Чтение онлайн

Ее грудь вздымается и опускается, и кажется, что при каждом вдохе и выдохе крылья на татуировке приходят в движение.

— Это не первая татуировка, которую ты мне сделал.

— Верно, но единственная, которую тыхотела.

Думаю, может быть, в этом всё дело. Я сделал ее Винни не для того, чтобы доказать, что владею ею. Я сделал ее, потому что она моя. В этом есть разница, и меня осенило с полной силой в ту ночь на скале, когда я впервые похоронил себя внутри нее. Я ведь ее предупреждал. Есть причина, по которой я не бью тату другим девушкам. Быть настолько близким к кому-то — опасно. Желать их ради чего-то большего, чем просто их тело, хотеть видеть себя впечатанным в них чернилами — это приглашение к страданиям, потому что у нас с Ники и Саем есть нечто общее.

Мы не делаем ничего наполовину.

Мы трахаемся так же, как деремся, и любим так, словно умираем.

Винни — это опасность. Потенциальное страдание. Нормальные женщины уходят, или изменяют, или лгут, или просто, блядь, умирают, но Королевские женщины? Они делают всё это с интенсивностью, соперничающей с солнцем. Может, я и не согласен с его методами, но я понимаю опасения Сая по поводу появления Герцогини.

Но что-то внутри меня зацепилось за что-то внутри нее, и я смирился с этим.

Поэтому я просовываю руку под ее обтягивающие шорты и чувствую липкий жар ее возбуждения. Мой член набухает в ответ, и я нависаю над ней, цепляя пальцами края ее трусиков и стягивая их с бедер.

Я точно знаю, чего хочу.

Я швыряю трусики на пол и раздвигаю ее бедра, утыкаясь носом в ее влажный жар.

— Ты так вкусно пахнешь, детка.

— Реми, фу, — она ерзает, но я сжимаю ее бедра руками, чтобы усмирить ее.

— Нет, это пахнет по-другому, — возражаю я и высовываю язык, чтобы попробовать ее на вкус. — Остро, как сталь. Как адреналин. Ты часами сидела на лезвии ножа, просто позволяя своему телу бурлить и накапливать напряжение. — Я расплющиваю язык по ее киске, пробуя, забирая и чувствуя, как ее тело содрогается от этого.

— Ох, — выдыхает она, откидываясь на кровать. — Ох, блядь.

Мыча от удовольствия, я опускаю руку к своему члену, сжимая яйца.

И тут по моей двери стучит тяжелый кулак.

— Заходи, — отзываюсь я, подмигивая Винни, прежде чем снова нырнуть туда.

Дверь открывается, и я слышу:

— Эй, чувак, у тебя есть та... — Сай резко замолкает в дверях. А затем: — Блядь. Э-э, извините.

Я поднимаю глаза и вижу, что он морщит нос от отвращения.

Я затяжно целую клитор Винни, прежде чем переключить всё свое внимание на Сая.

— Почему бы тебе не подменить меня?

Сай хмурится.

— Подменить где?

— В пизде. Вылизать нашу Герцогиню.

Ее колени судорожно сжимаются.

— Реми!

— Я пас, жесткий пас, — говорит Сай, стиснув челюсти. Он смотрит на Винни и добавляет: — Без обид, я просто не стануэтого делать, никогда.

Я снова раздвигаю ее ноги и вдыхаю ее запах. Он немного изменился. Остыл. Мудак. Я целую ее внутреннюю поверхность бедер, снова настраивая ее на процесс. Между поцелуями я говорю:

— Многое теряешь, бро. — Я добираюсь до ее киски и целую ее клитор. — Она ерзает, протягивает руку, пальцы впиваются в мои волосы. — Она так хороша в такие моменты. Как пластилин в моих руках. — Я ухмыляюсь, глядя на нее снизу вверх, между ее ног. — Интересно, может, поэтому он не может этого сделать. Недостаточно сопротивления? — Я провожу костяшкой пальца по ее входу. — Или, может быть, потому что в его ебанутом мозгу победителем оказалась бы ты.

— Ничего из этого, придурок, — говорит он, опуская руку, чтобы не слишком-то незаметно поправить стояк. — Я просто не собираюсь совать туда свое лицо. Или свой рот.

Пока он говорит, я даю своей девочке то, что ей нужно, и ее глубокий, воздушный стон заполняет комнату. Она дергает меня за волосы, крепко сжимая их, пока я трусь о ее ступню, умирая от жажды трения. Но я не могу не заметить, что дверь так и не закрылась. Сай не уходит, и, медленно скосив глаза, я обнаруживаю, что он все еще стоит в дверях. Для чувака, который не любит вылизывать киски, ему, кажется, очень нравится смотреть, как это делаю я.

Что, как по мне, пиздец какой бред.

Я смотрю на него.

— Хочешь шоу — иди включи порнуху. Только для участников, чувак.

Он мнется, но потом спрашивает:

— Какая она на вкус?

Я бросаю на него взгляд. Не может быть, чтобы он раньше не слизывал ее вкус со своих пальцев.

— Пытаться выразить это словами — все равно что объяснять теорию струн. Киска на вкус охуительна, и она никогда не бывает одинаковой дважды.

Я жестом зову его подойти ближе. Винни вздыхает, в отчаянии уставившись в потолок, и я слегка ласкаю ее клитор подушечкой большого пальца.

— Потерпи, Вин. Моему мальчику нужно научиться правильно доводить женщину ртом. Ты получишь свой оргазм. Обещаю.

Я делаю это скорее для тебя, чем для себя.

— Занимай мое место, — говорю я ему, приподнимаясь на кровати, устраиваясь позади Винни и прижимая ее к своей груди. — Раздвинь для него ноги, — приказываю я, обхватывая ее сиськи и массируя их, стараясь не задеть свежую татуировку.

Сай шагает вперед с видом человека, медленно идущего в бой. Расправленные плечи, жесткое лицо, легкий проблеск неуверенности в глазах. Он смотрит на ее пизду как на демона, но в конце концов опускается перед ней на колени.

Глаза Лавинии широко раскрыты и насторожены, и прямо перед тем, как Сай собирается нырнуть в ее киску, я понимаю, что сейчас произойдет. Всё, что могу сделать я, он должен сделать лучше. Он выглядит так, словно собирается сожрать нашу девочку заживо.

Я останавливаю его.

— Эй, помедленнее. Полегче. Там куча нервных окончаний, и они не настроены выдерживать восемь раундов с твоим языком. Я ее для тебя разогрел, просто... спаррингуй. Игриво.

Так как она постепенно сводила колени вместе, я провожу руками вниз по ее телу и, используя свои длинные руки, хватаю ее за бедра, широко раздвигая их для него. Я держу ее открытой, а он смотрит на ее киску.

Его лицо всё еще перекошено.

— Господи, ты привьешь ей комплекс. Киска Винни потрясающая. Чем скорее ты это поймешь, тем лучше у тебя получится с ней управляться.

Одной рукой я тянусь между ее ног и перекатываю пальцы по ее горячему маленькому бугорку. Она выдыхает и пытается сдвинуть ноги, но рука Сая резко выкидывается вперед и удерживает их раздвинутыми.

— Это то самое место, — говорю я ему. — Нежно.

Проходит еще одно долгое мгновение, прежде чем он высовывает язык, плоский и неуклюжий. Винни напрягается, прижатая ко мне, но я целую ее в шею сбоку, проходясь языком, отвлекая ее, пока он не вступает в контакт.