Чтение онлайн

– Ох, не знаю, - вздохнула она и растянулась на моей кровати, - мне сейчас хоть двоих, хоть троих. Я при Самсоне никогда нужды в этом деле не испытывала...

– А как ты с ним познакомилась?
– спросила я, чтобы отвлечь ее немного от дурных мыслей.

– Ты знаешь, какой он у нас там знаменитый! Первый жених, хотя однажды уже был женат. Он из иудеев, а они в жены только своих берут. А Самсону понравилась одна из наших, филистимлянок. Вот он и стал упрашивать отца, чтобы заслал сватов. А тот - ни в какую. Ты, говорит, у нас с матерью единственный сын, и быть тебе монахом, посвященным Господу. Поэтому мы тебе и волосы на голове не бреем... Видела бы ты, Марина, этого монаха, - усмехнулась она, косая сажень в плечах, девки липнут, в Газе блудницы даром соглашались с ним переспать, за честь считали.

Ну, Самсон, конечно, в крик: "Ты, отец, дескать, ничего не понимаешь, я ее люблю, хоть она и чужого народа дочь". Пришлось идти свататься. Семь дней играли свадьбу, гости развлекались, как могли, загадки друг другу загадывали, чтобы не скучно было только лишь есть да пить, а Самсон молодую жену обхаживал. И когда поняла она, с каким сильным мужчиной ей всю жизнь ложе делить придется, то не выдержала, бедняжка, и заплакала горючими слезами. А тут Самсон загадку гостям загадал, они ответить не смогли. Тогда обратились гости к жене, попросили выведать у мужа ответ. Она стала просить, умолять, Самсончик мой и ответил. Сердце у него не в пример - мягкое и нежное.

"Да уж, - подумала я, - не в пример чему?" Рассказ Далилы так не походил на конвенциональные библейские рассказы, что я очень заинтересовалась продолжением.

– В общем, выдала она гостям отгадку, и Самсон осерчал. Такой тарарам устроил, подрался с гостями, все разбил и снова в Газу, к блудницам на неделю. Там ублажал их несколько дней, а когда к нему подступили хозяева этих блудниц, заплати мол, то ворота городские сломал и нес на себе. Потом к жене вернулся, и оказалось, что досталась она его дружку, который был у них шафером на свадьбе. Тогда Самсон совсем рассвирепел, поймал двести лисиц, связал их хвостами, сунул огонь и пустил вскачь. Так половина Ашкелона и выгорела. Вот такой у меня дружок неуемный. Во всем!
– с гордостью заключила Далила.

– А потом что было?

– Я тогда жила в долине Сорек. Самсон бежал из Ашкелона, потом попал в Хеврон, поднялся в горы, а спуск был в мою долину. Там он меня и увидел. Я ему сразу понравилась. У меня сорок прядильщиц, ткут, нитки мотают, я - женщина богатая. Приютила его, а ночью сама к нему пришла. И скажу тебе, Марина, не было после ночи, чтобы не любились мы. Теперь-то ты понимаешь, как мне худо?

– Понимаю, Далила. Но и ты пойми: как только освободим царевича, вернешься к своему Самсону, и все пойдет по-прежнему. Только не подвергай свою жизнь неразумной опасности. Договорились?

– Ладно, - кивнула она, - пойду-ка я спать. Ты права.

И Далила тихонько закрыла за собой дверь.

Проснулась я от крика и шума за окном. Ничего не соображая, я встала с постели и подошла к окну. Вид ослепил меня.

Огромная масса народа заполнила улицу. Над головами реяли шарики и флажки. Раздавались пронзительные крики разносчиков. Живые и искусственные цветы были повсюду, белые и синие люди шли в карнавальных костюмах, веселые и радостные. Многие были одеты львами, с хвостами и гривами. Наверное, в этот год была такая мода. Зрелище живо напомнило мне первомайскую демонстрацию, на которую я любила ходить с папой.

– Здорово, правда?!
– это прибежала Далила. За ней в комнату ворвались Ипполита с Гиневрой и прилепились к окну.

– Из наших окон ничего не видно, - объяснила Ипполита вторжение.

– Интересно, что у них за праздник?
– поинтересовалась Гиневра.

– Спросим у хозяйки, пошли вниз.

И мы спустились в гостевую комнату.

Тетушка Ласло уже была при деле: командовала демонами, заглядывала в каждый угол, пересчитывала продукты, которые прибыли к ней на длинной ленте, неизвестно каким образом плывущей по воздуху.

"Демон-транспортер", - подумала я и не ошиблась.

– А, мои гостьи!
– воскликнула она и улыбнулась так, что ее зубы засверкали.
– Проходите, садитесь за стол, сейчас подам завтрак.

Из люка посередине стола показался поднос с апельсиновым соком, крекерами и творогом. Это тоже была здоровая пища, но хотя бы удобоваримая. Мы принялись за еду.

– Что это за гулянье на улице?
– спросила Далила с набитым ртом.

– Выборы верховного правителя, - ответила тетушка.

– Какого верховного правителя?

– Нашего, гадолийского. Мы всегда его так выбираем. Каждые четыре месяца.

– Что?
– тут уж я удивилась не на шутку. Карнавальное шествие еще можно было понять, но такие частые выборы? Это уже никуда не годилось.

– А почему так часто?
– поинтересовалась Ипполита, откусывая крекер.

– Как же иначе? Правителем быть, а тем более верховным - очень вредно для здоровья. Наш-то, последний, уж каким орлом был, а ведь не выдержал.

– Чего не выдержал?

– Как чего?
– удивилась она.
– Обязанностей. Знаешь как это трудно? Ведь он для народа и отец, и муж, и старший товарищ.

– Интересно...
– пробормотала Далила в сторону.
– И как он выполняет обязанности мужа, например?

Но Гиневра не дала старушке ответить, перебив ее на полуслове:

– Странные люди у вас в стране - синие. Почему они такие?

– Что ты, что ты!
– замахала на нее руками хозяйка.
– Разве можно так говорить? Никакие они не синие, они - кузены...

– Чьи кузены?

– Наши, то есть белых. Хотя это тоже неприлично.

– Вот уж глупости!
– возразила Ипполита.
– Что тут неприличного? Назвать синего синим, а белого белым?

Нет, Ипполита поразительно напоминала иногда генерала Лебедя в юбке, то есть в тунике.

– Если вы назовете наших кузенов так, как вы уже не раз назвали, принялась терпеливо объяснять нам старушка Ласло, - у меня даже язык не поворачиваться выговорить это слово, то они обидятся. Упаси боже вас обратиться к ним так на улице. Могут и городскую стражу позвать...

– Ну, хорошо, - успокоила я не на шутку разволновавшуюся тетушку Ласло, мы обещаем... Не будем так называть ваших двоюродных братьев.

– Вот и хорошо. Что вы собираетесь делать сейчас?

– Мы побродим по городу, - ответила за всех Ипполита, - а наши кони пусть останутся у вас. Прикажите слугам почистить их и дать им овса.

– Почему же слугам?
– обиженным тоном ответила хозяйка гостиницы.
– У меня демоны есть.

– Ну, демоны, так демоны, - согласилась амазонка, - лишь бы коней не напугали.