Чтение онлайн

– А что, в этом заключаются обязанности верховного правителя?
– спросила я, все-таки избегая как-либо называть его.

– И в этом тоже!
– твердо заявил он.
– Народ должен знать, что правитель трудится во благо ему и днем, и ночью. Народ должен быть удовлетворен! Иначе какой же я правитель. Так себе...

– Но мы же не относимся к вашему народу, - возразила Гиневра.
– Мы не гадолийки и не требуем от вас удовлетворения.

– Ну и что? Вы же меня выбирали. Значит, знали основные требования нашей конституции.

– Ничего мы не знали! Говорят же тебе - мы пришли на концерт. Кто же знал, что выборы - самое большое представление в этой стране!
– отпарировала амазонка.

– Ну, конечно!
– воскликнул Авенайс.
– Концерт сам по себе скучен, если не преследует более высоких целей.

– Интересно, каких?
– не удержалась я.

– Выборы, например, или реклама. Все должно приносить пользу, даже такое эфемерное занятие, как пение и пляски.

Далила продолжала хранить упорное молчание. Это становилось подозрительным, если принять во внимание, что обычно она за словами в карман не лезет. Наконец она произнесла:

– Что вы напали на такого приятного человека? Видите, не может он нас отпустить, иначе заклюют его же слуги. Нужно пойти ему навстречу, а он нам навстречу. Так все будут довольны и удовлетворены. Верно?
– и она посмотрела на Авенайса откровенным взглядом.

Тот встрепенулся.

– А что вам надо? Зачем вы к нам приехали?

– Ну, наконец-то, - вздохнула Ипполита.
– Рассказывай, Марина.

И я начала рассказ о Йоме и колдунье Душматани. О том, как нашли мы заклинание, но не нашли еще ни двери, ни ключа, и то, что нам необходима помощь верховного правителя.

Авенайс задумался.

– Куда далее держите вы путь?

– В Шикору, страну варваров. Нам необходимо найти Город Ветров и освободить царевича. Иначе нам никогда не увидеть родных.

– Да, - задумался правитель, - сложная задача. Не знаю, чем же можно вам помочь... Ну, ничего. Пока останетесь у меня, вы же понимаете, что сразу я вас отпустить не могу. А тем временем мои хитроумные советники что-нибудь придумают. Должен же быть выход из этого положения.

И подхватив пустое лукошко из-под малины, Авенайс улыбнулся нам на прощанье ослепительной улыбкой в тридцать два зуба и вышел из овального зала.

– Влипли...
– убежденно сказала Гиневра.

– Может, он нас действительно отпустит?
– робко предположила я.

– Ага, дожидайся, - Ипполита была вне себя. Она не терпела ни малейшего мужского давления над собой.

– Все обойдется, я уверена, - только Далила была оптимистична в этой ситуации.

Снова на пороге возник толстый дворецкий в белых чулках и, поклонившись, повел нас длинными переходами.

Он остановился около массивной двери с надписью: "Гарем. Вход только по членским билетам", и постучал. Дверь открылась. На пороге висели в воздухе два демона. Ног у них не было. Полупрозрачными хвостами демоны мели пол.

– Привел, - сказал дворецкий и поспешил сдать нас с рук на руки.

– А-а, путешественницы!
– сказал один из демонов писклявым голоском.

– Проходите, - добавил второй не менее тонким дискантом, - я сейчас выпишу вам членские билеты.

Мы вошли и осмотрелись.

Если на что-то это место было похоже менее всего, так это на гарем.

Большой зал, освещенный неоновым светом, был разделен на небольшие перегородки, не достающие ло потолка. Стены выкрашены в серо-зеленоватый эргономический оттенок. Все пространство зала было уставлено столами с большими тумбами под ними. На столах стояли странные приборы, издающие стрекочущие звуки.

И еще - везде были женщины. Одетые в длинные строгие юбки и белые блузки, они сновали между столами, неся в руках кипы бумаг. За одним из столов, самым большим, сидела строгая дама и отдавала приказания. В воздухе роились мелкие бесы, выполняя многочисленные поручения.

От неожиданности у меня перехватило дыхание. Я, воспитанная на сказках "Тысячи и одной ночи", представляла себе гарем совершенно по-другому.

– Что это, Марина?
– спросила меня ошарашенная Далила.

– Не знаю, они говорят, что гарем.

Ипполита взяла быка за рога:

– Послушай, подруга, - схватила она за рукав пробегавшую девушку, - где мы находимся?

– Как где?
– удивилась она.
– В гареме верховного правителя-льва Авенайса.

– А кто вы тут все такие?
– продолжала допытываться Ипполита.

– Смотря кто, - девушка попыталась было высвободиться, но Ипполита крепко держала ее за рукав.
– Я, например, наложница-практикантка.

– Кто?
– наша четверка вскрикнула одновременно. Ипполита даже выпустила от неожиданности рукав.

– Да, а что?
– с вызовом сказала практикантка.
– Вот поучусь немного и дойду до уровня младшей жены, а там и до статуса "Отрада души" недалеко.

– Нет, я сейчас умру!
– застонала Далила и уселась прямо на пол, устланный ковром.
– Чтобы я этому училась? Как мужчине понравиться? Да за кого они меня тут принимают? Чему меня могут научить эти сушеные ящерицы?! Да они позабыли все, как выглядит мужское орудие, а уж как его в руках держать - и слыхом не слыхивали!

Мы бросились к ней.

– Успокойся, дорогая, - говорили мы ей наперебой.
– Никто твое умение под сомнение не ставит. Может, они не то имели в виду...

– Я знаю, что они имели в виду!
– заорала разъяренная Далила, ничуть не успокоившись.
– Мало мне своих родственничков дома было: "Далила, подумай о себе, он же еврей, не надо с ним. Он это не так поймет..." Много вы знаете, как Самсон меня понимал, на руках носил. И никого лучше него у меня не было. И я была у него самая-самая. А сейчас, эх...

Далила закрыла глаза руками и зарыдала. Седая начальница сделала рукой жест, тут же подбежали две девушки с травяным настоем и принялись поить расстроившуюся филистимлянку. Далила покорно выпила напиток и через несколько мгновений уснула.

Мы бережно подхватили ее под локотки и потащили сонную в одно из боковых помещений, где стояли застеленные кровати.

Когда суматоха утихла, мы подошли к столу седовласой женщины.

– Присаживайтесь, уважаемые гостьи. Меня зовут Пери Пилегеш, я главная хранительница гарема, и моя должность не меняется от перемены верховного правителя. Сейчас мы служим львууподобленному Авенайсу, раньше были другие, но это не важно. Гарем - это незыблемый институт нашей демократии. Мне передали, что вам оказана большая честь - быть в числе гаремных наложниц и жен. Я объясню вам ваши обязанности...