Чтение онлайн

– Кто нагрянет?
– спросила Маша.

– Диверсанты, - ответил Толян.

– Извини, Толик, работа, - сказала Маша. Прозвучало это как: некогда мне тут с вами глупостями заниматься.

– А нам кизяками, значит, отбиваться, - произнес Толян.
– Ну, спасибо, Мария.

– Свету и Кольку я забираю с собой, - сказала Маша.
– Так что можете кизяками, а можете возвращаться в город.

– Мы бы вернулись, да у меня хата арестована, - помявшись, признался Толян.

Маша посмотрела на Антона. Тот утвердительно кивнул и вздохнул.

– Ну-ка, ну-ка, - сказала Маша, согнав с лица улыбку.
– Прошу пройти на кухню, граждане...

Рассказанное Машу не удивило, так как про виртуалов она знала. Вопрос с арестом квартиры был бы легко разрешим, если бы не одно но: применение стрелкового оружия. Вот тут была большая закавыка, ибо ни у Толяна, ни у Антона не было санкции на право применения оружия.

– Позвольте, позвольте, - перебил Машу Антон, не заметив, что перешел на "вы".
– У меня есть.

– Тридцать седьмого года, - усмехнулась Маша.
– Просрочено, товарищ.

Антон сжал кулаки, но Маша похлопала его по руке - расслабься, мол, и сказала:

– Это я как бы милиционер. Как бы с их позиции рассуждаю. Однако ситуация неординарная, поэтому я думаю, что этот крючок мы разогнем. А тебе, Антон, как чекисту-ветерану выхлопочем официальное разрешение на право ношения и применения оружия.

Теперь уже усмехнулся Антон.

А через пять минут на дом началась атака.

Началась она с того, что какой-то гад из-за придорожных кустов выстрелил в окно из гранатомета. Стрелял этот гад неумело и в окно не попал, но перепугал находящихся в комнате Светлану и Кольку до смерти. Те с визгом выскочили в коридор.

В комнату вломился Антон с маузером. Стекло в наружной раме, разумеется, было вдребезги, внутреннее выдержало. Антон распахнул створки, привычно определил, откуда могли стрелять, и всадил две пули в подрагивающие кусты, что стояли на обочине дороги в тридцати метрах от окна. Шевеление прекратилось, между ветвей появился гранатомет, вновь нацеленный в дом Поповых. Антон выстрелил уже по гранатомету, метя сначала чуть выше ствола, потом чуть ниже. Оружие запрокинулось, уставившись в небо.

– Один готов, - процедил Антон, ощупывая взглядом окрестности и никого больше не замечая.

Не может быть, чтобы гад был один.

======

Тем временем Толян, схватив автомат, вылетел было из дома наружу, но тут с соседского огорода ударили сразу три автомата. Толян, успев разглядеть трех диверсантов, стреляющих от живота, юркнул обратно. Слава Богу, не задело.

Буханкин, отсиживающийся на кухне, выглянул в окно и тут же отпрянул, поскольку увидел заходящих с тыла пятерых амбалов. Буханкина тоже увидели, тотчас затрещали выстрелы, зазвенели, разлетаясь, стекла.

На кухне появилась Маша с автоматом и сделала знак Буханкину, чтобы выметался. Буханкин послушно ретировался, а Маша дала длинную очередь по перелезающим через забор амбалам. Двое из них повисли на заборе, трое с дырами в груди попятились обратно. Маша отстрелила одному из них голову (она отлетела, как кочан капусты), и он опрокинулся назад, вздев вверх ногу, ибо зацепился штаниной за штакетник. Двое оставшихся дали деру. С такими-то дырами. Висящие на заборе заискрили.

Толян приловчился стрелять из-за толстой входной двери. Приоткроет её, выпустит в белый свет короткую очередь и вновь захлопывает.

Нападавших было много, больше тридцати. Неся потери, они понемногу окружали дом.

Вот диверсанты, убедившись, что гранатометчик больше не контролирует свой сектор, начали появляться и со стороны дороги. Антон теперь стрелял без перерыва, стараясь отстрелить какую-нибудь конечность, ибо быстро понял, что против них воюют виртуалы. Патроны в маузере вскоре кончились, и он перешел на СПП.

К этому пистолету нужно было еще привыкнуть. У маузера тонкий ствол логически заканчивался мушкой, Антон как бы прострачивал этим стволом аккуратные стежки, мысленно соединяя цель и мушку, у СПП же всё было не так. СПП был толст и туп, как утюг, Антон его поначалу не чувствовал и хотя в противника попадал, но с некоторым смещением. Не в сердце, скажем, а рядом. Однако против виртуалов такая точность была не нужна, и СПП, неизменно наносящий увечье, тут был хорош.

Одним словом, меткий Антон наносил нападавшим ощутимый урон. У Маши урожай был поменьше, но и она, передвигаясь от окна к окну, положила с десяток виртуалов. Толян, как ни странно, сдуру уничтожил двоих. И остались у противника командующие из-за прикрытия Люпис с Тяпусом, Марьяж, Шурфейс с Джадфайлом да семеро осторожничающих виртуалов.

Видя такое дело, Люпис пошел на шельмовство. Сложив ладони рупором, он громко возвестил:

– Сдавайтесь, вы окружены. Выходить по одному с поднятыми вверх руками, в противном случае дом будет подожжен.

– Дурак ты, - не менее громко, хотя ладони рупором не складывал, ответил ему Толян.
– Сейчас омон приедет, скрутят тебя, балду, в бараний рог, а раскручивать не будут. Сматывался бы ты лучше, дебил несчастный.

– Экие какашки, - сказал Люпис и вновь заорал:

– Нам нужны Попова с маленьким Поповым. Попова, выходи, других не тронем.

В ответ Антон с Машей уложили еще двух виртуалов.

Движения и крики снаружи прекратились, а спустя три минуты где-то неподалеку зарокотали моторы, и несколько машин умчались к трассе.

Толян приоткрыл дверь, убедился, что противник дал тягу, после чего вышел во двор. Из соседнего дома, за которым до этого прятались суперсыщики, на негнущихся ногах выплыл старик-хозяин и побрел к нужнику. Переволновался, бедняга.

Суперсыщики оставили после себя три "Ауди" с ключами в замках зажигания. Машины стояли на окраине Лыкова, о них доложили местные пацаны, которые сразу после окончания перестрелки стянулись к дому Поповых.

Света туго набила хозяйственную сумку российскими купюрами, остальные деньги, находящиеся в чемоданах, спрятала в подполье, весьма искусно замаскированное от воров. Обычно сюда на зиму убирались пищевой запас, газовые баллоны, утюг, электродрель и прочие особо ценные вещи.

Закрыв окна ставнями и заперев дверь, она присоединилась к ожидающим её во дворе товарищам по несчастью, вслед за чем они, впереди Толян с автоматом, этакий крутой боевик в окружении ребятни, а следом все остальные, направились к машинам. Что добру-то пропадать?

Маша облазила "Ауди" в поисках "подарочка", но взрывчатки не нашла.

Вслед за этим, погрузившись в две машины, они умчались в город. Первую машину вела Маша, вторую Толян...

Весьма скоро бершонцы поняли свою основную ошибку и сменили черную униформу на обычную одежду землян, после чего растворились в толпе.