Чтение онлайн

— У нас — твоя улыбка, — сказал тот. —

У нас — твой взгляд.

У нас — следы на шее.

И — её запах на тебе.

Он молчал.

— Ты думаешь, мы не видим?

Ты думаешь, мы не знаем, как это выглядит — после?

Когда ты не ломаешься,

когда ты не смотришь в пол,

когда ты идёшь, как свободный?

— Я был с женщиной, — сказал он. —

Это — не преступление.

— Для тебя — преступление, — сказал старший. —

Ты — заключённый.

Ты — не имеешь права на прикосновение.

На ласку.

На секс.

На любовь.

— Я не просил разрешения, — сказал он. —

Я просто…

был с ней.

— А теперь ты будешь с нами, — сказал один.

Они сняли его.

До белья.

— Повернись, — сказал старший.

Он повернулся.

Удар — в почки.

Он упал.

— Это — за прикосновение, — сказал тот.

Удар — в рёбра.

— Это — за поцелуй.

Удар — в лицо.

— Это — за стон.

Он лежал.

Кровь — из носа.

Глаз — заплыл.

Рёбра — хрустнули.

— А это — за то, что ты посмел быть счастливым, — сказал старший.

Они били.

Долго.

Не до потери сознания.

До предела.

До крика.

До мольбы.

Потом — остановились.

— Ты помнишь, как её зовут? — спросил один.

— Да, — прошептал он.

— А как она пахнет?

— Да.

— А как она кончала?

Он молчал.

— Ответь, — сказал старший.

— …как весна, — прошептал он. —

…как дождь…

…как свобода.

Удар.

Сапогом.

В живот.

— Забудь, — сказал тот. —

Забудь её лицо.

Забудь её тело.

Забудь, как она шептала.

Иначе — будем делать это каждый день.

Он лежал.

Дышал.

С трудом.

— Вы…

не можете…

стереть…

то, что было, — прошептал он.

— А мы и не будем, — сказал старший. —

Мы просто будем напоминать, кто ты.

Ты — номер.

Ты — пепел.

Ты — не имеешь права на память.

Они ушли.

Дверь — захлопнулась.

Он остался.

На полу.

В крови.

В темноте.

Медленно.

Сломанно.

Он поднял руку.

Дрожащую.

Раненую.

И коснулся шеи.

Точно так же.

Как она.

Как тогда.

И прошептал:

— Я помню.

Я был с ней.

Я был жив.

И вы — не отнимете.

Они думали —

если запретить бумагу,

если забрать ручки,

если уничтожить блокноты —

они стерут память.

Но они забыли:

— у него есть лицо,

— у него есть телефон охраны,

— у него есть одно мгновение, когда камера не смотрит.

И у него есть она.

___________________________

Он сидел.

На койке.

Глаз — заплыл.

Губа — разбита.

Шея — в синяках.

Но спина — прямая.

Он ждал.

Не посещения.

Не допроса.

Момента.

Когда старший уйдёт в туалет.

Когда младший проверит коридор.

Когда экран останется без присмотра — на 12 секунд.

Он знал:

— телефон охраны не подключён к интернету,

— но SMS — работает,

— и номер её — сохранён,

— и она не заблокировала,

— и она ждёт.

Он встал.

Подошёл к столу.

Спина — в огне.

Рука — дрожит.

— Ты куда? — спросил младший.

— В туалет, — сказал он.

— Подожди.

Он ждал.

Секунды.

Тишина.

Старший вышел.

Пошёл по коридору.

Младший — за ним.

Телефон — на столе.

Экран — включён.

12 секунд.

Он подошёл.

Быстро.

Тихо.

Открыл SMS.

Нашёл её номер.

Нажал «Новое сообщение».

Взял телефон.

Поднёс к лицу.