Чтение онлайн

Названный Корфом - бородатый, волосатый широкоплечий тип с двумя топориками у пояса - оглядел таверну с явным отвращением на лице.
– Иманай, - буркнул он.
– Что ты здесь делаешь?

– Жду.

– Не глупи, - бросил Легор. Он был тощим как скелет, лицо будто вырублено из дерева, на поясе кривые ножи.
– Ты сбежал - но сбежал не так уж далеко.

– Я попал на риф. Потерял лодку.

– Иманай, - вздохнул третий, Креш, в длинной хлопковой рубахе и брюках, у пояса два тонких меча, - ты можешь быть победителем состязаний, но ты явно не мореход.

Иманай согласно склонил голову.
– Мало кто из нас, жителей пустыми, понимает море.

– Ты оставил свой пост, священный Долг и нарушил обеты, - сказал четвертый, Сефен, в кожаном доспехе и с двуручным мечом.

– На мое место встанет другой.

– Но сейчас Арен беззащитен!
– крикнула Л'Орф, и мечи звякнули на поясе.

– Стоит ли еще великая стена песков?
– спросил Иманай. Женщина мрачно кивнула.
– Есть ли стража у больших ворот?

Она отвела глаза, скривила губы.
– Городу могут бросить вызов - и что ему делать без поборника?

Иманай не спеша покачал головой.
– Л"Орф, времена соперничества городов давно в прошлом. Когда это бывало? Поколение после войн за господство? Нет, Святые города уже не воюют за гегемонию, как в древние дни. И слава за это Семерым.

– Он боится, - предположил Легор с ухмылкой.
– Боится Иргелла Убаридского или Сианны Эрлитанской. Боится драки.

Иманай лишь перевернул чарку для иккора.
– Думайте как хотите, - буркнул он тихо.

Сефен всмотрелся в него пристальнее и, сделав заключение, кивнул сам себе.
– Ты полон сомнений. Это нормально - но не для поборника Святого города. Не поддавайся слабостям.

– Сомнения сохраняют в нас человечность, - пробормотал Иманай, глядя на море.

– Ты не понимаешь, - натянуто сказала Л'Орф.
– Мы сочли тебя недостойным чести.

Иманай улыбнулся, словно развеселенный.
– Так почтите честью кого другого.

– Ты стал тупым, - рявкнул Корф.
– Но ты прекрасно знаешь, что это значит.

Вздыхая, Иманай сощурился, следя за белыми птичками в небе.
– Да. Не может ли так случиться, что вы вернетесь и скажете, что не нашли меня?

Легор фыркнул: - Давай кончать побыстрее. Меня уже тошнит.

Иманай указал на открытую дверь, и все не спеша встали, оружие в руках.
– После тебя, - сказал Креш.

Иманай вышел в сторону широкой тропы к берегу, пересек полосу травы и ступил на песок пляжа. Пятеро следовали на почтенном расстоянии. Заинтригованные поселяне следили за ними с утесов.

Обратившись к пятерым лицом, Иманай постучал по эфесам кинжалов.
– Как видите, я не вооружен должным образом. Ну, и где ваша так называемая честь?

Креш снял один из мечей и бросил Иманаю, тот поблагодарил легким кивком. Вынул и осмотрел клинок.
– Превосходное лезвие. Мое...

– Довольно!
– зашипел Легор и атаковал, лишь засверкали крючковидные ножи. Иманай отступил, парируя выпады - но так, что острия скользили почти у самой кожи, промахиваясь на ширину пальца. Клинки блистали молниями. Легор напирал без пощады, лицо свела кривая гримаса.

Ни один из зевак не смог понять, что и как случилось через мгновение, но Легор вдруг пошатнулся, кровь хлынула струей и он упал на истоптанный песок. Руки не успели выпустить ножи.

Корф шагнул к ним. Поглядел на труп.
– Слабостью Легора, - заявил он, - была чрезмерная вера в дикарский натиск.
– Взгляд уперся в Иманая.
– Во мне ты такой слабости не встретишь.

– У всех есть слабости.
– возразил Иманай.

Корф взялся за топоры и пошел вперед.

Итак, обитатели острова Война смогли натешиться поразительным зрелищем: как ужасный на вид владелец топоров, и чужак с двуручным мечом пали перед простым на вид, худосочным мужчиной. А ведь он сидел среди них месяцами, лениво следя за морем из окна таверны.

Затем вышла женщина, тяжелая и сильная, в свободном кожаном доспехе. Встала в позицию, подняв два меча.

– Л'Орф, - приветствовал ее Иманай.
– Нам это не нужно.

– Боюсь, я должна, - сказала она с сожалением.

Иманай запрокинул голову, созерцая небо. Его рубаха была порвана и окровавлена, лицо покрыто слоем пота.
– Прошу...
– начал он, но Л'Орф атаковала.

Поединок вышел очень долгим. Женщина пробовала опять и опять, отходила и снова пыталась отыскать слабое место. Иманай, казалось, не хотел нападать сам и выжидал.

Так прошел почти час; солнце катилось к горизонту. Дважды Иманай утирал лицо. Затем выражение лица изменилось: он понял.
– Ты попросту хочешь утомить меня, - сказал он. Л'Орф не ответила, по-прежнему кружа на полусогнутых ногах, делая выпад за выпадом.

Иманай покачал головой.
– Здравая стратегия... но я не могу тебе позволить.

И снова жители ничего не заметили. Их гость Иманай метнулся к женщине, мигом сократив расстояние. Клинки мелькнули и она тоже зашаталась, заваливаясь на спину и роняя меч, прижав руку к груди.

Окровавленная рука потянулась к Иманаю в жесте угрозы.
– Не оставляй Арен без защиты!
– прохрипела она и упала.

Иманай встал лицом к последнему: тощему и долговязому Крешу, в черной одежде. Тот поджал губы и посмотрел на оружейный пояс.
– Полагаю, мне следует вернуть меч, - сказал он и ухмыльнулся.
– Но это было бы нечестно.

Иманай ждал, тяжело дыша.

– И, - продолжил Креш, - полагаю, следует дать тебе передышку. Но это было бы глупо. Значит...
– он поднял палец, указав на перепуганных поселян.
– Вы там. Идите в комнату этого человека. Обыщите. Там должен найтись длинный сверток. Может, под кроватью. Несите сюда.

Трое поселян побежали к таверне.

– А вы, - крикнул Креш остальным, - принесите факелы.

Он смотрел на Иманая.
– Может занять много времени.

И да, бой занял немало времени. Двое сражались всю ночь под светом серебристого полумесяца и факелов. Каждый владел двумя тонкими клинками. Песнь соприкосновений, блоков и выпадов звучала возвышенной музыкой. Многие зрители - особенно служившие прежде в армиях или понимающие в кузнечном деле - сообразили, что стали свидетелями величайшего представления в своей жизни. Хотя и напрасного представления: никто из них больше не мечтал сражаться.

Всё кончилось перед рассветом. Зрителей осталось маловато. Тот в черном - Креш - вдруг остановился, руки медленно опустились. Он упал на колени, то-то шепнул Иманаю и повалился на мокрый песок у прибоя.

Иманай медленно и весьма неуклюже побрел к поселку. Встречные склоняли перед ним головы и бормотали: - Мы о них позаботимся... не беспокойся...

– И как позаботитесь?
– хрипло каркнул чудак.

– Бросим тела в море.

Гость вяло повел рукой. Сглотнул и ответил: - Ничего подобного. Вы их похороните в земле. Таков обычай Семи Городов.