Чтение онлайн

— Я не врала.

— Тогда какого чёрта ты позволяешь другому мужчине прикасаться к тебе?

Я замолчала. Он был прав. Чёрт возьми, он был прав. Я сама не знала, зачем это сделала. Может, чтобы проверить его. Может, чтобы проверить себя. Может, просто потому, что мне было обидно и одиноко.

— Я скучала, — сказала я тихо. — Тебя не было три дня.

— Шла война.

— Я знаю. Но я всё равно скучала. И злилась. И чувствовала себя брошенной.

— Я никогда тебя не брошу.

— Откуда мне знать? Ты говоришь слова, но когда ты исчезаешь на три дня без объяснений, я начинаю думать, что я для тебя просто трофей. Жена, которая ждёт дома, пока муж воюет.

Он схватил меня. Резко, сильно. Притянул к себе так, что я оказалась на его коленях. Его лицо было в сантиметре от моего.

— Ты не трофей, — прорычал он. — Ты моя жизнь. Ты моя причина возвращаться. Ты единственное, что держит меня в здравом уме. Если ты ещё раз так подумаешь — я...

— Что? Убьёшь меня?

— Нет. Я покажу тебе то, что ты не сможешь забыть.

Его губы впились в мои. Это был не поцелуй — это был акт обладания. Его язык вторгся в мой рот, жёстко, требовательно. Я ответила с той же яростью. Его руки сжали мои ягодицы, притискивая меня к его возбуждённому члену. Я чувствовала его сквозь джинсы — твёрдый как камень, горячий.

— Ты моя, — шептал он, отрываясь от моих губ и целуя шею, плечи, грудь. — Каждый сантиметр твоего тела. Каждый вздох. Каждый оргазм. Всё моё.

— Докажи, — выдохнула я.

Он разорвал моё платье. Буквально разорвал — тонкая ткань треснула по шву. Я ахнула. Платье за десять тысяч евро превратилось в тряпку. Его руки обнажили мою грудь. Он наклонился и взял сосок в рот — не нежно, а жадно, грубо, посасывая его до боли. Я застонала, запрокинув голову. Боль смешивалась с удовольствием в гремучую смесь.

— Смотри на меня, — приказал он, отрываясь. — Когда я трахаю тебя, ты смотришь мне в глаза. Поняла?

— Да, — выдохнула я.

— Да, кто?

— Да, Ярослав.

Он задрал остатки моего платья до талии. Трусики сорвал одним движением. Его пальцы скользнули между моих ног. Я была мокрой — унизительно мокрой. Он усмехнулся зло и торжествующе.

— Ты была мокрой, когда танцевала с ним?

— Нет.

— А со мной?

— Да. Всегда.

— Вот так и должно быть, — он расстегнул ремень, джинсы, освободил член. Я смотрела на него — он был огромным, с набухшими венами, головка блестела от смазки. Он был готов. Всегда готов для меня.

— Ты хочешь меня наказать? — спросила я.

— Да. Но так, чтобы ты просила ещё.

Он приподнял меня за бёдра и насадил на свой член. Я вскрикнула. Он вошёл резко, без предупреждения, заполняя меня до предела. Мышцы растянулись вокруг него, принимая, подстраиваясь. Я чувствовала каждую вену на его стволе, каждую пульсацию.

— Двигайся, — приказал он. — Сама.

Я начала двигаться на нём, сначала медленно, потом быстрее. Его руки держали мои бёдра, направляя, задавая ритм. Его глаза не отрывались от моего лица. Он хотел видеть каждую эмоцию, каждый оттенок удовольствия.

— Вот так, — прошептал он. — Трахай меня. Покажи, как ты хочешь.

— Я хочу тебя. Всегда. Только тебя.

— Тогда зачем этот танец?

— Я не знаю. Я глупая. Прости.

— Не прощу, — он перевернул меня, уложил на сиденье, навис сверху. — Пока ты не кончишь три раза.

— Три?

— За каждого мужчину, который посмотрит на тебя сегодня, ты будешь кончать со мной. Тот бригадир — раз. Остальные в клубе — ещё два.

— Ты сумасшедший.

— Да. И это твоя вина.

Он начал трахать меня. Жёстко, глубоко, с каждым толчком вбивая меня в кожаное сиденье. Я стонала в голос, не заботясь о том, что водитель за перегородкой может слышать. Пусть слышит. Пусть весь мир знает, что я принадлежу этому мужчине.

Его темп был беспощадным. Член входил и выходил с влажными шлепками. Я чувствовала, как мои соки текут по бёдрам, как его яйца ударяются о мою промежность. Он наклонился и прошептал мне в ухо:

— Ты чувствуешь это? Твоя киска такая мокрая, что я слышу хлюпанье. Ты течёшь ради меня.

— Да. Да. Только для тебя.

— А для него?

— Никогда. Ни для кого.

— Правильный ответ.

Он ускорился. Его пальцы нашли мой клитор, начали теребить его в такт движениям. Я чувствовала, как оргазм подкатывает — огромный, неконтролируемый.

— Кончай, — приказал он. — Сейчас. Я хочу чувствовать, как ты сжимаешься вокруг меня.

И я кончила. С криком. Мои мышцы пульсировали вокруг его члена, сжимаясь волнами. Он продолжал двигаться, продлевая мой оргазм, вбивая меня в кресло.

— Один, — сказал он.

— Я не могу больше.

— Можешь. Я знаю твоё тело. Оно создано для меня.

Он перевернул меня на живот, поставил на колени. Вошёл сзади. Этот угол был ещё глубже — я чувствовала его головку где-то внутри, упирающуюся в шейку матки. Он трахал меня, держа за бёдра, не оставляя возможности отстраниться. Его пальцы сжали мои ягодицы, развели их. Большой палец скользнул в анальное отверстие — неглубоко, только пробуя.

— В следующий раз я возьму тебя сюда полностью, — пообещал он. — Ты будешь готова. Я растяну тебя. Ты будешь кричать громче, чем сегодня.

— Да. Да. Всё что хочешь.

— Сейчас ты хочешь этого?

— Хочу. Но не сейчас. Я ещё не готова.

— Хорошо. Я подожду. Но когда я возьму тебя туда, это будет надолго.

Его движения стали рваными. Я чувствовала, как его член увеличивается внутри меня, как пульсирует. Он был на грани.

— Я хочу кончить на твою грудь, — прорычал он.

— Давай.

Он вышел из меня, перевернул меня на спину. Его рука двигалась по стволу — быстро, яростно. Я смотрела на него, на его лицо, искажённое страстью, на его напряжённые мышцы. И когда он кончил — с громким рыком, — его сперма выстрелила на мою грудь. Горячая, белая, обильная. Струя за струёй. Он раскрашивал меня, метил свою территорию. Это было грязно. Развратно. И безумно возбуждающе.