Чтение онлайн

– Пожалуйста. С чего это ты в обмороки подать начала, а, Селька? Чай беременна?

– Совсем мозг высох? Если боевик, то значит, прыгаю из койки в койку? Да сейчас. Я девушка приличная, беременности без законного брака не подвержена. Прости, Санто.

Мальчишка смущенно отмахивается.

– Знаю я, какие в ваших академиях этих порядки, особенно в боевых отделениях, зубы она мне станет заговаривать.

– А вот это сейчас было обидно. И какие такие порядки, по-твоему, в наших академиях?

– Какие-какие, фривольные!
– и так гордо, что колени только обсикать.

– Может, в каких других академиях и фривольные, а в нашей с этим делом всё было строго, да и не до отношений полов мне в период обучения было.

Душой я кривлю, и знатно. Почти все мои сокурсники к концу обучения не являлись фиалками, а всё по той простой причине, что во время энергетического обмена – по-простому — близость между двумя магами, резерв заряжается в сто крат быстрее и эффективнее, чем через накопители и любые другие искусственные средства, так что, Генка по-своему прав, ну, и приятное удовольствие, по сознанию сокурсниц, — как плюс, об этом постулате мы знали ещё с первого курса из целительского базиса. Но я как-то умудрилась продержаться на подручных средствах, или, когда совсем припекало, практики — дело не безопасное на самом-то деле, — обходилась энерго-обменом без захождения до конечной станции: объятия, поцелуи, простые ласки, мне этого хватало, слава магии.

– Ну, извини, - пока я раздумываю о всяких обменах, ворчит Гена.
– Что нам думать, если ты ни с того ни с сего позеленела и бахнулась в беспамятство.

– Это откат, от многоуровневой защиты, я знаешь, ли, не желала на практике выяснять ваш снего-огонь и его повадки в естественной проклятой среде обитания. Силу здесь окружающее недружелюбное пространство жрет знатно, - вздыхаю, а резерв почти что на нуле, за время того самого беспамятства, так скажем, заряжен на два процента.

– А-а-а, - восклицают нежить-парни в один голос.

Генка дополняет смущенно:

– Вопросов больше нет. И сколько тебе восстанавливаться?

Пожимаю плечами, присаживаясь, внимание привлекает голое окно, а за ним!

– Мать честная, - ахаю, круглыми глазами таращась на настоящее торнадо прямо за окном.
– Это ещё что такое?!

Вскакиваю с постели под крик Санто: осторожнее! И только благодаря ему не попадаю ногой в ведро, заполненное на треть мутноватой водой. Машинально отмечаю: это вот этим мне лицо терли, ужас какой. Как завороженная, бреду к окну, а там помимо сероватого торнадо, от которого во все стороны летят льдистые осколки, с неба сыпет неестественный неоново-зеленый дождь, и вот что интересно: в строения он не попадает, а вот ударяясь об заснеженную землю, оставляет точечные подпалины.

– Это что за занимательный пейзаж?

На плечо прыгает Око.

– А я тебе говорил, у нас тут настоящий курорт.

Санто косится на крыса озадаченно и вздыхает.

– Вам на улицу нельзя, госпожа магичка, от такого «пейзажа» тетя Арлен померла.

– Ага, пятьдесят с лишним годков назад это было, лапы натрудил, пока тащил её в один из домов, и клыки стесал.

– Да я как бы не собиралась, - бормочу растерянно, любуясь видами по ту сторону окна. Неактивная по понятным причинам многоуровневка греет душу, пусть не активная, а хорошо, что вообще есть, в крайнем случае можно будет задействовать, потратить жизненные, но шанс на спасение есть.
– А как насчет безопасности внутри этого и моего дома?

– Полная безопасность, буйству стихий хода в помещения нет, от них не помрешь, коли в доме, чего не скажешь про голод.

– Это радует.

На меня хмуро покосились две пары глаз, бледно-синие и алые.

– Что? Да я не про голод, елки-иголки.

– Заковырка в том, что если находиться на улице, то вероятность скопытиться — до девяноста процентов. Это ты, Селька, пока что везучая.

– Не каркай тут мне. Кстати, о голоде: в доме есть какая провизия? Что, совсем ничего?

– Совсем, я всё съел, под чистую, - морщится Санто.
– Даже некро-пауков. Только немного воды оставалось, но она того… - чешет нос виновато, - зацвела. Простите, госпожа магичка.

– Да ну, не бери в голову. Я уже с этим делом смирилась. А про некро-жуков — правда? У вас и такое тут есть?

– Были такие, в других домах, пустых, есть. И в твоем тоже. Не печалься, Селька, если что, будет тебе закуска на какое-то время.

– Очень жизнеутверждающе.

– Ладно, - кошусь на торнадо с опаской.
– Если мой дом пока не доступен, будем осматривать твой, Санто.

– Да чего тут осматривать. Нет здесь ничего.

– Ну, вот и посмотрим на твоё ничего, а ты мне расскажешь о местных жителях и почему у тебя не выходит на улицу нос высунуть.

– Нечего рассказывать, - бурчит Санто, плетясь за мной следом. Выхожу в коридор с выцветшими пошарпанными стенами и держу курс, конечно же, на кухню и в подвал. Парень сказал, что еды якобы нет и всё такое, но убедиться в этом лично, считаю, стоит. Крыс мирно едет на моем плече, подергивая хвостиком.
– Не видел я их ни разу, госпожа магичка.

– Как так?

– При жизни было страшно заходить в «мертвые» дома, а вдруг загрызут?

– А я тебе говорил тогда ещё, дурень: спят они все! Как померли, так и спят! Никто не очнулся.

– Да, - вздыхает мальчик.
– Говорил, и всё равно страшно было: а вдруг того, очнутся.

– Бояться за свою жизнь – это нормально, Санто. Страх – человеческий инстинкт выживания.

– Но я же не человек. Не совсем человек.

– Иные расы тоже не лишены страха. Не боятся только мертвые, - кошусь на Генку, тот ещё трусишка или хороший актер на публику.
– Хотя и тут сомнительное утверждение, как показала жизнь.

– Чего на меня смотришь? Я ничего не боюсь!
– гордо фырчит Око.

– А я всё равно много чего боюсь, - уныло шепчет Санто.
– А это тоже нормально, госпожа магичка? Бояться, когда мертв?

– Не знаю. Наверное.

Входим в кухню, здесь дело обстоит поплачевнее, чем в моём домике, эх, я по нему даже скучаю уже. И главное. Еда так и осталась на столе, вот же, демон. Пропадет. Аж сердечко екнуло. Еда у нас сейчас на вес золота, так-то. Осматриваюсь, с недоумением поглядываю на местами погрызенный стол и изъеденный в труху бывший стул, Санто стыдливо отводит взгляд, бедный мальчик. Плита и утварь замызганы, да так, что только бытовыми чарами отдерешь всю закоревшую грязь, а магия у нас сейчас вжим-вжим. Печально. Двери в холодильню не наблюдаю.

– Подвал где?

– Так это выйти в холл нужно.

– Идем.

– Но там же пусто!

– Посмотрим.

– Не доверяете, госпожа магичка?

– Ничего личного, привычка всегда всё перепроверять. Ты мне лучше вот что скажи. Как так вышло, что ты не спишь, а другие нежитевидные в какой-то спячке?

– Он тебе не скажет, не знает Санто об этом ничего, - ворчит крыс.
– А я могу только предполагать, что дело в месте наступления смерти. Вот, смотри: Санто замерз в доме и помер, так, а другие, в том числе лорд наш, — на улице, от стихийников, точнее, все десять душ от стихийников той или иной разновидности, и этих всех несчастных мне приходилось потом убирать, ужас, да?