Чтение онлайн

– Что?! Да я убью тебя! В моей спальне! С этой...

– Тише, тише...
– Ипполита схватила разъяренную Гиневру за локти.
– Кто знает, может быть, он и врет.

– Кто врет? Я?
– на хитрой физиономии дэва появилось обиженное выражение.
– Я же вам не бумажки принес, а устно излагаю. Как же я могу врать?

– Верно, - согласилась я с его доводами.
– Ничего, Гиневра, вот выберемся отсюда, вернешься, наведешь там у себя порядок.

Я хочу выбраться отсюда!
– закричала жена короля Артура.
– Я тут в подземелье гнию, а он с девками развлекается! Не бывать этому!
– И схватив дэва за узенькие плечи, стала его ожесточенно трясти.
– Вытащи нас отсюда! Немедленно!

Но Друга перехватила Далила.

– А мне что расскажешь, любезный?

– Как тебе сказать...
– протянул он.
– Видел твоего благоверного, вот только сказать ему ничего не смог - занят он был.

– Чем же это он занят?
– нахмурилась филистимлянка.

Дэв пожал плечами.

– Не знаю... Сидит вроде, пальмовое вино попивает. А ткачихи твои ему кудри длинные расчесывают. Чего ему сделается? Я бы и сам не прочь, да вот торопился - ее письмо отнести, - и он кивнул в сторону Ипполиты.

– Нет, ты уж до конца договаривай, я своего Самсончика знаю. У него чем волос длиннее, тем мужской силы все больше и больше становится. Иной раз и не выдерживала, ночью пряди укорачивала.

– Так я и говорю, - физиономия у вестника несчастий стала такая умильная, будто он проглотил килограмм топленого масла, - волосы у Самсона выросли, вроде по пояс будут.

– По пояс! ..
– ахнула Далила и прижала руки ко рту.

– Ладно, не печалься, - неуклюже ободрила ее Ипполита, - вернешься домой, наведешь порядок. Что сейчас горевать? Не убудет от него. Ты у нас женщина ладная, куда твоим ткачихам.

Но Далила переживала так, что сердце разрывалось на нее смотреть.

– И у тебя был, царица, - обратился дэв к Ипполите. Видел Тесея.

– Правда? И как он?
– быстро спросила амазонка, не в силах побороть любопытство.

– Доходным делом твой милый занят. Даже не было у него времени на твое письмо взглянуть. Корабли встречает.

– Какие корабли?

– Знатные, богатые. Со всех стран к Лабиринту бесплодные женщины тянутся. А среди них, знаешь, какие богачки имеются.

– Ничего не понимаю... Бесплодные женщины, корабли... Да объясни ты толком, в чем дело!

– Я же объясняю - доходное, - сказал Друг и шмыгнул носом.
– По всему Средиземноморью слух пронесся, что если бесплодная войдет в Лабиринт и пробудет там немного, то спустя некоторое время обязательно понесет.

– И кто же такой слух распустил?
– Ипполита сжала кулаки, но внешне оставалась спокойной.

– Уж не знаю, кто, но дело... Отбою от клиенток нет.

– Ну, и ладно, - перебила я Друга.
– А Ипполите какая печаль? Бродят себе дамочки по Лабиринту, пусть себе и бродят. Дело тихое, Минотавра нет, а в казну денежки текут...

– Будто они сами бродят, - усмехнулся бесстыжий.
– Он же их и водит.

– Кто?

– Тесей.

– Врешь, собака!
– не выдержала Ипполита и кинулась на дэва. Гиневра с Далилой явно желали ей подсобить.

Она бегала за маленьким и юрким дэвом по темнице. Он ловко увертывался, а когда амазонке удалось все-таки его схватить и припечатать к стенке, Друг вдавился в стену, словно она была сделана из теплого пластилина.

Ипполита отдернула руки и с изумлением смотрела на стену, из которой, словно барельеф, торчали голова и острые коленки Друга.

Наконец, она поостыла и уселась на камень в углу нашей тюрьмы.

– Вылезай, - махнула она рукой.
– Я тебя не трону.

Дэв осторожно выпростался из стены и подошел ко мне:

– А вот тебя, уважаемая, я ничем порадовать не могу...
– и склонился в легком полупоклоне.

– Будто ты других порадовал, - сквозь зубы процедила Далила.

– Почему не можешь?

– Не застал я дома твоего мужа. Просто оставил на столе письмо и скорее назад, сюда. Времени ждать у меня не было.

– Да ладно, - махнула я рукой, - отсутствие новостей - хорошая новость. Жаль, конечно, но ничего не поделаешь... Придет домой, прочитает. Ты лучше скажи, как нам выбраться отсюда?

– Сложное дело, - задумался он и притворно нахмурил брови. Почему притворно? Потому что так гримасничают только лицемеры, а по моему твердому убеждению, этот дэв был парень не промах и, по всей видимости, на то-то рассчитывал.

– Чего ты хочешь?
– без обиняков спросила его царица амазонок.

– Мне нужен Светоч Мира.

– Что?
– спросили мне одновременно.

– Так называется огромный алмаз, который был украден у Душматани и бесследно исчез. Подозреваемые в краже были заточены в эту темницу, но не открыли, где находится драгоценность. Так они здесь и умерли.

– Как? Прямо здесь?

– А вы что думали?
– в голосе Друга послышалось самодовольство.
– Эта темница стала могилой для многих узников Душматани. И, если вы мне не поможете, вполне вероятно, что такая же судьба ждет и вас...

– Давай поставим все точки над "i", - оборвала я его.
– Не трать время, нечего нас запугивать. Ты хочешь сказать, что этот Светоч Мира находится здесь и его надо вернуть Душматани. А за это ты поможешь нам выбраться?

– Ну... примерно так.

– Тогда у меня возникают два вопроса. Первый: почему алмаз не искали в темнице? И второй: если мы его найдем, зачем нам ты? Мы его отдадим колдунье сами.

– Не обольщайся, Марина, - усмехнулся он.
– Хоть вторая пара глаз и показывает твою мудрость, но Душматани вероломна и не отпустит вас, даже если вы принесете ей все золото мира.

– Это почему?

– Она не простит вам того, что вы увидели ее подлинный облик. Вы же всем расскажете, а она не может этого допустить. Уж больно колдунья гордится своей красотой.

– Послушай, Друг, - вступила в разговор Далила.
– Нам на ее двуличную красоту наплевать с большого амбара. Нам ее прикончить надо, иначе к себе не вернемся. Так что не подходит нам твое предложение...

– Хорошо, согласен, - кивнул он, ничуть не смутясь.
– Алмаз нужен мне, и я не собирался возвращать его Душматани. Но если вы его найдете, а я подозреваю, что у вас такие возможности имеются, то я помогу вам расправиться с колдуньей. Надоела она мне. Притесняет...