Мерные взмахи вёсел. Покачиванье лодчонки. Отсвет лампады осени В бликах, тусклых и ломких. Замерли звуки и слоги В дупле схоронившейся мысью. Сошлась с поднебесьем дорога, Где мысль встречается с мыслью. Пленяет немым красноречьем Хаос звёздных скоплений – Разверзнутая предтеча Божественного Явления. Всё ближе неясный рокот Смятений предчувствий и чувств, Ждущих вердикта Рока Беспрекословных уст. В последнем свиве излучины Проступает величье хором. – С прибытием благополучным! – Спасибо, приятель Харон...
Уж ночи крыло вороное коснулось заката. И день возвратился в былое, предсказанное когда-то.Румянец зари уходящей бледнеет и тает. Месяц, влюблённо молчащий, кого-то встречает. Цветок в упоении томном бутон закрывает,И звёздочки в бархате чёрном изумлённо моргают. Трава под росою кивает, лишь только пригубит. В лесах соловей распевает: он любит, он любит. Поддались магическим чарам и наши желанья. Летят, обдуваемы жаром второго дыханья. Мир светится в лунной дорожке, чего ж еще больше? Вот, разве что, только немножко, пожить бы подольше...
Давлюсь я ненависти хлебом. Заплесневелый, жжёный кус Завяз в зубах, он застил небо, Саднит в душе, аж в горле хруст. Отдельные слова пропали. Не узнаю их и вблизи я. "Понять"... Найду теперь едва ли. "Простить"... Не помню. Амнезия. Кипит отвар подлунных дрём. Настойка терпка и прогоркла. С последним, в жадности, глотком, Осклаблюсь я улыбкой волка. Один, как воин в поле, выйду. Готовы уж, в преддверьи встреч, И продублённый щит обиды, И мести неотвратный меч. Свершится воля Немезиды. Падут оковы, сгинут чары... Свернёт на свет своей планиды Путь одинокого волчары...
Тяготят за пазухой камни те, Что с душою скрепились шкворнем. Во внезапных провалах памяти Дни, как зубы, вырваны – с корнем. Словно груда корзин – сны кошмарные. Страх застыл, как солдатик из олова. В те корзины, что в лузы бильярдные, С гильотины катятся головы. Тесной клеткой сомкнулись железины. Девки-мойры, вы что ж сморозили? Карт краплёных колода срезана, И на кладбище – крести козыри. Я бреду городищем лет прожитых. Всюду надписи: "Пропито"... "Продано"... На погосте гордыни (ну, что же ты...) Подобрать бы, что Богом подано...
Наук cовокупное место Сродни поминаньям на тризне: Везде только тексты о текстах, Повсюду лишь мысли о мыслях. Пытаюсь нащупать основу. Фантом первородного смысла Найти за пределами слова, Постичь за пределами мысли. Но тщетно: – дорогу не срезать, Знак Фатума не изменить – Мы пришли Ниоткуда погрезить, Уходя в Никуда, чтобы жить. Нет истин, помазанных мирро,Сам себя наполняет закром. Так и я, порождённый миром, Ношу его в сердце своем. ***Воспарил бы в снах – да года не те. Слезит третий глаз на темени. Ах, тоска моя – пепел Памяти! Развеяна ты по Времени...
Рассвета лёгкое дыханье, Коснувшись дремлющих дубрав, Чуть заблудилось в трепетаньи Густых ресниц высоких трав. В низине омут с тёмным прошлым, Бровей нахмуря камыши, Собрал движением тревожным Морщины зеркала души. Бутоны распустили вежды От снов дурманного вина. В сиянье дня надеждой брезжит Цвет золотистого руна. И, воспарив душой и телом, Птах чертит в небе нотный ключ, Творя стихом, простым и белым, Романс, звучащий из-под туч, Благословляющий мгновенья, В которых жизнь нам дарит вновь, Сквозь тьму искуса и сомненья, Надежду, Веру и Любовь...
За сорок дней земли остыло тело. И лик зимы проказой убелён. Оставив шрам следов заиндевелых, Прошёл я путьпотерянных времён. Сквозь кровный цвет обложным волком рыскал, За жизнь найти Я выхода не смог, –Ведь кто-то так сноровисто и быстро Связал узлом сплетенья всех дорог. За кругом круг, и помыслом и снами, Ищу свой кров в окраинах глуши. Как страж ночи повис под небесами Протяжный зов мятущейся души... Для нас двоих давно угасшим светом мертва любовь. Но память – не убить. Любимая когда-то! Вспомнив это, Приди ко мне глаза мои закрыть...
Взгляд. Шаг. Влет поворот. К талии льнет рука. Вальс – маг вьётся из нот, Как из ручьёв река. Тих, стих, словно укор, Долу опущен взор. Дух лих лёгок и скор, Судеб плетет узор. Звук. Глюк: бал-изразец. Бликует на скрипках лак. Крут круг. Пара сердец Бьется в три четверти такт. Хор в слог... Скена звучит Мольбой с высоты котурн: – Дай, Бог, мне докружить Этот последний тур...
Ещё не пройден долгий путь, Ещё душа полна ненастьем, Но как же хочется чуть-чуть, Хотя бы день, погреться в счастье. Связать оборванную нить, Простить другим и быть прощённым, Любимым стать и вновь любить, Судьбой ничем не обделённым. Увидеть музыку цветов На смену чёрно-белой краске, Послушать россказни ветров, Найти сюжет для новой сказки. Оставить бремя жутких снов, Покинуть плен дурных предчувствий, Уйти из внутренних миров Всепоглощающих отсутствий. Коснуться нежною рукой Малютки, спящей в колыбели, Зажить в ладу с самим собой... Как далеко до этой цели! Но вновь легка дыханьем грудь, –Последние шаги не тяжки – Осталось жизни по "чуть-чуть", На полглотка, на две затяжки. Мне не успеть пройти весь путь. И Бог с тобой, мой враг ненастье. Приидет время всёж-нибудь Закрыть глаза. И видеть счастье...
О чём ты слёзы льёшь, подружка Осень? Неуж твоя краса пропала зря, И ветреный любовник, Август, бросил На злого мужа, старца Ноября? Хотя твой величавый вид нетронут, В прудах, как в зеркалах, уже видны Меж самоцветов лиственной короны Прожилки изморозков седины. Не тот ли холод тронул белизною Мой локон, что давно уже не свит. И мысли снежным путаются роем. Как жребий я – и брошен, и забыт. О чём ты слёзы льёшь, подружка Осень? Нам, если не вернуть, так хоть отдать. Любовью, как стихом, достигнуть просинь, А значит – никогда не умирать...
Ночь окутал сладкий сон, Как леденцы, – кулёчком.Пусть реснички склеит он Моей сонной дочке. Сказка тихо дремлет там, Где закрыта книжка. Всю любовь тебе отдам, Спи, моя малышка. Медвежонок, как клубок, –Спит, смакуя лапу. Засыпай же, мой дружок, Ведь с тобою папа. У кроватки, над тобой, Ангел зависает, Сберегая твой покой. Утром он растает. Месяц светится лицом Белоликих кукол. ...Много лет мне снится сон, Как тебя баюкал...