Чтение онлайн

Никлас поглядел на дрожащие от бессилия руки. Может и впрямь покинуть лагерь? За маяком возле Леса мирквихттов на скалах много пещер. Рядом простецкая тропа, по которой из срединной долины постоянно ходят торговцы. Мясо можно менять прямо там. Собрав выпавшие из корзины ягоды, утомленный, он стал размышлять о том, как хорошо было бы разобрать хижину и перенести ее на другой конец лагеря. Такая мысль приходила ему в голову не раз, но он так и не решился на это. В конце концов, у них была община, и охотники уважали друг друга, делясь всем, в том числе тумаками и руганью.

Остаток вечера Гримбальд провел в покоях Кассии. В этот раз, у него было достаточно времени, чтобы рассмотреть ее коллекцию артефактов. Подруга, как и многие девушки, была неравнодушна к дорогим вещичкам, и за шесть лет успела скопить множество ценных предметов, большинству из которых он не смог бы найти применение в глуши. По словам Кассии, многие из них обладали магической силой, но Гримбальду россыпи камушков и старая посуда казались просто безделушками. Конечно, в коллекции были драгоценные камни, черные жемчужины, изогнутые суранские кинжалы и магические болы с причудливой гравировкой, но большую часть все-таки составлял хлам.

Вдоволь насмотревшись на волшебные безделушки, Гримбальд перевел взор на стены и потолок. Рядом с кроватью, в свете факела висел серебряный диск с цифрами и засечками. Эту вещицу Кассия тоже держала для красоты. Отполированный до блеска календарь с двумя кольцами по краям и шестью столбиками цифр сведенных к центру, сиял словно луна. Коснувшись пальцем самого широкого внутреннего кольца, поделенного на шесть частей, он шепотом произнес:

— Вергин, правник, каденциум, тридвор, трида, новос.

Шесть дней магорской недели его заставил выучить Кэрк. Все родители так делали. Дети должны были запоминать эту ерунду с юных лет, чтобы потом благополучно забыть или начать путать триду с тридвором. Держать такую подсказку дома никто тем более не стал бы. Простому человеку достаточно было знать, что на Миркхолде зимой холодно, весной жарко, а летом сыро.

Оставив серебряный диск, Гримбальд снова обошел покои подруги. Место, в котором он находился, считалось уникальным. Канализация состояла из множества тоннелей, подобно лабиринту. Он помнил, как впервые узнал от Кэрка о том, что под Готфордом есть подземные коридоры. Ему было всего семь лет, но и тогда он уже прекрасно понимал, что канализация под провинциальным городом по всем законам мира просто не могла существовать. Тем не менее, факт оставался фактом. Большая часть коллекторов была проведена под холмами и улицами средней четверти, и лишь малая ее часть затрагивала верхний предел. Что до нижнего предела, большая часть домов которого стояла на песке, тамошние коллекторы были глубже, и затрагивали только трущобы, находившиеся вблизи утесов. Эту канализацию построили эквитанские инженеры, примерно двести лет назад. Верф как-то раз даже называл ему точную дату ее открытия — 245 год. Помнили это событие, как ни странно, не горожане, а служители Нисмасса, поскольку, за два года до открытия главного коллектора, в Вальтерском ущелье появилась их кеновия. Строительству диковинного сооружения под Готфордом поспособствовал некий барон Гумберт, занимавший тогда пост губернатора. Приглашенные из Аксакола инженеры строили канализацию больше пятидесяти лет, но великая задумка, сработавшая некогда в столице Велинкронской империи, в мелком магорском городке потерпела крах. Когда канализацию все-таки достроили, нищие и горожане в первый же год забили ее мусором. Следом подоспели портовые крысы, сделав подземный лабиринт своим домом, а за ними и ядовитые гады, вроде печеночников, змей и морских скорпионов, попадавших туда с приливами. Следующие десятилетия ополченцы и специальные отряды нищих занимались тем, что вычищали оттуда весь этот шлак. Благодаря чистке в городе начались эпидемии. В итоге, промучившись полвека с жуткой постройкой, уже после смерти Гумберта, было принято решение запечатать канализацию. На дверях главного слива установили решетку и повесили замок, после чего о зловонной яме все забыли, заменив ее привычными для городов отхожими канавами.

Подобных сооружений в их мире было немного. В основном канализации проводили под городами-гигантами, такими как Старград — столицей их славного королевства, и не менее известным городом ученых — Лараном, расположенном на юго-восточном побережье Дунлага. Подземные коридоры умудрялись строить даже в пустыне. Города владычества алмеров, такие как Доран Тар, Колпос и Асматур также славились сложной системой подземных тоннелей. О столице Велинкронской империи Аксаколе и вовсе говорить не приходилось. Там канализация появилась тысячу лет назад.

Сейчас о зловонном лабиринте под Готфордом помнили лишь губернатор и несколько богачей из верхнего предела, у которых под холмом была собственная крошечная канализация. Остальные люди смутно представляли, что находится у них под ногами, даже когда видели на мостовых забитые мусором сливные отверстия. Гримбальд в глубине души даже был немного горд, когда прогуливался по древним тоннелям, ведь другим людям на острове путь сюда был закрыт.

Прошло еще несколько часов, которые он провел возле стеллажа с артефактами, прежде чем наконец вернулась Кассия. Взяв ее под руку, он проследовал с ней в Зал советов, где служанки накрывали стол. По дороге Гримбальд заметил, что воров в поддворье заметно поубавилось. Кассия пояснила, что это связано с близящимся рейдом на Рыбий остров. Опасаясь, что среди людей могут быть шпионы Ходда, способные проследить за лодками, она отпустила большую часть из них в город. Гримбальд разделял опасения подруги, не разумея только, почему шпионов не могло быть среди головорезов, которых она набрала себе в помощь.

За столом в зале уже сидели Браго и Арманд. Рядом еще трое воров. Там же поминутно появлялась прислуга с подносами. Люди о чем-то оживленно переговаривались, игнорируя присутствие госпожи. Один только пожилой бородач с изможденным лицом поприветствовал Кассию кивком. Усевшись на трон во главе стола, девушка поманила Гримбальда к себе, указав на пустующее кресло справа, где обычно сидел Арманд. Златовласый вор, поймав его нерешительный взор, утвердительно кивнул, и Гримбальд смело занял его место.

— Это не пир и не праздничный ужин, — объявила Кассия, жестом приглашая соратников к столу. — Можете начинать. Остальные подойдут, когда захотят.

Воры с радостью набросились на еду. За столом их было пятеро. Вскоре пришли еще двое в серебристых кольчатых рубашках и уселись напротив, принявшись кромсать ножами баранину. Служанки прибежали вновь. Одна поставила подле Арманда мясное блюдо, другая обслужила Браго. Гримбальд проследил за тем, как манерный вор, больше похожий на дворянина, подцепляет кинжалом ломоть баранины и аккуратно шинкует его у себя на тарелке. Негодяй со шрамом схватил свой кусок рукой, после чего шепнул Арманду что-то на ухо, одновременно указав на задницу служанки. Засмеялись при этом оба.

Среди воров Гримбальд чувствовал себя не в своей тарелке, да и Кассия в их присутствии менялась. Жизнь в канализации сказывалась не только на ее коже, но и на характере. Кэрк был прав, когда говорил, что живущий обманом человек лишен положительных качеств, а дружба с ним превращается в подобие деловых отношений. Все здесь были такими. Только в Кассии старый ворчун ошибался. Хорошо, что папа не знал, кем на самом деле была его подруга, которую во время визитов в лагерь охотников он выдавал за дочь ювелира.

— Эй, мальчик, — послышался низкий голос, — ты считать умеешь?

Гримбальд повернулся, пытаясь понять, что это было: угроза, вопрос или замечание. Справа от него сидел тот самый бородатый вор, единственный приветствовавший госпожу. На старике был коричневый джеркин с золотыми пуговицами и малиновые штаны, расшитые желтыми нитями по бокам. Белая борода коротко подстрижена. На крючковатые пальцы нанизаны перстни.

— Тебя ведь Гримбальд зовут? — осведомился старый вор, больше похожий на богача из верхнего предела.

Гримбальд кивнул, нервно барабаня перстами по столешнице. Этого белобородого он видел впервые. Судя по изможденному лицу и бледной коже, старик, как и его подруга, редко покидал канализацию.

— Так ты обучен счету?

— Да. Отец научил меня считать до ста, — ответил он, не понимая, зачем это знать незнакомцу.

— Терёк наш лучший счетовод и единственный казначей, — подсказала Кассия, бережно взяв его за руку. — Не волнуйся, он всех об этом спрашивает. Думает, только образованный человек способен решать проблемы.