
– Мы отомстили фашистам за смерть Ани Роговой, за гибель многих наших людей. Будем помнить о них. Прощайте!…

Они продолжали идти вдоль вагонов до самого конца состава. Мелькали лица - веселые и грустные, усатые и гладко выбритые; горели на солнце ордена и медали, слышались восклицания, шутки, приглашения в гости.

Наконец раздался гудок паровоза, лязгнули буфера, и эшелон медленно тронулся. Грянул оркестр, провожая маршем уезжающих. Поезд все ускорял свой бег; его последний вагон скрылся за разрушенными станционными постройками, а затем мелькнул между деревьями, обступившими путь. И вот уже только легкий дымок паровоза остался таять над лесом.

А присутствовавшие на проводах однополчане расходились по своим подразделениям. Им предстояло продолжать службу в новых, мирных условиях, решать новые важные задачи и приумножать славу воинов-победителей.