Чтение онлайн

В этот момент Николас осознал, что телевизор по-прежнему бубнит, давно переключившись с новости о взрыве в лаборатории на очередное освещение триумфального шествия вируса по планете. Диктор BNN как раз доверительно сообщал об ограничительных (а как же, не разрешительных же!) мерах, которые планируется ввести после одобрения вакцины FGR и запуска её в массовое производство. Среди прочего было объявлено, что с момента начала массовой вакцинации авиаперелеты, а также посещения любых мест массового скопления людей, будут возможны только при наличии подтверждения, что пассажир или посетитель привит от нового вируса. Вот это да! Мысленно представив заполненные самолеты, поезда, стадионы, театры, да и просто супермаркеты в час пик и быстро сделав несложные подсчеты, Николас присвистнул от восхищения – вот это выручка! Выручка, которая светила фармкомпаниям, заявившим о завершении работ по созданию вакцин от нового вируса. И первой в этом ряду стояла FGR.

Все как нельзя более удачно складывалось для этой компании: вирус возник из ниоткуда именно в тот момент, когда у компании появились финансовые проблемы; у компании уже были наработки перепаратов против вирусов этого типа и поэтому им удалось быстро разработать эффективную вакцину… Так, что-то здесь… Некоторое время Николас размышлял, пытаясь представить FGR в роли тайного вдохновителя и организатора работ по созданию вируса-убийцы интеллекта, но взвесив все доводы за и против, он отказался от столь заманчивой версии. Безусловно, FGR очень много выигрывала от пандемии и последующей фактически обязательной вакцинации, однако два обстоятельства ее реабилитировали. Во-первых, Тропард сообщил с плохо скрываемой завистью, что он даже не представляет, какие технологии были использованы при создании вируса. Вряд ли ведущий ученый компании ничего не знал бы о технологиях, которыми эта компания располагает… если бы она ими располагала. Во-вторых, зачем синтезировать слабоумие, которое приведет в итоге к мучительной смерти миллиарды людей – потенциальных покупателей продукции компании? В этом не было никакого смысла, поэтому Николас с некоторым сожалением исключил FGR из списка подозреваемых. Впрочем, и списка-то еще никакого не было, возможные кандидаты в него пока даже не просматривались…

В этот момент вновь призывно завибрировал смартфон. Да чтоб тебя! Если это опять из редакции, пошлю их к черту! Но это был, как ни странно, Вон, которого Николас никак не ожидал сейчас услышать.

Николас не сразу ответил на вызов, подумав, что из всей мужской части их компании, это и мог быть только Вон, уж он-то вряд ли сейчас находится в столь же плачевном состоянии, что и Николас. Вон, единственный, пожалуй, в их компании, кто всегда оставался на ногах, несмотря на чудовищное количество выпитого алкоголя на вечеринках, особенно в студенческие годы. Однако, никто, никогда не видел Вона с похмелья, так что вполне можно было предположить, что самые тошнотворные последствия от чрезмерного употребления горячительного Вон испытывал не во время попойки, а на следующее утро или ночь, в зависимости от времени суток начального возлияния. Ну что ж, в очередной раз попытаемся вывести его на чистую воду… точнее на мутное признание:

– Привет, Вон! Надеюсь, у тебя похмелье не выше пятого уровня? – преувеличенно вежливо поинтересовался Николас.

Но Вон и здесь оказался на высоте, никоим образом не показав, что испытывает хоть малейший дискомфорт от выпитого накануне у Цукеров. Свежим, ровным баритоном, с обычной снисходительной полуулыбкой на гладко выбритом лице – перед глазами Николаса прямо-таки стояла эта картина, когда он слушал Вона, и он даже мистически ощутил слабый запах лосьона после бритья, которым тот всегда пользовался, – Вон, не спеша, принялся разочаровывать Николаса:

– Вряд ли даже на первый потянет, хотя, должен признать, некоторая тяжесть в затылке присутствует, что я отношу к явно лишней паре рюмок абсента в конце вечеринки. Здравствуй, Николас! Надеюсь, не разбудил тебя. Как твоя спина и ребра? Очень уж ты резво вчера скатился с лестницы, никто не успел тебя подхватить, что, впрочем и не удивительно, поскольку к этому времени все старались сохранять свое собственное равновесие. Я беспокоился больше всего о твоих рёбрах, поскольку сам когда-то так же навернулся с лестницы, заработав при этом пару трещин, правда при совсем иных обстоятельствах.

– Приятно удивлен, что ты первым делом подумал обо мне, спасибо, что побеспокоился, – саркастически усмехнулся Николас. – Впрочем, Ева тебя опередила, тоже беспокоясь о моих рёбрах, и даже готова была отвезти меня к травматологу… Ну да, глубоко вздыхать и делать акробатические упражнения в ванной и впрямь болезненно, так что наведаться к доктору, все-таки, придется. Хотя теперь даже и не знаю когда. Ты видел сегодняшние выпуски новостей?

– Ты имеешь в виду взрыв в лаборатории Тропарда? Конечно, видел, и первым делом подумал о тебе, в том смысле, что ты, скорее всего, уже принялся разрабатывать пару конспирологических версий по этому поводу. Надеюсь, все-таки, что мои аргументы вчера были убедительны и ты хотя бы не вернулся к теории Гомеостатического Мироздания.

– Да, убеждать ты умеешь, признаю, – мысленно завистливо скривился Николас. – Поэтому эту версию я не рассматривал. Кстати, теперь ее рабочее название Равновесная Вселенная (ЭрВэ), а не Гомеостатическое Мироздание, которое, на мой взгляд, слишком уж вычурное. Впрочем, сейчас дело не в названии, у тебя есть какие-нибудь мысли по поводу возможных причин взрыва?

– Согласен, но новое имя, действительно лучше отражает суть этой теории, ты точно подметил, что дело именно в равновесии, которое любой разум неизбежно нарушает в результате своей деятельности. Что касается причин взрыва… Я думаю, даже уверен, что взрыв в лаборатории произошел не из-за чьей-то халатности – дефектных газовых баллонов, неисправной электропроводки и тому подобного, – и прежде всего потому, что лаборатория сгорела сразу же после того, как Тропард поделился своим открытием с тобой. Поэтому приходится признать, что взрыв был кем-то устроен; тем, кто не хотел, чтобы о его открытии стало известно всему миру. Однако, если допустить, что нынешний вирус был кем-то синтезирован, то тот, кто устроил взрыв, необязательно должен быть и изобретателем вируса, надеюсь ты это понимаешь.

– Пожалуй, хотя допущение, что существует не один, а несколько заинтересованных в апокалипсисе лиц, усложняет наши поиски.

– Необязательно. Можно, например, предположить, что кто-то финансировал некие работы по созданию вирусов для лечения генетических заболеваний (назовем его инвестор), а тот, кто их синтезировал (назовем его изобретатель), в какой-то момент решил использовать разработанные технологии в собственных интересах. После того, как изобретатель выпустил своего Франкенштейна на волю, а Тропард обнаружил, что всему миру грозит тотальное слабоумие и в конечном итоге смерть в мучениях, инвестор, понимая, что причастен к этому кошмару (пусть и косвенно), уничтожает доказательства истинной чудовищности нового вируса. Кстати, ты помнишь, что «апокалипсис» – это «откровение» в переводе с древнегреческого, а вовсе не конец света? Именно в этом значении это слово почему-то стойко используется почитателями откровений Иоанна Богослова, то бишь Иоанна Воанергеса, – и здесь не упустил возможность блеснуть обширными познаниями Вон. [10]

Николас помолчал, размышляя над версией Вона, которая пришла тому на ум, судя по всему, только что или незадолго до звонка:

– Ну, не знаю…А как инвестор узнал об открытии Тропарда? Сайм же никому о нем, кроме меня, не рассказывал, а с вами я поделился только вчера вечером, так что даже теоретически времени на подготовку и на сам взрыв у инвестора не было.

– Согласен, но если в моей скороспелой версии предположить, что инвестор мог быть в курсе работ Тропарда и следить за ним, то из этого следует, что Сайм работал у инвестора, а поскольку он работал в FGR, то выходит, что… – Вон не закончил мысль, оставляя Николасу возможность самому сделать вывод.

Ошеломленный Николас некоторое время передвигал чашку с остатками остывающего кофе по столу, лихорадочно встраивая предположение Вона в логической последовательности в услышанное и осознанное им за последние несколько часов. Да, FGR не было смысла разрабатывать вирус, который бы привел к слабоумию и последующей смерти большую часть населения планеты, однако компания действительно могла невольно способствовать созданию нынешнего монстра, потеряв контроль над разработками невинных «коммерческих» вирусов. В этом случае у FGR, несомненно, были все основания скрывать истинную природу вируса, а главное – его истинную угрозу. Однако, одно дело стремиться скрыть улики и совсем другое – убить ведущего ученого с мировым именем. Кроме того, это убийство не решало бы проблему, рано или поздно кто-нибудь придет к тем же выводам, что и Тропард относительно белков-убийц интеллекта.

Николас уже хотел было привести этот аргумент, опровергающий версию Вона, однако тот, словно прочитав мысли Николаса, опередил его:

– Конечно, моя версия маловероятна, я далек от мысли, что FGR, заметая следы, зашла так далеко, что уничтожила своего ведущего специалиста, я всего лишь хотел наглядно продемонстрировать тебе, что предположение о существовании нескольких заинтересованных лиц, так или иначе причастных к апокалипсису, вполне правдоподобно.

«И это тебе почти удалось, опять меня разыграл», – в который раз мысленно признал Николас.