Чтение онлайн

Между тем Мадис обнаружил что-то интересное.

— Посмотри-ка, что это? — подозвал он сестру.

На валунах и рядом с ними валялись коричневато-черные клочки шерсти и кусочки шкуры.

— А, здесь разделывались с крысами, — определил Мадис, состроив гримасу. — У нас на чердаке были такие же остатки. Папа сказал, что это шерсть водяной крысы.

— Какой ужас! — ахнула Маарья.

— Ничего подобного. Даже хорошо — так этим крысам и надо! — возразил Мадис.

Он стал внимательно рассматривать камни и еще в нескольких местах обнаружил следы горностаевых столовых или кухонь.

— Очень бы мне хотелось знать одну вещь: есть ли тут птичьи перья? — сказал Мадис, прыгая в азарте с одного валуна на другой.

Перьев не было.

— Что ты по этому поводу скажешь? — спросил Мадис у девочки.

С, некоторых пор у него вошло в привычку экзаменовать и поучать младшую сестру. Обычно это заканчивалось спором, который должны были разрешить мама или папа, потому что Маарья ни в чем не уступала брату. Не давала она спуску и тогда, кот-да он за отсутствием более веских доводов дергал ее за косу.

В ответ Маарья пожала худенькими плечиками.

— По-моему, это значит, что горностаи на птиц не нападают! — ответил Мадис на свой же вопрос и принял такой вид, будто сделал важное открытие.

— А на чердаке перья были, ты еще сам сказал, что они принадлежали черному дрозду, — тут же парировала Маарья.

— Там были, а здесь нет. Здесь так много крыс, что горностаи только на них и охотятся. Чайки и крачки защищают свои гнезда и клюют их в темечко. Поэтому они обходят стороной птичьи колонии.

С этим Маарья согласилась.

Несмотря на постоянно кричащих и зорко следящих за каждым посторонним чаек, горностаи чувствовали себя на Каменистом острове вполне уверенно. Пожалуй, именно благодаря тем самым чайкам, которые заблаговременно предупреждали о появлении всякого пришельца. К тому же здесь, как ни в каком ином месте, сложились благоприятные условия: кучи камней с бесчисленными щелями и прогалинами — входи и выходи откуда пожелаешь, — всякая трава, в которой можно скрыться как днем, так и ночью, валки водорослей, выброшенных на берег и местами подмытых волной, густые заросли тростника, где маленький зверек мог затеряться, как иголка в стогу сена.

И самое главное — здесь всегда было что подать к столу.

Жизнь па Каменистом острове шла своим чередом, однако нельзя забывать о том, что море здесь под самым боком — никогда не рассчитаешь вперед, что оно преподнесет. Море непостоянно. Иногда вода надолго отливала, дно залива обнажалось до далеких больших валунов. Слетались чайки и вороны, клепали рыбу, рачков и разных козявок, которые не спохватились и не ушли вовремя. Лисица ходила по берегу и высматривала, не остался ли где-нибудь окунек или уклейка, не брезгуя и утенком. Куда-то торопливо пробегала ласка, наведывались даже деревенские кошки. Горностаи охотились па водяных крыс — теперь их было легче настичь в тростнике.

Когда море поднималось, начиналось великое переселение — никому не хотелось захлебнуться. Водяные крысы вытаскивали детенышей из-под выброшенных на берег водорослей и переносили повыше, на сухой бугорок". Чайкам негде было приземлиться, они приостанавливались в полете, порхая на месте, и поднимали страшный крик. Даже лягушки заблаговременно переселялись — что уж тут говорить о других животных.

Порой случалось, что пятачков повыше и посуше не хватало, чтобы всем хоть как-то примоститься.

Шторм налетел неожиданно. Голи горностаи не почувствовали предстоящего изменения погоды, толп неправильно истолковали его признаки, только, когда вдобавок к свирепому ветру и сильному ливню море обрушилось па сушу и стало заливать камни, в которых они жили, бедняжкам пришлось уносить ноги. Однако бежать было некуда. Вокруг плескалась вода, большие волны уже катились но лугу, сдвигая на своем пути камни, и можжевельник наполовину оказался затопленным. Бушующая стихия пригнула тростник к самой воде. Только кое-где на возвышенных местах торчали высокие травинки. В облюбованной горностаями куче сухими оставались лишь верхние камни, да и те могло вот-вот накрыть. Бедные зверьки, на которых сухой шерстинки не осталось, приткнулись на самом верху кучи. Что было делать пережидать на камнях, плыть под защиту рябин или забираться на можжевельник?

Трудно сказать, то ли положение, в которое попали горностаи, показалось старой водяной крысе безнадежным, то ли разгул стихии лишил ее последнего соображения, только произошла неслыханная вещь: выставив нос из воды, она подплыла чуть ли не вплотную к горностаям, выбралась на сухое местечко, на соседний валун, отряхнулась и принялась чистить свою шубку. На горностаев и внимания не обратила.

Те смотрели на нее как на что-то необыкновенное. Между явно не замечавшей опасности крысой и находившимися в двух прыжках от нее горностаями плескалась о камни и пенилась вода. Ни один горностай не рискнул напасть на отчаянную крысу. Положение было серьезное и вместе с тем комичное. Вот что делает разбушевавшееся море: хищники и травоядные живут в мире, словно в сказке.

Горностаи забыли о бегстве с камней и уставились на водяную крысу, которая как ни в чем не бывало тщательно себя вылизывала.

Ого! Это еще что такое? Один из горностаев даже встал на задние лапы. Подплыла еще одна крыса и хотела влезть на тот же камень, на котором сидела первая. Но не тут-то было! Первая моментально ощерилась. Они обменялись гневными возгласами заскрипели, как дверные створки па ржавых петлях, — и чуть было не затеяли драку. Только этого не хватало! Ближе всех сидевший к крысам горностай шлепнулся в воду и поплыл к ним.

А-а! Разобрались, что к чему! Горностай не успел еще взобраться на камень, как крысы, прыгнув вверх и описан дугу, бросились в воду. Миф разлетелся прахом.

Когда Маарья и Мадис собирали на косе ягоды, они заметили четырех маленьких горностаев. А ведь раньше их было нить. Куда же делся еще один? Так уж получилось, что его утащили прямо на глазах у матери.

После того как весь выводок покинул хутор Таммисту, горностаиха осторожно вела детенышей за собой, скакала то впереди, то следом за ними, предупреждала об опасности при малейшем подозрении.

Они уже добрались до Каменистого острова, осталось преодолеть одно голое место, и можно было укрыться под покровом дикой ржи и лебеды… И тут над ними пронеслась зловещая тень. Мать сейчас же дала знать об опасности, и детеныши бросились врассыпную, словно их из пращи метнули. Однако полосатый ястреб успел-таки наметить себе жертву.

Разбойник подкарауливал добычу, прячась среди ветвей на верхушке рябины, росшей посредине косы. Оттуда он и налетел стремительно, как внезапный вихрь. Он еще утром разогнал стаю скворцов, провел яростное сражение с храбрыми воронами, поднял с поля молодых вяхирей — лесных голубей, кормившихся зернышками, а теперь наметил выводок горностаев, перебиравшихся на новое место.