Чтение онлайн

— Правда? — у меня похолодела спина между лопаток и как-то сразу так неприятно стало. — Но… но кто? И с чего ты это взял? Может… может просто показалось?

— Я не настолько беспечен, чтобы не заметить, что некоторые вещи лежат не на своих местах. Обыскивал мою квартиру явно не профессионал, раз мне удалось это заметить, но все же. И еще, вокруг редакции вьются какие-то странные личности.

Я вздохнула, потерла виски, правда, аккуратно, памятуя о прическе и вообще, о том, что нас с Малкольмом пора уже выдвигаться, если мы не желаем застрять в веренице прибывающих соланов.

— А может быть дело в тебе? — как-то неуверенно предположила я. — Может, тебя еще кто-нибудь, кроме меня в список кровных врагов внес и теперь решил мстить?

— Ты издеваешься? — прошипел Малкольм.

— Да нет, — пожала плечами и, наплевав на бал и на все остальное, опустилась в кресло, закрыла лицо руками. Вот сейчас мне стало по-настоящему страшно. Так страшно, что я даже соображать перестала. Просто, если и за Малкольмом стали следить, то… все меры по моей безопасности, принятые дядей Филом уже не казались мне абсурдными. — Я просто не понимаю. На самом деле. Я же ничего такого не раскопала, если так посмотреть. Все, что мне известно об убийстве леди Нейрос, известно и полиции. И я уверена, что Мартин Алан знает не в пример больше моего. Так зачем? В чем смысл того, что…

— Ты точно уверена в том, что он знает больше? — фыркнул Малкольм и присел передо мной на корточки. Затем взял мою руку за запястье и что-то положил на ладонь.

Я вздрогнула, но по инерции сжала пальцы, чувствуя, как у меня в руке лежит что-то прямоугольное и явно металлическое.

— Мой знакомый, — тем временем продолжил Малкольм, поднимаясь на ноги и оправляя фрак, — отдал мне ее только сегодня, как раз перед тем, как надо было ехать за тобой. Поэтому тот, кто обыскивал мою квартиру, ничего не нашел.

Я открыла глаза и с удивлением посмотрела сразу на Малкольма, затем очень медленно, словно бы опасаясь, опустила взгляд на руку. На ладони лежала прямоугольная карточка с черным кристаллом-запечатлителем посередине. Почти такая же как та, которую я вчера передавала Джаральду. Опознавательная карта от ячейки в Императорском банке.

— Не понимаю, — мотнула головой и снова уставилась на Малкольма. — Зачем мне вот это?

— Рианна, — Малкольм, кажется, тоже удивился, — ты же сама передала мне шкатулку, чтобы я нашел того, кто ее откроет.

И тут я вспомнила. За всеми этими волнениями и похищениями, странными снами и прочим, я совершенно забыла, что из спальни леди Ариэллы утащила не только дневник, но еще и магически запечатанную шкатулку.

— Я нашел мага, который вскрыл шкатулку, — тем временем продолжал Малкольм, — и он достал оттуда карту. Так что, свои обязательства я выполнил. Теперь твоя очередь.

Я сглотнула, еще раз посмотрела на карту. Во мне боролись сразу два желания: хотелось подскочить, броситься Малкольму на шею и расцеловать его, а еще очень хотелось не ехать на бал, а отправиться в Императорский банк и проверить, что же там такое спрятала леди Нейрос. Страх, что еще недавно, ледяной поземкой скользил по коже, заставляя сердце то замирать, то биться быстрее, куда-то подевался. Азарт, предвкушение новых впечатлений, то самое состояние, которое матушка называла не иначе чем «шлея под хвост попала» завладело мной целиком.

И да, наверное, я все же совершила бы какую-нибудь глупость, но вдруг совершенно случайно взглянула на Малкольма. Вид он имел примечательный. Весь такой стильно-элегантный, симпатичный и все такое, но при этом лицо его имело выражение… ну вот даже не знаю, как и описать-то. Но так, как он смотрел на меня, смотрят или на маленьких шкодливых детей или… на умалишенных.

— Мы опаздываем, — вздохнула я, спрятала карту в потайной карман на платье и поднялась. — Бал скоро начнется, не хотелось бы появляться с опозданием.

— А ты не совсем потеряна для общества, — усмехнулся Малкольм, галантно предлагая мне локоть, — может, и выйдет из тебя толк.

— А что? — встрепенулась я и взглянула на него из-под ресниц. — Уже надумал на мне жениться?

Малкольм споткнулся.

— Рианна, давай определимся. Мы можем быть друзьями, партнерами, вот, к примеру, в подобных делах, — он кивком указал на потайной карман, в котором была припрятана карточка из банка, — но не более того.

— Ты не поверишь, — я небрежно пожала плечами и даже улыбнулась своему спутнику. — Я уже скучаю по нашим перепалкам и жалею, что исключила тебя из списка кровных врагов. Ругаться с тобой было весело.

Малкольм хмыкнул что-то неразборчивое и остановился. Взял из рук, появившегося словно из-под земли Джаральда тонкий и легкий плащ и аккуратно набросил его мне на плечи. На самом деле в этом одеянии особой нужды не было, в Тайре царило лето, было жарко, душно и замерзнуть мне вот никак не грозило, но этикет запрещал появляться на улице в бальном платье. Почему? Да понятия не имею, не я же эти правила устанавливала.

В солане Малкольм молчал, я тоже не торопилась что-то говорить. Карточка в кармане буквально прожигала меня насквозь, несмотря на то, что с телом она не соприкасалась. Но я-то знала, что она там есть и не могла усидеть на месте, чтобы не потрогать вожделенный карман, не погладить тонкую карту сквозь ткань платья… Это все привлекало ко мне ненужное внимание и я решила отвлечься разговором.

— Зачем ты пригласил меня на бал? — спросила у Малкольма, чуть повернув к нему голову.

— Это удобно. Мне надо было явиться туда в обязательном порядке, а на такие мероприятия в одиночестве не ходят. Господин Сольер пару дней назад обмолвился, что и в этом году будет сопровождать тебя сам, поскольку ты так и не связала себя ни с кем никакими узами, вот я и подумал, что мы вполне можем составить друг другу компанию.

Я скисла. Нет, все это было и так понятно, никто ж не сомневался. Просто… просто вот мог же этот айсберг сказать что-нибудь приятное? А потом вдруг вспомнила вчерашний день, визит Марианны и… начала каяться.

Ну как, каяться. На самом-то деле я же ни в чем не была виновата, так что особое внимание в своем рассказе уделила Марианне. Описала все, даже платье, в котором она явилась, явно для того, чтобы похвастаться передо мной, вспомнила некоторые из ее фраз (почти дословно, надо признать), которыми она давала определение своему жениху и их теплым и нежным отношениям. Даже пустилась в долгие и красочные описания того, как именно я вижу дальнейшую семейную жизнь моей заклятой подруги и лорда Нейроса-младшего. Ну а что, не признаваться же сейчас, что я сама во всем виновата? На самом-то деле, ничего предосудительного я не делала и даже ни единым словом не солгала вчера Марианне.

Прэтт же обмолвился, что если у меня возникнут проблемы из-за его поведения в доме Нейросов, то он на мне женится? Обмолвился. Я его за язык не тянула и говорить подобное не заставляла, так что моей вины в том, что эти его слова приобретут огласку, нет никакой.

А Мартин… Мартин тоже сам виноват. Вот и нечего было похищать меня и запирать в кабинете, а потом потакать своей матушке, когда та решила вдруг, что я и есть невеста ее сыночка. Сказал бы сразу, что это не так, и все было бы в порядке.