Глина, вода и огонь
Шрифт:
Считают, что в этих краях они появились в четырнадцатом веке, но, наверное, бывали и много раньше.
Цыгане долго сохраняли свои древние языческие верования: верили в злых духов, населяющих мир, верили, что души утопленников хранятся в горшках на дне реки, в кладовой водяных. Они были очень хорошими ремесленниками — кузнецы и гончары из цыган славились по всей Молдавии, а одно из самых известных гончарных сел так и называется Цыганешты, гончары там цыгане. Цыгане передавали из рода в род секреты гадания и фокусов, искусство врачевания, умение дрессировать животных — знания, добытые мудрецами Индии и Тибета. Но гончарное искусство они не принесли с собой, а обучились ему здесь, в молдавских деревнях, потому что делали ту же посуду, что и молдаване.
Только цыганский кувшин придумали свой, украсили его чем попало, и он получился веселый и дикий, как дырявый лоскутный шатер, раскинутый на берегу реки, у костра…
…А это гордость Молдавии — кувшин, стройный, как античная амфора. У него широкие плечи, стройное горло. По краю горла идет строгий ворот, ручка маленькая. Знаете, как его зовут? Его имя — улчор. «Улчор» — латинское слово. Об улчоре говорят: у него античные пропорции. И правда, только в античном мире умели делать ладную вещь так точно, так строго, как будто не горшок лепили, а возводили сложное архитектурное сооружение.
Улчор — память о римлянах, которые вступили в эти земли. Стройными рядами шагали легионы. Грозно сияли их блестящие шлемы. С вершины холма казалось, льются реки расплавленного серебра и золота, разливаются по полям.
Сперва римляне пришли в этот край с мечом. Но прошло время, и сюда отправились мирные италийские поселенцы и многому обучили тех, кто здесь жил. Они установили в деревенском сарае первый в этих краях гончарный круг, построили двухъярусные печи для обжига. Теперь посуду можно было делать гораздо быстрее и легче — много посуды за очень короткое время. Люди изготовляли посуду не только для собственного хозяйства, но и для продажи. Раз кто-то сделал столько горшков, что их можно купить, многие вообще перестали сами возиться с выделкой горшков. Те же, кто их делал и продавал, стали ремесленниками.
Ремесленники работали тут же, в сарае при доме или даже в доме.
Император Траян [51] воздвиг в Риме колонну, на которой приказал высечь картины, изображавшие сцены из похода в эти края. На колонне изображены дома и люди, которых встретил Траян во время похода. Точно такие дома до сих пор строят в молдавских селах. И пленные предки сегодняшних молдаван, завезенные в Рим — столицу мира, могли стоять у колонны и вспоминать свою добрую, милую землю: вот дом родной, а за домом огород, только его не видно на рисунке, дом заслоняет. В огороде наползают друг на друга бестолковые грядки, длинный рыжий подсолнух вскарабкался на бугорок. В бугорке нора — это вход в земляную печь. Возле подсолнуха вьется голубой дымок — печь топится, в ней пекутся черные кувшины, которые теперь зовут по-латыни — улчоры…
51
Траян — римский император, правивший в 98—117 гг. н. э. При нем Рим вел большие захватнические войны в северо-западной Аравии, в Передней Ливии (парфянский Иран). Кроме того, при Траяне окончательно была покорена Дакия (совр. территория Румынии и частично Молдавии) в 105–106 гг., остававшаяся длительное время провинциальной окраиной Римской империи; при этом граница римских владений с «варварским миром» чаще всего проходила по Дунаю. Местное коренное население было смешано с римскими колонистами-переселенцами и усвоило от него народную («вульгарную») латынь, то есть латинский язык римлян. Со временем латынь распространилась и на территории современной Молдавской ССР вместе с переселенцами из числа восточнороманского населения из бывших римских провинций на Дунае (с конца XIII в.). В состав молдавского народа вошло много древнерусских и южнославянских групп, плотно заселявших край в домонгольское время (до середины XII в.); спасаясь от набегов степняков, часть славянского оседлого земледельческого населения затем отошла под защиту горного лесного массива Кодр, другая продвинулась на север, в пределы сильного древнерусского Галицкого княжества.
Вступив на землю древней Молдавии, римляне встретили здесь мужественных и воинственных людей — даков, которые обитали в низинах, и гетов [52] , любивших жить в горах.
Они приносили лучших воинов в жертву своим свирепым богам и умели возводить крепости: враг никогда не заставал их врасплох. Когда начиналась гроза, они садились на коней, мчались под проливным дождем и бесстрашно стреляли из луков в грозовые тучи, извергавшие потоки молний.
Воинственный нрав не мешал дакам и гетам быть хорошими хозяевами и умелыми гончарами [53] .
52
Даки и геты — древнее аборигенное (коренное) население районов Дуная и Карпат, часть древнего фракийского населения, жившего на большей части Балканского п-ва (на севере) и совр. территориях Югославии, Болгарии, Румынии, части Венгрии, в Молдавии и даже в Причерноморье, где они были соседями киммерийцев и скифов; кроме того, фракийские племена проживали и и Малой Азии. Греческие авторы, в том числе Геродот, считали фракийцев одним из самых больших народов на земле. В древности фракийские племена носили следующие названия: карпы, карпии (отсюда — Карпаты), бессы (ср. Бессарабия), одризы, мизы (Мизия), трибалы, геты, даки (Дакия), кробизы, фриги (Фригия) и многие другие. Изучая по письменным источникам ныне исчезнувшие фракийские языки, ученые приходят к выводу об индоевропейской принадлежности этих языков и о родстве их с киммерийским и армянским, доказывая, таким образом, родство фрако-фригийцев и армян с киммерийцами (см. сноску 41).
53
Как считают археологи, основным способом изготовления глиняных сосудов в неолите (однако в раннем неолите керамика еще не везде существовала) был ленточный, или жгутовой, способ. Его еще называют спирально-жгутовой способ (см. сноски 1, 2). Таким способом, например, изготовлялась посуда на неолитических поселениях и стоянках от Дона и Днепра до Балкан и Центральной Европы, в том числе и первая неолитическая «линейно-ленточная» керамика Южного Буга, Днестра и Молдавии (V–IV тыс. до н. э.). При этом способе из глиняного теста раскатывали длинную ленту, а затем клали ее спиралью, ниток на виток, по предполагаемым стенкам будущего горшка, после чего витки глиняной ленты тщательно заглаживали, подправляли сосуд, а затем сушили и обжигали. На отдельных горшках археологи обнаружили отпечатки пальцев, по их величине они определили, что глиняную посуду изготовляли женщины. Как правило, горшки имели яйцевидную, остродонную форму, что давало возможность готовить пищу на костре (ставили горшок или между камней или же в ямку, вокруг которой разводили костер).
В доме у них водилось много всяческой глиняной утвари. Посуда была кухонная и столовая. Для кухни шли большие горшки, прямые, как банки. Они были украшены выпуклыми валиками из глины. Из валиков получались узоры. Для стола годились громадные чаши, всевозможные миски. Столы были из толстых длинных досок, прямо на доски, без скатерти, ставились миски с едой и чаши с питьем. Из них черпали ковшами и черпаками, тоже глиняными. Украшали столовую посуду вдавленными в глину полосками и вдавлеными строгими узорами. Форма посуды была не только круглая. Появлялись граненые вещи, с углами, будто вырубленные из камни.
Вся посуда была черная, как уголь, или серая, как асфальт, но позже способ черного обжига забыли на много веков. Черную посуду натирали жиром, полировали — она была суровая и угрюмая, поблескивала при свете факелов металлическим блеском, холодным и тусклым.
Это было начало прошлого тысячелетия, но форма и украшения дакийских горшков сохранились, прожили много веков на земле нынешней Молдавии, и наш гончар Аурэл из современного села умелой рукой выкручивает прямой, как банка, горшок для хранении пищи и другие вещи, о которых, конечно, не знает, что они дакийского происхождения.
Так учил его отец, и дед, и прадед, и прадеда тоже учили старики, и, наверное, из рук в руки передавалась живая история в куске глины всю эту тысячу лет.
В кладовой Аурэла можно разыскать посудину совсем скромную, будничную и почти никак не украшенную. Наверное, возиться было некогда или лень было в тот день работать.
Обожжет такой серенький горшок, протрет шкуркой кое-как, чтоб хоть немножко блестел, и больше о нем не думает.
Он-то может не думать, а вот археологу есть о чем задуматься. Дело в том, что очень похожие, а иногда и точно такие сосуды встречались в молдавской земле в эпоху бронзы. Эпоха бронзы пришли на смену медному веку Триполья. Глина — царица Триполья (и трипольцы, как мы помним, умудрялись делать из глины все, только что не одежду) — уходила на второй план. Люди бронзового века вроде бы потеряли интерес к гончарству, сосудов стало меньше — только для дела, а не для украшения, и роспись стала невыразительной. Видимо, появилось в жизни и хозяйстве потомков трипольцев нечто такое, что заставило их пренебречь глиной и гончарством, требующими длительного «оседлого» быта.
Зато люди Триполья умели делать из глины такое, что по сложности своей не смогло сохраниться веками, и до Аурэла Горе опыт их не дошел. Хотя, если взять вон тот зеленый кувшин с круглым животом и очень маленьким узким горлом, который Аурэл зовет «румынским горшком», можно увидеть, что по нему, по темно-зеленому блестящему полю, разбросаны куски ярко-белых крутых спиралей. И некоторые полагают, что эти белые завитки — потомки знаменитых трипольских спиралей, которые с таким искусством рисовали трипольцы на своих сосудах.
Но если копать землю еще глубже, можно найти в недрах щедрой молдавской почвы сосуды первобытных племен, которые обитали здесь еще до трипольцев, восемь тысяч лет назад. И эти совсем древние люди неолита умели делать горшки, миски, кубки и чаши.
И даже пытались украшать свои неуклюжие тяжелые изделия, вдавливая ногтем какой-то неясный узор в мягкую глину.
…Мне попался в одном молдавском селе небольшой, плохо вылепленный горшок, и в его вдавленном робком узоре можно было узнать следы ногтя большого пальца, которым какой-то неопытный мастер пробовал сделать узор на глине.
Конечно, казалось бы, не могло быть и речи о том, что память о таком горшке сохранилась со времен неолита. Но почему тогда на многих горшках, которые сегодня можно купить на базаре в райцентре, все еще остается четкий клетчатый узор неолитической плетенки?
Историю молдавской земли можно читать по молдавским горшкам, как по книге.
Прощай, Аурэл!
Тайна племени Наска