Чтение онлайн

–  Значит, в белую гусыню… - машинально повторил Глеб.

Плывя домой, он всматривался в летящие над водной голубой гладью косяки гусей, и его одолевали горькие мысли. Нет ли среди этих больших белых птиц его Василисушки?

Направляясь во Владимир для встречи с великим князем, Глеб Василькович завернул в Ростов, чтобы повидать мать и брата. Мать обняла младшего сына, всплакнула. Вспомнила о старом.

–  Долго ли будешь, сынок, бесплодной смоковницей? Сколько в княжеских семьях пригожих девиц на выданье?

–  Я же объяснял тебе, матушка… Покойный хан Сартак вознамерился женить меня на дочери своей, Батыевой внучке.

–  И женился бы на здоровье.

–  Сартак-то приказал долго жить. А нынешний Берке как к такому браку отнесется - не знаю. Ведь идут слухи, что он помог племяннику уйти в мир иной, чтобы самому сесть на ханском престоле.

–  Ты уже говорил мне об этом. Где выход?

–  Вот еду к великому князю Александру Ярославичу. Говорят, хан с ним считается. Попрошу помощи в решении моего дела.

–  Дай-то Бог, чтобы помог. Жаль только, что суженая твоя - бусурманка и нехристь.

–  Женятся же русские князья на ордынках, обращают их в нашу веру.

–  А теперь посмотри мне в глаза, сын. В грехах своих не хочешь матери покаяться?

–  В чем каяться-то? Вроде бы не успел нагрешить?

–  До нас слушки доходят, что успел. Засиделся в холостяках и в блуд ударился.

–  Господь с тобой, матушка. Пустые это слушки. Земля наша слухами полна: если всему верить, так все кругом грешат. Где же тогда праведники?

–  Спроси свою совесть, сын.

–  Кто же рассказал про меня такое непотребство?

–  Да люди рассказывали, а не зайцы.

Глеб задумался. Свою связь с Василисой он не мог полностью утаить от своего окружения, значит, кто-то из близких проговорился…

С братом встретились сердечно. Обнялись: родня все-таки. Глеб привез Борису подарок - чучело рыси, искусно выделанное белозерским умельцем.

–  Сам подстрелил киску?

–  Нет, не я. Один мой дружинник.

Борис рассказал о сыновьях. Старшему, Дмитрию, недавно исполнилось шесть годков. Начал учиться грамоте и арифметике у одного ученого монаха, переписчика летописей. А недавно молодая княгиня, в прошлом муромская княжна, родила второго сына. Назвали Константином. Борис Василькович позвал жену Марью, высокую худощавую блондинку, попросил ее:

–  Приведи нашего младшенького, Марьюшка. Пусть дядюшка узрит племянника и пожалеет, что отстал от нас.

Княгиня привела маленького Константина. Глеб посадил его к себе на колени, сказал с напускным восхищением:

–  Богатырь растет. Сколько ему?

–  Скоро два годика, - ответила княгиня.

–  Я бы хотел, братец, вот о чем с тобой потолковать, - начал Глеб, передавая Константина его матери.
– Ты ведь недавно встречался с великим князем владимирским.

–  Встречался.

–  И что скажешь об этом человеке?

–  Что можно сказать о победителе над шведами и ливонцами… Великий человек.

–  А о чем говорил с тобой?

–  Спрашивал, есть ли зерна для бунта в Ростовской земле.

–  «Такие зерна всегда есть и будут», - ответил я ему. Достаточно какого-нибудь грабежа, притеснения. Вспыхнет маленькая искра, и пойдет большой пожар борьбы против ордынцев. Так я примерно ответил на вопрос великого князя.

–  И что сказал на такие слова Александр Ярославич?

–  Сказал следующее. На сегодняшний день открытая борьба с ордынцами - это безумие. Силы слишком неравные. Надо всячески избегать острых столкновений, чтобы обошлось без жестоких ответных мер.

–  Что ж предлагает князь Александр? Мириться со всеми бесчинствами ханских людей?

–  Не совсем так. Внешне проявлять покорность, не создавать никаких поводов для карательных походов со стороны ордынцев. А тем временем тихо, незаметно копить, собирать силы.

Как можно копить силы, когда к твоей груди приставлено татарское копье? Когда над твоей головой занесена сабля?

–  Оказывается, можно, - уверенно ответил Борис.
– К тому есть два пути. Во-первых, принимать беженцев с южных степных земель, где власти русичей нет и хозяйничают ордынцы.

–  Понятно. А еще? Ты говоришь о двух путях.

–  Выкупать полонян в Орде. Ордынцы охотно на это идут, так как набрали такую массу полонян, сколько им и не нужно.

–  Ты-то сам что?

–  Что, что? Ростовская земля подверглась страшным опустошениям. Еще не все удалось восстановить. Откуда мне набрать большую сумму для выкупа? С грехом пополам наскреб деньжонок, чтобы выкупить пока сотню русичей.

–  Не густо, братец. Сам ездил для этого в Орду?

Не было возможности. Действовал через Бурхана. По-нишь нашего баскака?

–  Помню.

Мы с ним в конце концов поладили. Зову его перейти о мне на службу. Все думает, не может решиться. И еще…

Хан готовится провести перепись всего русского населения. Это и тебе грозит.

–  Слышал об этом.

–  Перепись, по мнению Берке, нужна, чтобы охватить все русское население данью. Чтобы не один русич не мог уклониться.

–  Не было печали…

–  Александр Ярославич обращает внимание князей, что скрывать что-либо от ханских людей, производящих перепись, опасно. Можно столкнуться со страшной карой ордынцев. Великий князь сказал так. Если сумеете обвести ханских людей вокруг пальца, Бог вам в помощь. Только обманывайте ордынцев умело, не попадайтесь. Именно так он и сказал - обманывайте хитро. Александр Ярославич еще сказал, что в северных княжествах, как твой Белозерск с его просторами и небольшим населением, это легче сделать. Ты можешь неделями водить ханских людей по лесам и болотам и даже не показать им половины своих волостей.

–  Уж этому-то меня не надо учить. Можно завести их даже в болото, чтоб там и сгинули. А ханским властям сообщить, что медведь-шатун задрал.

–  Такое князь Александр допускает. Но только очень осторожно. Главное же, добиваться хороших отношений с ханом и его окружением.

–  Как достичь того, чтобы сложились хорошие отношения, Александр Ярославич не советовал?

–  Много что советовал. Можно принимать знатных ордынцев на русскую службу, конечно окрестив их по православному обряду. Наша церковь хочет учредить в орде свою епархию. И еще… дать возможность некоторым молодым князьям жениться на ханских дочерях, племянницах, других родственницах.