Чтение онлайн

– Чего?!

– Того, Анна! У простолюдинки по определению не может быть ребёнка с Даром! Но у твоего он есть! Понимаешь?

– А ты сам тоже видишь в нём одарённость?

– Нет. Для всех остальных истинных аристократов, даже для его родителей, подобное знание приходит лишь когда малышу исполнится год. В этом возрасте начинаются спонтанные выбросы энергии, незаметные для простолюдинов, но не для истинных аристократов. Подобное будет происходить недолго, а потом Дар полностью успокоится. Как бы уснёт до совершеннолетия, чтобы в шестнадцать лет раскрыться во всей своей силе. Но любой истинный сможет его легко определить даже в спящем состоянии. Ещё волосы… Ты заметила, что у новорождённого вначале был тёмненький “пушок” на голове?

– Да, - кивнула я.
– Правда, он сильно посветлел.

– Вот именно. Абсолютно белые волосы - тоже признак истинных аристократов. Тут уже любой, имеющий хоть какое-то зрение, не ошибётся, кто перед ним.

– Допускаю, - не сдавалась я.
– Но тогда и у меня должны быть светлые волосы, раз, по твоему утверждению, я имею Дар! Найди в моей тёмной шевелюре хоть один такой волосок?

– Согласен. Странность, - улыбнулся муж.
– Но если допустить, что во взрослое, полностью сформировавшееся тело простолюдинки попала душа с Даром, тогда не вижу ничего удивительного в этом. Анна! Ты же ходячая аномалия! Даже вон истинный Лекарь так запутался в тебе, что не смог ничего понять. Нет в его голове подобного шаблона. Но мы-то оба знаем правду и можем сопоставить факты.

После слов Марко я надолго задумалась, раскладывая по полочкам доводы мужа. Скорее всего, он абсолютно прав. Я не знаю, что происходит с людьми после смерти. До этого момента допускала, что на самом деле души всех умерших переселяются в иные миры. А что если не все? Что, если во мне действительно есть некая аномалия, выкинувшая не в ад, рай или в тело новорождённого, не помнящего своей прошлой жизни, а сюда? Тогда можно построить такие фантастические гипотезы, что наличие “простого” Дара у меня и у моего малыша покажется обыкновенной бытовой ситуацией. Но сейчас меня волновали больше не мистические теории, а правда жизни.

– Марко, и какие неприятности мы с этого всего можем поиметь?

– Правильный вопрос, дорогая, - нервно кивнул он, окончательно став серьёзным.
– До какого-то момента мы можем скрывать Дар нашего сына. А вот потом нам несдобровать.

– Даже так? Тогда, быть может, стоит поселиться в каком-нибудь удалённом уголке, чтобы случайно не встретиться с истинными аристократами?
– перебив мужа, выдвинула я предложение.

– Не получится. Его уже видел мой друг с Даром. Он обязан сообщить о сыне в имперскую службу, чтобы та поставила Лео на учёт. Сокрытие подобного приравнивается к государственной измене. Но Лекарь сейчас направился в другой конец Ремской империи бороться с Чёрной болезнью. Это займёт у него несколько месяцев. Потом он должен будет провести в одиночестве ещё примерно полгода.

Дело в том, что имеющие подобный Дар накапливают в себе болезни. И хотя Лекарям ничего не грозит, но они являются источником заразы для остальных. Приходится долго и нудно очищаться. Особенно после Чёрной болезни. Честно говоря, не завидую им. По мне: такой Дар хоть и очень нужный, благородный, но безумно утомительный и в физическом, и в моральном плане.

Так что мы имеем почти год в запасе. Потом мой друг прибудет в столицу и заявит о новом одарённом. Если же мы будем после этого прятать Лео, то автоматически превратимся в государственных преступников. Поверь, долго бегать от правосудия не сможем.

И вот тут появляется большая проблема с очень опасным вопросом… КАК у простолюдинки мог родиться малыш с Даром? Такого за всю историю мира никогда не было! И если я хоть как-то ещё могу доказать родство с Лео после его совершеннолетия, когда станет понятно, что парень имеет Дар именно Ищейки, то с тобой, Анна, возникнут сложности.

– Какие? Я же его сама родила, и тому есть свидетели.

– Свидетелей можно обвинить в том, что они солгали за большие деньги. А сам ребёнок… Например, мы его похитили у семьи истинной аристократии.

– Бред!

– Нет, любимая. Это не бред. Тут уже начинается политика. Наличие неучтённого одарённого ребёнка очень хорошая основа для интриг. Его захотят заполучить многие, чтобы усилить свою семью.

– Марко! Но ты ведь можешь доказать родство с сыном!

– Верно, - кивнул муж.
– Но ты меня не услышала. Смогу лишь после того, как Леонардо станет совершеннолетним, и в нём выявится не просто общая спящая одарённость, а именно Дар Ищейки. До этого момента я сам буду под подозрением. Сына у нас точно отберут и отдадут на воспитание в чужую семью истинных аристократов.

И даже если через шестнадцать лет я докажу, что являюсь его настоящим отцом, то ты… Не хочу тебя пугать, но на каторге так долго не живут. Да и мне обязательно предъявят обвинение в том, что украл дитя у своей одарённой любовницы и подсунул ему вместо настоящей матери простолюдинку. Подобное преступление тоже карается длительной каторгой.

– Но ведь должна же быть эта пострадавшая любовница!
– в отчаянье воскликнула я, понимая, что только что рухнул мой счастливый мир.
– Марко! Такой нет! Её попросту нет и быть не может!

– Найдут… - тяжко вздохнул он.
– Анна. Наличие в семье ещё одного одарённого, да ещё и с иным Даром - это хорошая возможность приблизиться к трону. Поверь, столичные истинные аристократы в большинстве своём очень прагматичные, безжалостные люди. Они ни перед чем не остановятся ради усиления своего влияния в императорском дворце. Не все, конечно, но многие. Допускаю, что быстро найдётся какая-нибудь одарённая девица, которая заявит, что я её тайный любовник, похитивший сына.

Факты подгонят под такое дело. Наших же свидетелей-простолюдинов суд даже слушать не будет. Большее доверие всегда вызывают слова аристократов. Тем более, что на судью всегда может надавить сильный столичный клан, с которым будет в родстве моя “любовница”… Или попросту подкупят судейку бешеными деньгами.

Так что ситуация у нас серьёзнейшая. Я поэтому и ограничил все твои контакты даже с подругами. Нам нужно выработать новый план, который поможет не только объяснить всем, почему у простолюдинки ребёнок с Даром, но и выстроить правильное общественное мнение в Борено. Ведь в нашем городке через год обязательно все узнают о способностях Лео, как только мы заявим о них в столичные службы. Представляешь, какие сплетни и домыслы начнутся?

– Не представляю и даже думать об этом боюсь… - горько произнесла я.
– Марко… Это же наш ребёнок.

– Да!
– жёстко ответил он.
– И мы его никого не отдадим! Анна! Если вам с Лео будет грозить опасность, то быстрее умру, чем подставлю вас под удар аристократических гнид, пытающихся дорваться до власти!

– Спасибо, Марко, - обняла я мужа.
– Я верю тебе. Но, быть может, всё же стоит рассмотреть план не борьбы, а бегства из Ремской империи? Изменим имена, как Пчёлка с братом, и заляжем на дно в чужой стране? Поселимся в неприметной деревушке на краю света?

– Я много думал над этим, - признался муж.
– Беда в том, что рано или поздно Дар Леонардо проявится. Мы не сможем скрывать его вечно. Как только на нас выйдут истинные аристократы… Пусть не из Ремской империи, а чужие, что ещё страшнее, так как те совсем с пришлыми церемониться не будут, то готовься к смертельной гонке по разным странам. И ещё: каждый день нашей жизни будет отравлять ожидание разоблачения.