Чтение онлайн

Ни Хрофт, ни Хаген не успели даже удивиться происходящему с ними, как их вновь всосала черная воронка тоннеля. Она появилась внезапно, прямо в воздухе в нескольких шагах от них; теперь их несло вверх. Это казалось даже приятно как будто лежишь на мешке с гагачьим пухом. Однако ветер выл и свистел по-прежнему, и они не могли обменяться и парой слов.

"Меня эти жернова Великих Сил смелют в мелкую муку, так что и следа не останется", - угрюмо подумал Хаген, пока они совершали свой путь по колодцу.

Их выбросило на площади перед Храмом. Ветер внезапно стих, и под ногами распростерся гранит мостовой. Прямо перед ними на месте Храма Солнца до самых небесных пределов вздымалось огромное и бесформенное облако непроглядной темноты, словно исполинская черная скала. Неподалеку в окружении сумрачных дружинников Хагена стояла толпа понурых жрецов со связанными над головой руками; Верховного Жреца с Ночной Всадницей нигде не было видно. Несколько мгновений Хаген даже озирался с некой опаской - а ну как появятся вновь из-за угла, да еще вкупе с этим Крылатым Гигантом?

Однако, как бы ни был быстр его первый взгляд на окружающую Храм площадь, он не мог не заметить и не отметить расторопность своих тысячников: несмотря на его исчезновение, дружинники в полном сборе, горят костры под огромными полевыми котлами, ведут разоруженных панцирников Видрира... Все его приближенные и доверенные командиры стояли невдалеке тесным кружком и что-то спокойно обсуждали. Судя по их лицам, речь шла не больше чем о распределении смен караулов, однако Хаген знал, что сейчас его тысячники могут говорить только об одном - что делать дальше, и про себя похвалил их за выдержку.

А потом его и Хрофта заметили... и четкий порядок сломался под напором ликующих криков и ударов мечей о щиты; тан и Хрофт оказались в плотном кольце.

– Тан! Наш тан! Он вернулся! Он сильнее Тьмы!
– раздавалось со всех сторон.

– Ну, мне пора, сын мой.
– Усмехаясь, Старый Хрофт положил тяжелую, точно высеченную из камня руку на плечо Ученику Хедина.
– Постарайся рассказать твоему наставнику все как можно подробнее... а я отправляюсь. Дел много, недосуг тут задерживаться. Да! Жезл Крылатого Гиганта у меня.
– Отец Дружин показал Хагену обернутую тряпицей смертоносную вещь.
– А второй я оставляю тебе. Осторожнее, не прикасайся к нему голой рукой!
– предостерег он потянувшегося за жезлом тана.
– Он выпьет твою душу и забросит в такие пределы, откуда тебя не выручит даже сам Великий Дракон. Прощай! На вопросы будем отвечать позже.
– И прежде чем Хаген смог остановить его, Старый Хрофт, легко раздвинув ряды изумленных воинов и гоблинов, упругим шагом двинулся прочь и тотчас исчез, словно свернул за невидимый угол; а спустя еще мгновение над головой Хагена раздалось сильное ржание, точно там, по воздуху, мчался всадник на могучем коне, сливаясь со скакуном в стремительном порыве.

Хагену некогда было удивляться - тысячи и тысячи людей, гоблинов, гаррид, хедов ждали его приказа; он обвел взглядом множество столпившихся вокруг него дружинников. Нужно было сказать хотя бы несколько слов.

– Дело сделано, вы бились лучше, чем любой в этой земле!
– крикнул тан. Вы не убоялись пламени Храма, вы победили его чародейских прислужников, вы не отступили перед верной смертью и одолели ее! Тьма попыталась поглотить меня, но я прошел ее тропами и вернулся обратно. Дело сделано, воины Хединсея! Перед нами путь домой. Нас не смогли остановить даже сами Боги! О ваших подвигах станут слагать песни многие поколения сказителей! Берите золото и серебро этого города - и мы уходим домой!

Ответом ему стал громовой ликующий рев сбежавшихся на площадь воинов.

– Тысячники!
– рявкнул тан.
– Пусть сотники разведут людей по кварталам. Проверять все! И пошевеливайтесь, Дети Тьмы!

Только что беспорядочная, толпа стала стремительно преображаться. В ней возникли водовороты и завихрения, дружинники и гоблины торопливо разбирались по десяткам; сжимающие строй сотни одна за другой уходили в распахнутые пасти улиц. Начиналось быстрое, но не суетливое очищение Столицы от всех ценностей, которые могли быть найдены здесь.

Около тана остались лишь избранные - Берд, Фреар, Гудмунд, Орк, Фроди и еще трое тысячников, Канут... Осталось свободным место Лодина; взгляд Хагена потемнел, споткнувшись об эту пустоту; Канут, заметил и понял, о чем думает предводитель.

– Он жив, мой тан, - произнес он.
– Жив, но... очень плох. Огонь жрецов изглодал его очень сильно... Быть может, Великий Учитель...

– Клянусь пещерой Нифльхеля и цепью Гарма, я сделаю все, чтобы дотащить Лодина до Хединсея!
– резко произнес Хаген.

Они ждали его рассказа. Никто не смел, задавать первым вопрос о том, что же приключилось с таном, но Хаген стал спрашивать сам - обо всем, что здесь случилось без него.

Оказалось, что, когда Диск Ямерта встретил Белое Лезвие Ночной Всадницы на террасе Храма Ямерта и через щель в слоях Реальности Дальняя Тьма хлынула на цитадель Солнца, всех воинов Хединсея неведомая сила вышвырнула, прочь из храмовых приделов. У кого закружилась голова, у кого помутилось в глазах - но никто так и не смог вспомнить, как они очутились на площади вне облака Тьмы. В один миг несколько тысяч дружинников и гоблинов благополучно перенеслись на лежащую перед Храмом площадь. Бой в городе к тому времени уже стих, оставленные отряды Хединсея вынудили отступить панцирников Видрира; взметнувшееся над Столицей облако зловещей Тьмы окончательно подорвало дух защитников, и они начали сдаваться. По непреложному закону Хединсея, с пленными обращались милостиво - обезоруживали и отпускали на все четыре стороны, задерживая для допроса лишь командиров. Все городские склады, арсеналы, сокровищницы попали в руки воинов Хагена целехонькими; дружинники Хединсея уже обогатились и сейчас довершали дело, собирая воедино все найденное в городе золото, серебро и самоцветные камни. Обвод внешних стен и превратные башни занимала многочисленная стража; тысячники Хагена решили искать и ждать своего предводителя еще сутки, после чего с боями прорываться к Хединсею.

– Мы очень тревожились за тебя, мой тан, - говорил, Канут, глядя прямо в глаза Хагену.
– Никто не мог понять, что произошло, откуда взялась эта Тьма, в которой ты сокрылся, какова твоя судьба... я признаюсь, мы готовились к худшему.

– Ну, этой-то Тьме я не по зубам, - усмехнулся Хаген.

Это была чистая правда - Тьме он был не по зубам, впрочем, она его на этот зуб и не пробовала, но это уже было не важно. Тан не хотел до времени рассказывать даже лучшим своим соратникам о страже Обетованного и всем прочем.

Когда кончились рапорты тысячников, наступило молчание. Хаген не мог не признать, что в его отсутствие они сделали все, что нужно. Войско было готово к немедленному выступлению.

– В Храме нам больше делать нечего, - повторил Хаген.
– Тьма не остановила меня, она, как я понял, лишь оттеснила всех остальных. Я дошел, докуда должен был, и взял то, что обязан.
– Он коснулся рукой своей сумки, где лежали семь амулетов, заметив при этом страх, промелькнувший во взглядах его командиров при этом известии. В глубине души все они ждали неминуемой мести Молодых Богов. У людей тана хватило отваги бросить им вызов - мощь Правителей Мира редко проявлялась в повседневной жизни, а Великий Учитель, как они называли Хедина, творил чудеса едва ли не каждый день.

– А тот достойный муж, что вышел вместе со мной, - то друг и союзник моего Учителя, пришедший на помощь при виде сокрывшей все Тьмы и решивший, что наше дело плохо, - закончил Хаген, совсем немногим при этом погрешив против истины. Его тысячники вполне удовлетворились этим объяснением, привыкнув во всех магических делах целиком и полностью доверять своему предводителю.

Тан отдавал необходимые, хоть и мелкие распоряжения, осведомлялся о каких-то деталях, однако его не покидала растущая с каждой минутой тревога неужели его Учитель, истинно Великий, истинно премудрый Учитель ошибся в своих расчетах? Маг ожидал, что Молодые Боги действительно попытаются покарать святотатцев, посягнувших на их Главный Храм в пределах Восточного Хьёрварда; он ждал их возмездия, он готовился отразить его; а вместо этого появился лишь астральный двойник Ямерта да один из Крылатых Гигантов... Это могло значить, что План неверен в самой своей основе или что на самом деле ни само святилище, ни амулеты вовсе не так важны для Молодых Богов, как это полагали Хедин и Старый Хрофт.