Чтение онлайн

нередко были недовольны теми критическими статьями, которые поддерживали

«забракованные» комитетом картины. В феврале 1967 г. Комитет по кинематографии

направил в ЦК КПСС информацию о случаях выступлений в центральной и местной

печати по вопросам киноискусства, в которых высоко оценивались фильмы,

раскритикованные кинокомитетом: «. В некоторых центральных и местных газетах и

журналах. многие идейно и художественно несостоятельные произведения получают

высокую оценку. Так было с фильмом «Похождение зубного врача». «Комсомольская

правда» еще до выхода этого фильма дала о нем такой анонс: «Герои спешат на экран».

Некритические, захваливающие выступления по фильмам, имеющим наряду с

положительными моментами недостатки принципиального характера, стали довольно

частым явлением. Так случилось с фильмом «Крылья» режиссера Л. Шепитько. Эта

картина... по существу показывает бывшую летчицу-героиню как человека лишнего,

ненужного. Вполне понятно, что такой показ воина-ветерана вызвал возмущение мно-

гих бывших летчиц-фронтовичек. Однако газеты и ряд журналов дали фильму самую

высокую оценку. Еще до выхода фильма на экран «Известия» напечатали рецензию А.

Мачерета, в которой «Крылья» изображался как выдающаяся победа советского кино.

Восторженную статью о фильме поместили «Литературная газета», «Комсомольская

правда», «Вечерняя Москва», журналы «Искусство кино» и «Советский экран». Харак-

терно, что во всех этих статьях нет даже самых скромных критических замечаний»168.

Сходная причина для недовольства критикой имелась у председателя Главлита

СССР П. К. Романова, когда еще не подписанные цензурой пьесы уже получали

высокую оценку в прессе. Так произошло с пьесой Виктора Розова «Традиционный

сбор». «Следует отметить, - писал в записке в ЦК КПСС Романов, - что указанная

пьеса, не утвержденная к постановке, была заранее разрекламирована в статье В.

Пименова «Испытание временем», опубликованной в «Литературной газете»

26.12.66.»169.

Другой известный пример, когда публичная генеральная репетиция и

опубликованная после предварительного просмотра положительная рецензия

благоприятно сказалась на судьбе постановки, - это случай со спектаклем «Голый

король» в театре «Современник» в сентябре 1965 г. Вот как описывает в своих

воспоминаниях ситуацию с просмотром известный актер театра Игорь Кваша: «После

генеральной репетиции должна была состояться премьера. Пришел инспектор

министерства культуры, сидел, смотрел, но так и ничего не понял. Но в зрительном

зале был такой восторг, что он почувствовал что-то неладное. На коллегии

Министерства культуры, посвященной специально «Голому королю», настаивали на

снятии спектакля. Комиссию возглавлял Александр Васильевич Караганов, которому

пьеса очень понравилась. Свое мнение он опубликовал в «Литературной газете». Но

одновременно не могли появиться эта статья и приказ о закрытии спектакля. Так

«Голый король» продолжил свое существование»170.

Еще один подобный случай - спектакль Московского театра драмы и комедии на

Таганке «Тартюф», поставленный Юрием Любимовым в 1969 г. Спектакль был принят

специальной комиссией по приему, однако вызвал много замечаний со стороны

90

министерства культуры СССР. О характере этих замечаний и о претензиях к критике, в

целом положительно оценившей постановку, можно судить по выступлению Е. А.

Фурце-вой на партийном собрании министерства культуры: «. Сейчас появился на

Таганке спектакль «Тартюф» Мольера. Есть разные точки зрения, но то, что сделал

театр на Таганке с этой пьесой, заслуживает самого глубокого анализа, потому что эта

пьеса

179 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 59. Д. 60. Л. 122.

170 Кваша И. Когда мы были молодыми // Театральная жизнь. 1990. № 16.

С. 20-21.

послужила режиссеру поводом для всяких режиссерских штучек. Там и обращение к

Фантомасу, и обращение к осветителю «Митрич, выключи свет!». Неправильно, что

«Советская культура» поддержала этот спектакль»171.

Интересно, что будучи еще секретарем ЦК Е. А. Фурцева иначе отнеслась к

«переписыванию» классики в спектакле «Два веронца» в постановке театра им.

Вахтангова. В воспоминаниях знаменитого артиста театра Владимира Этуша со-

держится вполне определенные указания на это: «Надо сказать что, несмотря на

зрительский и внутритеатральный успех, пресса не спешила превозносить наш

спектакль. По мнению советской критики, мы преступили черту - нарушили каноны,

посмели исправлять и дописывать Шекспира, заказав тексты интермедий

современному писателю! (Речь идет о Николае Эрдмане - Н. Б.) ...К классике

относились с большим пиететом. Поэтому критика приняла спектакль чересчур

сдержано. Но публика рукоплескала нам без оглядки. И в ее числе была незабвенная

Екатерина Алексеевна Фурцева, тогда секретарь московского комитета и секретарь ЦК

партии. Ей спектакль очень понравился»172.

Безусловно, не всегда предварительные рецензии писались в пользу того или иного

спектакля, а иногда сотрудники изданий сами сигнализировали о спорных постановках

в ЦК КПСС. Показательно в этом отношении письмо из редакции газеты «Советская

культура» в ЦК о спектакле Московского театра Сатиры «Теркин на том свете» от 16

февраля 1966 г. «Первые просмотры этого спектакля, на которых мы присутствовали, -

писали члены редколлегии, - дают основание утверждать, что мы имеем дело с

произведением антисоветским и античекистским по своему существу... Удивительно

почти полное совпадение авторских выпадов, намеков и полунамеков в адрес органов

государственной безопасности. с клеветой, характерной для буржуазной