Чтение онлайн

– Истон, прошла целая вечность, – стону я, пока его руки покрывают меня, массируя, сжимая, лаская. В ответ я исследую его, проводя руками по его рельефной коже. Он продолжает дразнить меня, собирая мои мольбы о пощаде до полного своего удовлетворения.

Объявляя войну, я провожу своим влажным клитором более агрессивно вдоль ствола его идеального члена, пока он не хватает меня за бёдра, замедляя до ленивых движений. Мой разочарованный рык лишь вызывает у него тёмный смешок.

– Хватит играть со мной, – бормочу я, сердце колотится, потребность пылает во мне.

– Я хочу тебя прямо сейчас так же сильно, как и в первый раз, – бормочет он, глаза горят желанием, – разница в том, что теперь ты никуда не денешься. Так что, миссис Краун, я собираюсь не торопиться.

– Да, ну, можешь назвать ориентировочные сроки?

Я стону, когда он прижимает меня вниз и подаёт бёдрами вверх, головка его члена дразнит вход, как вдруг он останавливается. – Пошли. Я не хочу, чтобы длиннофокусные объективы засняли что–нибудь из этого. – Он стаскивает ближайшее полотенце со стула и укрывает меня, защищая, прежде чем поднять нас обоих.

– Слишком темно. Ты параноик.

– Мне плевать, – говорит он, переступая порог нашего номера, где белоснежные занавески танцуют на ветру, том самом, что доносит успокаивающий звук разбивающихся позади нас волн. Звук, что напоминает нам обоим, что на несколько дней мы – беглецы. Его следующие слова лишь подчёркивают это. – В этой поездке ты вся моя, Красавица, и никто, я имею в виду абсолютно никто, не увидит тебя в этом чёртовом бикини.

– Я почти надела его на пляж, – бормочу я в его шею.

– Рад, что ты этого не сделала. Не хотелось бы уже в первый день угодить за решётку.

Обвив его, я отстраняюсь и игриво качаю головой, надуваясь, когда он проходит мимо кровати.

– Истон! – визжу я в отчаянии, когда он заходит с нами в ванную и останавливается перед душем.

– Мы всё ещё в песке и масле, а я не хочу спать в них сегодня.

– Мы ополоснулись внизу... – я облизываю и сосу кожу под его ухом, пока он настраивает воду, – так где же спонтанность, рок–звезда?

– Музыкант, и мы скоро станем родителями, – его глаза загораются ещё ярче, когда он произносит это вслух, – нам нужно принимать верные решения.

Я кусаю его мочку уха, и он ругается.

– Детка, прекрати это дело, или я выпущу наш первый шанс на родительство на, блять, пол душа.

Я не могу сдержать смех, когда он ставит меня на ноги, но продолжает прижимать к себе, подставив руку под одну из шести лейок, чтобы проверить температуру воды. Не в силах вынести вид его возбуждения, я хватаю полотенце со стойки рядом и бросаю его на пол, чтобы смягчить удар, прежде чем опуститься на колени. Схватив его шорты, я жадно стаскиваю их и мгновенно принимаю его вглубь горла.

– Господи... блять! – сквозь зубы рычит Истон, его глаза наполнены смесью бешеного желания, прежде чем он впивается пальцами в мои волосы. Кожа головы слегка покалывает, я сжимаю челюсти вокруг его идеальной толщины, прищуриваюсь и сосу усерднее.

– Красавица, господи, – он задыхается, пока я жадно тяну его, не отрывая от него взгляда. – Ты злая, – упрекает он, массируя мои волосы, прежде чем провести пальцем по моим растянутым губам, что лишь подстёгивает меня продвинуться дальше.

Втянув щёки, я впиваюсь ногтями в его мускулистую задницу и притягиваю его так глубоко, как только могу, прежде чем отпустить с влажным звуком.

– Ещё несколько минут назад я была светом твоей жизни. – Плотно обхватив его основание, я начинаю облизывать его со всех сторон от корня до кончика, прежде чем обвить язык вокруг его толстой головки.

– Да, ну, я ничего не говорил о чистоте. – Он наклоняется, хватает меня за бицепсы и поднимает на ноги.

– Чёрт возьми, мужик, что жене нужно сделать, чтобы здесь забеременеть?

Его сражающая наповал улыбка возвращается с удвоенной силой, и на этот раз она сбивает меня с ног. Он искренне счастлив, и я не могу не ответить ему тем же. Он затаскивает меня в душ с горящими глазами и отдаёт первое распоряжение:

– Повернись. – Я с готовностью повинуюсь, и мои плечи бессильно опускаются, когда я чувствую, как его рука, полная шампуня, опускается на макушку, а пальцы начинают втирать его.

– Какого чёрта, Краун, ты тянешь время?

– Посмотри вниз.

Я смотрю и вижу лишь смесь песка и масла для загара, кружащуюся у наших ног.

– Откуда, чёрт возьми, всё это взялось?

– Одна из великих загадок жизни.

– Ладно, но поторопись, а?

– Моя жена так нуждается?

Он массирует мою кожу головы до тех пор, пока я не стону в ответ. Он снова усмехается.

– Похоже, что да.

– Я не жалуюсь, но...

Его смех раздаётся, прерывая меня.

– О, но ты сейчас...

– Неважно, не бери в голову.

– Ты слишком блять хорошо знаешь, что у тебя это не пройдёт.

– Ты подумаешь, что я жалуюсь, – пожимаю я плечами, – так что забудь.

– Натали, – в его голосе звучит предупреждение. Игнорируя его, я выдавливаю немного шампуня в свою ладонь и поднимаю руку, чтобы начать мыть его волосы. Спустя несколько секунд я не могу сдержать улыбку, когда на наших головах оказываются одинаковые шапки из пены.

– Нат, – подначивает он, пока я впиваюсь ногтями так, как ему нравится. Я скучала по этому, по простым вещам. Просыпаться с ним. Поджаривать его бекон до хруста по утрам, когда мне хотелось приготовить завтрак, потому что он предпочитает его очень хрустящим. Находить использованные напульсники в самых неожиданных местах. Проводить дни за покупкой картин и безделушек для одного из наших домов, которые отражали бы вкусы нас обоих.

Проводить ленивые дни, устраивая пикники в постели за просмотром сериала до тех пор, пока стриминговый сервис не выдаёт нам вопрос «ВСЁ ЕЩЁ СМОТРИТЕ?», который читается скорее как «ВСЁ ЕЩЁ СМОТРИТЕ, НЕУДАЧНИКИ? ВАМ НЕЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ?». Что заставляло нас смеяться. Я была избалована несколько месяцев до и после нашей свадьбы на Бали. Хотя мы оба в то время работали, Истон расчистил свой график достаточно, чтобы мы ненадолго обустроились в обоих домах. С тех пор у нас это получалось лишь урывками. Пока я это обдумываю, я чувствую его властный взгляд и останавливаю свои руки.