Чтение онлайн

А ещё вокруг стоял сводящий с ума жужжащий звук, который складывался в голове в искажённые очертания предметов — порой эти очертания становились настолько резкими, что затмевали реальное зрение. Эхолокация была для Силдины неотъемлемой частью картины мира, поэтому в Зеркале Души она существовала даже для посторонних, неспособных воспринимать ультразвук.

А она, воспользовавшись тем, что я занят борьбой с ветром, начала читать заклинание:

— Я, Кровожадная Жрица, как источник силы повелеваю: сформируй законы мироздания и повергни врага моего! Дритт Торнадо!

А девочка неплохо соображает! Замена «расшифруй» на «сформируй» не только многократно усилила действие заклинания именно в её Зеркале Души, но и установила граничные условия. Она здесь может пользоваться своей магией, я своей — нет. Потому что здесь её правила. Сам сказал, слово назад не заберёшь. Вернее даже так: всё, что использует она, смогу применить после этого и я — но магии ветра у меня в арсенале нет. Вот к оружейной магии Силдина не обращается — потому что ею владеем мы оба, и если разрешить такое, то у меня будет преимущество.

А смерч для обычного человека из плоти и крови, не имеющего ни системной Защиты, ни сил Слуги — очень опасная вещь, почти гарантированная смерть.

Нет, я-то, конечно, увернулся, но островок невелик, долго бегать не получится — а смерч пошёл на меня со скоростью колесницы на полном скаку. Можно было спрыгнуть с обрыва в море — там больше пространства, но у меня с морем плохие отношения, а Силдина владеет магией волн не намного хуже, чем ветра.

Я начертил копьём на земле серию рун. Силдина поспешно отвернулась и прекратила облучение ультразвуком — она поняла, чем это грозит. Если бы она прочитала руны и поняла их смысл, то они бы начали действовать в этом мире. А не понять она не могла, потому что была некоторое время мной.

Теперь, не считая магии, я почти сравнял условия — мне было трудно смотреть на неё из-за ветра, но и ей на меня — из-за рун (я начертил ещё несколько на своей одежде). Обоим придётся биться почти вслепую.

Силдина, однако, сдвинула спектр эхолокации так, чтобы не видеть моей одежды. Мои очертания для неё несколько размылись, но зато теперь опасность представляли только руны на земле, из зоны действия которых мне скоро придётся выйти…

Дождавшись момента, когда воронка смерча подошла вплотную к рунному начертанию на земле, я метнул копьё. Этот мир мог отнять у меня силу, скорость и неуязвимость, но не мог отнять верного глаза сына Ллуга. Смерч подхватил копьё, сломал его, раскрутил обломки до скорости в полторы сотни метров в секунду… И головной обломок, тот, что с наконечником, вылетел, подобно снаряду, точно в грудь Силдине.

Она могла бы легко предотвратить эту атаку — достаточно было уже после броска лишь на неуловимо малую долю изменить скорость ветра или узор воздушных струй в колонне смерча. Но именно сейчас, когда она отвела взгляд, вихрь продолжал вращаться именно так, как ему было изначально задано магией — и стал предсказуем.

Силдина захрипела и согнулась — на какое-то время она из боя вышла и сама по себе стала для меня неопасной. Однако призванный ею смерч никуда не делся от того, что я смог использовать его силу в собственных целях — и продолжал теснить меня к берегу. Ну что ж, мне как раз туда и было надо.

Островок Силдины по своему рельефу напоминал чашу или арену — почти плоская середина и цепочка зубчатых скальных пиков по краям. В расщелину между двух таких пиков я и забился. Смерч покорно последовал за мной, не понимая, что теряет от этого всю силу. Ну ладно, не всю… значительную часть. Краевые потоки воронки, именно та смертельная для обычного человека «мясорубка», где давление и скорость ветра максимальны, разбились о скалы — и я оказался в центральной части смерча, в «оке бури». В зоне низкого давления, которая, высосала меня из расщелины в одно мгновение, словно пылесос соринку, и подняла в небо. Меня крутило вокруг оси, было трудно дышать… но в основном я оставался цел и невредим.

Смерч потерял цель. Он не мог заглянуть внутрь самого себя, структура направлявшего его заклинания на это не была рассчитана. Теперь он должен был или рассеяться, или атаковать следующую похожую цель… Оба варианта меня устраивали.

Смерч принял исчезновение цели за успешное поражение — и рассеялся. Падение с высоты в 45 метров — пустяк для Слуги, но довольно неприятная вещь для обычного человека. К счастью, я умею это делать. У меня в руках копьё. Не Легендарное Копьё и не Га Болг, а усреднённый образ «копья вообще» (японского яри, стоит заметить, а не европейского копья, на что указывает узкий наконечник). Это часть моего образа — поэтому сколько бы я его ни метал и ни ломал, оно здесь всегда будет оставаться со мной. Аналогично и к Силдине всегда будет возвращаться её меч — образ «катаны вообще». Правда, это не сработает, если яри или катана будут сломаны противником целенаправленно — в ходе атаки, направленной на обезоруживание. Тогда их потеря считается боевой травмой и до конца сражения они не вернутся. Но сейчас не тот случай. Я использую копьё как шест для амортизации — выставив его перед собой и крепко держась за него обеими руками. Не настолько крепко, чтобы выдрать руки из суставов, но достаточно, чтобы при правильном гашении остатка скорости не сломались ноги.

Стоит отдать Силдине должное — даже несмотря на рану, она сумела увидеть, что я к ней бегу, и даже встретить меня ударом меча. Парировать этот выпад было довольно сложно, учитывая, что она била насмерть, совершенно не заботясь о собственной защите — ей важно было только достать меня, а для таких смертоносно-самоубийственных выпадов катана подходит куда лучше, чем для классического фехтования. Моё же парирование было затруднено как бьющим в лицо ветром, так и тем, что в руках я до сих пор держал два обломка копья, а не одно целое. Сказал бы ещё «и растянутыми при падении суставами», но тут меня выручало Продление Битвы. Навыки Героической Души тоже упали до уровня человека без магии, но не исчезли совсем — в частности, я не смог бы здесь продолжать бой, потеряв пять литров крови, но игнорировать боль — вполне.

Деревянное древко копья катана разрубила бы, словно спичку, ни на миг не замедлившись. Пришлось смошенничать — сделав вид, что сближаюсь, я за миг до входа в зону действия её клинка резко отпрыгнул назад, одновременно метнув короткий обломок копья, как дротик, вогнав его косатке точно в глаз. Силдина пошатнулась… И рухнула вперёд лицом вниз.

Порывом ветра над волною белопенной

Листвой осенней и апрельским громом первым

Я призываю день который завтра будет

И призывая говорю все будет так как я велю

Все будет так как я задумала сначала

Когда впервые эта песня прозвучала

Когда над радугой что вспыхнула впервые

На грани моря и земли меня сиреной нарекли

Алла Пугачёва, «Сирена»

Ночь игры сменила день игры.

Только ложь — владычица толпы.

В вихре карнавала появился ты.

В эту ночь, накинув пестрый плащ,

Ты безумный взгляд под маской прячь.

Карнавала призрак манит мглой удач!

Знай,

Ты в карнавале

Сам себя обманешь.