Горячее свидание
Шрифт:
а женщина отвечает тем же,
и каждое видео — не оргазм, а бунт,
и каждый стон — вызов,
и каждое «я с тобой» — правда,
даже если их тела разделены на сотни километров.
_____________________________________
Он сидел.
В камере.
Ночь.
Камера — в углу.
Свет — тусклый.
Он знал:
— если поймают,
— если увидят,
— если найдут видео —
его сломают.
Но он уже не боялся.
Он встал.
Закрыл дверь плотнее.
Подвинул табурет — чтобы закрыть угол обзора камеры на 11 секунд,
когда он будет у стены.
Взял телефон.
Охрана оставила — на зарядке.
На 3 минуты — он свободен.
Он сел.
Расстегнул брюки.
Не спеша.
Снял их.
Остался в нижнем белье.
Посмотрел на экран.
На фото Ани — где она лежит на той кровати,
где палец между ног,
где глаза закрыты,
где губы шепчут: «Я думаю о тебе».
Он провёл пальцем по экрану.
По её бедру.
По её пальцу.
И прошептал:
— Аня…
Я с тобой.
Щёлк.
Запись началась.
Видео.
18 секунд.
— он, в камере,
— рука в трусах,
— медленно,
— не спеша,
— пальцы — на члене,
— дыхание — тяжёлое,
— глаза — закрыты,
— губы — шепчут: «Аня… ты… ты была такая тёплая…»
Он двигается.
Медленно.
Не ради оргазма.
Ради неё.
— «Я помню, как ты стонала…
как сжимала…
как сказала: “Не останавливайся”…»
Он ускоряется.
Дыхание — громче.
Тело — напряжено.
И в момент, когда почти,
он открывает глаза.
Смотрит в камеру.
Прямо.
— «Я внутри тебя, Аня…
даже когда меня нет…»
Кончает.
Не на камеру.
Закрывает глаза.
Дышит.
Останавливает запись.
Отправляет:
«Я был с тобой.
Я был внутри.
Даже сейчас.»
Через два часа.
Она получает.
Сидит.
Темно.
Телефон — в руке.
Открывает.
Смотрит.
Один раз.
Второй.
Третий.
Слёзы.
Не от жалости.
От силы.
Он.
Его голос.
Его рука.
Его слова.
«Я внутри тебя…»
Она встаёт.
Снимает всё.
Становится перед зеркалом.
Берёт телефон.
Включает запись.
Видео.
23 секунды.
— она, голая,
— стоит у зеркала,
— рука — между ног,
— пальцы — на клиторе,
— медленно,
— не спеша,
— глаза — закрыты,
— губы — шепчут: «Марк… ты… ты был такой горячий…»
Она двигается.
Не быстро.
Ради него.
— «Я помню, как ты входил…
как дрожал…
как сказал: “Я с тобой”…»
Она ускоряется.
Дыхание — тяжёлое.
Тело — напряжено.
И в момент, когда почти,
открывает глаза.
Смотрит в камеру.
Прямо.
— «Ты внутри меня, Марк…
даже когда тебя нет…»
Кончает.
Тихо.
Сильно.
С закрытыми глазами.
Останавливает запись.
Отправляет:
«Ты был во мне.
Ты есть.
Даже сейчас.»
Он получает.
Смотрит.
Один раз.
Второй.
Третий.
И впервые за всё время — смеётся.
Не громко.
Не вызывающе.
Счастливо.
Он ложится.
Рука — на сердце.
Глаза — закрыты.
И шепчет:
— Аня…
Ты…
Ты выйшла.
Ты показала.
Ты напомнила.
Я не один.