Чтение онлайн

Это был вихрь ощущений: кожа, влажная от пота, руки с длинными полированными ногтями у меня на грудях, серые глаза, уставленные на меня, полураскрытый рот, желтые волосы до плеч на подушке. Райна снова сверху.

Закричав, я отодвинулась от них обоих. Образы погасли, будто выдернули шнур из розетки. Я поползла на четвереньках по листьям, крепко зажмурившись, потом села, подобрав колени к груди, ткнувшись лицом в собственные ноги. Глаза я зажмурила так, что белые круги заплясали под веками.

Кто-то шел ко мне, хрустя опавшими листьями. Я почувствовала, что надо мной кто-то склонился.

– Не трогайте меня, - сказала я, и это был почти вопль.

Я услышала, как подошедший опускается рядом со мной на колени в сухие листья, а потом послышался голос Джемиля:

– Я не буду тебя трогать. Ты опять видишь воспоминания?

Он так и сказал - "видишь воспоминания", и выбор слов показался мне странным. Я покачала головой, не глядя вверх.

– Тогда все кончилось, Анита. Когда мунин уходит, он не возвращается, пока его снова не позовут.

– Я ее не звала.

Я подняла голову, медленно, и открыла глаза. Почему-то летняя ночь показалась мне еще чернее.

– Опять Райна?
– спросил он.

– Да.

Он придвинулся ближе, стараясь лишь не касаться меня.

– У тебя были общие воспоминания с Джейсоном и Черри.

Я не поняла, это вопрос или утверждение, но ответила:

– Да.

– Полный визуальный ряд, - сказал Джейсон. Он все еще сидел, прислонившись к дереву голой спиной.

Черри прижимала руки к лицу и заговорила, не отрывая их.

– После той ночи я обрезала волосы, после того, что она со мной сделала. Одна ночь с ней - это была плата за неучастие в ее порнофильмах. Черри резко отняла руки от лица, плача.
– О Господи, я чую запах Райны!

Она стала оттирать ладони о джинсы, оттирать, оттирать не переставая, будто тронула какую-то гадость и пыталась ее стереть.

– Что это вообще за фигня?
– спросила я.
– Мне уже случалось каналировать Райну, и это было совсем не так. Там были проблески воспоминаний, но не полностью кино. Ничего похожего.

– Ты пыталась научиться управлять мунинами?
– спросил Джемиль.

– Только избавляться от них.

Джемиль придвинулся ближе, изучая мое лицо, будто высматривая что-то.

– Если бы ты была ликои, я бы тебе сказал, что просто отключить мунина нельзя. Если у тебя есть сила их вызывать, то тебе надо научиться ими управлять, не просто отключать. Потому что отключить их нельзя. Они найдут путь в тебя и сквозь тебя.

– Откуда ты все это знаешь?
– спросила я.

– Знал одну вервольфицу, которая умела вызывать мунинов. Она очень этого не любила, пыталась их отсечь. Не получилось.

– То, что у твоей подруги это не вышло, еще не значит, что и я не смогу, - сказала я. Его дыхание ощущалось на моем лице.
– Отодвинься, Джемиль.

Он подался назад, но все равно остался ближе, чем мне хотелось бы, и сел на листья.

– Она сошла с ума, Анита. Стае пришлось ее казнить.

Он смотрел куда-то мимо меня, в темноту. Я повернулась посмотреть, что его заинтересовало. В темноте виднелись два силуэта. Один - женщина с длинными светлыми волосами, в платье, будто взятом из фильма ужасов пятидесятых годов - для актрисы, играющей жертву. Но стояла она очень прямо и очень уверенно, будто укоренилась в земле, подобно дереву. Что-то почти пугающее было в этой уверенности.

Мужчина был высокий, худощавый и настолько загорелый, что в темноте казался коричневым. Волосы у него были короткие и светлее кожи. Насколько женщина казалась спокойной, настолько он нервничал. Он выдавал энергию клубящимися волнами, и ночь казалась жарче от ее наплывов.

– Тебе нехорошо?
– спросила меня женщина.

– Она вместе с двоими из нас ощутила мунина, - сказал Джемиль.

– Насколько я понимаю, случайно.
– Судя по голосу, ситуация ее несколько забавляла.

Мне она не казалась забавной. Я встала - не очень уверенно, но все же встала.

– Кто ты такая?

– Меня зовут Марианна, я варгамор этого клана.

Я вспомнила: Верн и Колин прошлой ночью говорили про варга-что-то-такое.

– Верн говорил о тебе вчера ночью. Колин сказал, что тебя оставили дома, чтобы поберечь.

– Умелую ведьму трудно сейчас найти.

Я посмотрела на нее внимательно:

– В тебе не ощущается ведьмовское.

И снова я поняла, что ее улыбка с насмешкой - в мой адрес. Эта ленивая снисходительность действовала мне на нервы.

– Тогда экстрасенса, если ты предпочитаешь это слово.

– Я никогда раньше не слышала термина "варгамор".

– Он редко теперь применяется, - сказала она.
– В большинстве стай варгаморов уже нет. Считается слишком старомодным.

– Ты не ликои, - сказала я.

Она склонила голову набок и перестала улыбаться, будто я наконец-то сказала что-то по делу.

– Ты уверена?

Я попыталась нащупать, что дало мне с такой уверенностью решить, что она человек, по крайней мере не ликои. Своя энергия у нее была. Достаточно парапсихических способностей, чтобы я заметила. Мы узнали друг друга без взаимных представлений. Пусть мы не знали точно способностей друг друга, но узнали родство соперничающих духов. Нет, не знаю, какая в ней сила, но это не ликантропия.

– Да, я уверена, что ты не ликои.

– А почему?

– Вкус у тебя не тот, что у оборотня.

Тут она рассмеялась сочным музыкальным смехом, одновременно и здоровым, и веселым.

– Мне понравилось, какое ты выбрала чувство. Другие бы сказали "ощущение не то". По-моему, "ощущение" - очень неточное слово. А ты как думаешь?

– Быть может.
– Я пожала плечами.

– Это Роланд. Он сегодня мой телохранитель. Мы, бедные люди, нуждаемся в охране, чтобы кто-нибудь из слишком ретивых оборотней не увлекся и нас не порвал.

– Почему-то ты не кажешься мне такой легкой добычей, Марианна.

Она снова засмеялась:

– Спасибо на добром слове, дитя.

Это обращение добавило еще лет десять к ее возрасту - по моей оценке. Она на столько не выглядела. Пусть сейчас темно, все равно она не тянула на возраст моей матери.

Я посмотрела на Джемиля. Хотелось верить, что кто-то понимает, что происходит, поскольку я абсолютно перестала понимать.

– Все нормально, Анита. Варгамор - лицо нейтральное. Она никогда не сражается и не принимает ничьей стороны при вызовах. Вот так можно быть человеком и руководить стаей.