Чтение онлайн

– «Прискорбно мало, – подумал парень. – Я должен найти заработок».

Через минуту в ладони старухи зеленела горсть наполированных пет, а на лице показалась полусгнившая улыбка.

– Через черный ход, – попросил ее Армахил. – Нынче выходить вот так на порог опасно.

Старуха покивала седой головой, снимая промокший от воды фартук. Ее взгляд еще раз упал на мужчину, лежавшего без сознания на койке, пятисантиметровый шов, глаза, заплывшие темными кругами, и ушел в сторону зияющего в полу погреба. Именно там, под землей, и пролегал черный ход. Этим путем она и пришла сюда, пробираясь меж глиняных стен, поросших древесными корнями. Старуха, покряхтев, ступила ногой на деревянную ступень, другая за ней, и седая голова скрылась в темноте открытого люка.

Оставшиеся переглянулись. Армахил сразу прочитал во взгляде паренька бедственность их положения.

– Что? – спросил он. – Выгреб подчистую?

Он доковылял до пуфа у открытого очага, присел и расправил перед огнем старческие ладони.

– Совсем недавно на этих пальцах красовались именные перстни, – продолжил он говорить. – Зеленый перстень был фамильным. Мой отец, рихт Оргунский, оберегал его всю жизнь, а после смерти вместе с остальным имуществом перстень достался мне. Но надеть я его смог только после того, как сбежал из оков сицилского зирда. Сколько нам за него дали?

– Двадцать пять пет, – ответил Сабис, подойдя к нему поближе. – Может быть, стоит все же попросить помощи у королевы? Или у вашего друга старосты Мирдо. Вы и так уже распродали все памятные вещи.

– Не все, – ответил старик. – В Батуре, в моей опочивальне, имеется множество ценных вещей.

– Разве их не изъяли вместе с должностью лидера Кэра-бата? – спросил юноша, принявшись разминать старческие плечи.

Армахил почти застонал, ему так давно не разминали старые кости.

– По-твоему, казна королевства пополняется из личных вещей членов совета? – улыбнулся старик. – Если бы было так, я бы потерял все уважение к правителям.

– Вы были там? – поинтересовался Сабис.

– Где? В хранилище? – спросил старик.

Сабис кивнул.

– Конечно, был, – ответил Армахил. – Оно находится глубоко под землей, прямо под залом книгомора. Там же, где и сокровищница Вессанэсс. И, поверь, богатств там хватает. Но ведь речь сейчас о моих именных вещах.

– Путь в Батур вам закрыт, – перебил его Сабис. – Гарпин не позволит и на сто шагов подойти к замковым вратам.

– Гарпин не властитель этих земель! – возмутился старик.

– А многие в округе иного мнения, – посмел возразить юнец. – Но разве королева не может пойти на уступки и приказать доставить ваши вещи сюда?

– Боюсь, мой друг, – ответил старик, – что до меня они доедут в меньшем количестве, и возмутиться не получится.

– А может, все же есть человек, кому бы вы могли довериться и кто вхож в замок? – спросил паренек.

– Мои покои заперты на замок, – ответил Армахил. – Ключ у меня на шее. Хотя однажды стража Эбуса таки посмела ворваться в мой чертог. Что же касается доверия, то такую услугу могла оказать только Бирви. За каким чертом она отправилась к Аскийским берегам?

Рядом с хижиной послышался хруст веток, и старик вздрогнул.

– Ты это слышишь? – спросил он Сабиса, обеспокоенного все тем же.

Юнец прислушался и, не услышав насвистывания луговых цикард, отпрянул от старика.

– Я слышу, – ответил он. – И не только хруст веток, но и глубокое, громкое дыхание за стеной.

– О великая Кэра! – воскликнул старик. – Только одно существо может так сопеть. Берфитос!

– Королева, – добавил Сабис, в испуге метнувшись к спящему мужчине на койке. – Если его найдут, нам несдобровать.

Старик поднялся с пофа так резво, как никогда в своей жизни.

– Но куда его девать? – спросил он. – Кэмбис – пленник Гастэрота, а мы его предательски укрываем от королевских псов.

– Хватайте за ноги, – поторопил его парень. – Нам нужно скинуть его в погреб.

Стук в дверь пронзил их тела молниеносной стрелой. Глаза старика никогда так не округлялись. Он, вцепившись в ноги пленника, корячась, тащил его к люку, а Сабис тихонько его поторапливал.

– Швы разойдутся, швы разойдутся, – причитал Армахил.

Но иного было не дано. Тело Кэмбиса устремилось на дно глиняного погреба, над которым захлопнулась деревянная крышка. Старик и юноша дышали так, как будто целый час прыгали без остановки.

– Нужно открыть, – сказал Армахил.

В занавешенном наполовину окне красным свечением показался глаз килдрианского медведя. Чешуя рыбы чуди сделала его слегка размытым, но даже с этим искажением зловещим и пристально хищным.

– Вы откроете?! – голос королевы наполнил просторы комнат и заставил старика откликнуться.

– Одну секунду, о великая Вессанэсс, – произнес он. – Вот только подкину в очаг пару поленьев.

Руки Сабиса стянули с койки окровавленное одеяло, пока Армахил ковылял до двери. Старик обернулся и, убедившись, что покрывало убрано, открыл дверь. Только тогда юнец приметил на столе иглу, лежащую рядом с чаном, полным кровавой воды. Но заметать следы было поздно.

На пороге в свете разгоревшейся лучины показалась статная королева, облаченная в камзол цвета алеющей тревоги.

Армахил покривился, увидев за ее спиной убийцу Гарпина в окружении пятерых стражников.

– Останьтесь за порогом, Эбус, – попросила его королева. – Вы здесь нежеланный гость.

– Зачем он вообще здесь? – поинтересовался старик, отойдя чуть в сторону, дабы освободить проход в малую прихожую.

Королева благодарно преклонила лик, потупив свет своих очей, что никогда прежде не делала.

Рихту Сайленскому подле нее это явно не понравилось, он, насупившись, отошел в сторону, тяжело склонившись на опору малого крыльца, а за его спиной мелькнула лохматая громадина, именуемая килдрианским медведем. А затем дверь обители затворилась.

Вессанэсс, по наблюдениям старика, всегда испытывала проблемы с построением личностных бесед, на этот раз было так же. Тяжесть повисла на ее губах, ямочки исчезли, обернув их изгиб во что-то, напоминающее разочарование.

– Все хорошо, вы можете мне довериться, – почел приободрить ее Армахил, утвердившись в обратном.

Довериться тому, кто прячет беглого преступника, – так себе перспектива. Но она, похоже, только и ждала этих слов.

– О мой друг, – печально произнесла страдалица. – За время после вашего ухода с поста старейшины Кэра-бата я дважды подверглась нападению со стороны моих подданных. Если не считать щепотку яда, подмешанную в мой кубок с вином, – ее щечки побагровели, словно от томящегося стыда. – Нынче народ ненавидит меня из-за утерянной короны, даже фрейлинам нельзя доверять.