Чтение онлайн

– Удивительное дело!.. Нас всех, того и гляди, поглотит Ничто, а мы всё судим, как нам одолеть Мерлина! Но еще удивительнее то, что, если мы не будем продолжать пытаться одолеть Мерлина, он точно одолеет нас, невзирая ни на какого Неназываемого!

– Учитель, неужели вся наша добыча из Храма Ямер-та никуда не годится? спросил Хаген. Его по-прежнему терзала обида, что добытые таким трудом и такой кровью сокровища на поверку оказались никчемными, не считая, конечно, великолепного Диска, спасшего ему жизнь на Авалоне

– У меня есть надежда только на Жезл, что вы с Хроф-том отняли у Стража Обетованного, да еще смутные подозрения насчет амулета Ямерта, - признался Маг.
– Остальные - либо самые настоящие фальшивки, годные лишь на то, чтобы дурачить жрецов да несчастных обитателей Хранимого Королевства, либо в них скрыта магия, поистине недоступная моему разумению. Но времени мало, разыщи Хрофта, вам лучше отправиться в путь немедленно.

– Но сперва я повидаюсь с Ильвинг, - заметил Хаген.

Волшебник коротко кивнул и, уже весь во власти своих помыслов, быстрым шагом заспешил прочь, к своим покоям. Хединсейский тан проводил Учителя взглядом и отправился на половину жены.

Они расстались совсем недавно, ведь по времени Хе-динсея здесь прошло лишь пять дней, и неприлично было высокородной дочери ярла, супруге могучего хединсей-ского тана, кидаться ему на шею после столь краткой разлуки; Ильвинг строго блюла обычай, но по глазам ее Хаген читал, чего именно хочется ей сейчас больше всего, в то время как они в присутствии ближних женщин Ильвинг обменивались соответствующими моменту фразами...

...Потом было и многое другое, и Хаген с величайшим трудом заставил себя оторваться от жены, когда Старый Хрофт нарочито громко затопал и закряхтел за дверью.

– Ракот привел своих - на это стоит поглядеть, - отчего-то вполголоса сказал тану Отец Дружин, когда они шли переходами цитадели. Хаген облачился в полный до-спех, на правом боку висел Диск Ямерта; Хрофт опоясался своим прославленным Золотым Мечом в прозрачных ножнах, однако чудо-оружие странно смотрелось на фоне огромного овчинного тулупа, в который кутался Старый Бог. Утратив значительную часть своего могущества, он стал страдать от холода, подобно Смертным.

Часовой, отсалютовав тану мечом, поспешил поднять решетку, сплетенную из толстых стальных прутьев, и Хаген вышел на широкую боевую галерею, шедшую вокруг всей главной цитадели хединсейского Замка. Отсюда был прекрасно виден просторный внутренний двор крепости;

обычно всегда заполненное спешащими людьми, мощенное камнем огромное пространство встречало сейчас совсем иных существ; самые древние гранитные глыбы, основы еще сохранившихся фундаментов, на которых были воздвигнуты новые башни и бастионы, - лишь эти глыбы еще могли припомнить кое-что из тех времен, когда Хе-динсей был гордой столицей могущественной Ночной Империи и похожие на нынешних гости частенько ступали по его плитам...

На каменном возвышении в самой середине двора стоял Ракот, в алом плаще, подобном языку подземного пламени. Хаген застыл, изумленно и даже с некоторой оторопью разглядывая того, с кем еще несколько часов назад он

мирно беседовал и лишь по очень слабым признакам мог бы тогда понять, что перед ним не простой Смертный, пусть даже мощный телом и обладающий повелительным изором. Восставший разительно изменился, и теперь Хаген легко смог бы представить, как выглядел Падший Маг в те далекие дни, когда его полки овладели почти всей Мировой Сферой, штурмовали Обетованное, а их повелитель носил гордый титул Владыки Тьмы.

Царило безветрие, но багряный плащ Ракота трепетал, словно раздуваемый могучими порывами урагана, исси-ня-черная грива великолепных волос над высоким челом казалась сотканной из мрака короной; мощные руки были воздеты в повелительно-приветственном жесте - полководец встречал свои войска.

А они шли, и воздух стонал под ударами могучих крыльев, изогнутые подобно серпам когти оставляли глубокие борозды на несокрушимом граните, глаза не предста-вимых иначе, как в самом страшном ночном кошмаре, тварей горели диким огнем, долгие десятки веков мрак заботливо выпестовывал их в тайных гнездилищах, и теперь, не знающие ни сомнений, ни колебаний, ни страха смерти, они вновь готовы были устремиться в бой по мановению руки того, кто стоял сейчас перед ними, в алом плаще и в венце из темноты.

Прямо по воздуху маршировали другие отряды, шли схожие с людьми существа, под кроваво-красными эмблемами орлов, с круглыми щитами и огромными палицами;

длинными прыжками приближались заросшие шерстью создания, наподобие гигантских обезьян, не признававшие иного оружия, кроме собственных рук; в их густом меху запутывались стрелы, а мечи ломались о кожу, прочную, точно сталь.

Ползли многоглавые змеи, двигались отряды призраков, что поглощают души врагов, превращая их в жалких, беспомощных безумцев; и демоны из других вселенных, подобные тем, что пытались преградить Магу Хедину дорогу к Дну Миров; и многие, многие другие, в великом числе и во множестве обликов; тучи этих созданий затмили собой солнце, и день стал казаться вечером. Хаген, сколь бы ни был он удивлен, удивился еще больше, недоумевая, как все это сонмище разместится на дворе его крепости, хоть и достаточно просторном, но все же, все же...

Разгадка отыскалась быстро: на камнях цитадели оставались стоять лишь первые коснувшиеся их воины Рако-та, остальные же словно вдвигались в их тела; длинные цепи существ складывались, подобно гармошке, и вскоре Восставший стоял посреди огромной толпы диковинней-ших созданий, ни одно из которых не походило на другое;

для описания всего их многообразия понадобились бы горы пергамента.

Хаген повернулся к стоявшему на посту караульному. Воин смотрел на странное сборище в крепостном дворе с удивлением, но без страха.

~ Не боязно иметь таких красавцев в союзниках?
– тем не менее спросил его Ученик Хедина.

– Нет, мой тан, - лихо ответил воин.
– Да при виде их все наши враги тотчас разбегутся без боя!.. Но вот потом - не хотел бы я, чтобы они навсегда стали моими соседями, - прибавил он уже тише.

– Хорошо, продолжай службу, - кивнул Хаген дружиннику. Все правильно - его отчаянные сорвиголовы, привыкшие к самым дерзким набегам, не погнушаются никаких страшилищ, если союз с ними сулит победу; но вот потом, после боя, они превращаются в обычных Смертных, и брезгливость берет свое.

Тем временем небо над Хединсеем очистилось; Ракот, похоже, собирался обратиться к своим слугам с какой-то речью, и Хаген с Хрофтом пошли дальше.

Они вышли из цитадели, миновали внешний обвод стен, где угрюмо трудились пленные, закладывая бутовым камнем проломы, оставленные огнем судовых баллист и пламенем Алчущих Звезд; в отличие от дружинников Ха-гена, вид движущихся сил Ракота напугал их до чрезвычайности, и теперь конвоиры выбивались из сил, гоня их по местам. Однако приказ тана был строг - не проявлять к пленным жестокости, и оттого воины Хединсея действовали в основном угрозами, а не кнутами.