ЖАНРЫ

Грамматические вольности современной поэзии, 1950-2020
Шрифт:
Вином кокетливым распахивая грудья начинал Весну. Была опасна поступь.Заметней тень и говорливей роспись,когда явился долгожданный призраки Сон застыл, тяжел, гремуч, как ртуть… Петр Чейгин. «Природное явление Любовь…» / «Сольфеджио» 39 ; Яблоку некуда падать,яблоко стоя заснуло,в яблоке том червячок,в белой пушистой пижамке,в яблоке домик прекрасный,солнышко алое светит,некуда, некуда падать,стоя заснуло, устало. Давид Паташинский. «Яблоку некуда падать…» 40 ;

39

Чейгин 2007-а: 85.

40

Паташинский 2013: 29.

Тихий из стены выходит Эдип,с озарённой арены он смотрит ввысь,как плывёт по небу вещунья-сфинкс,смертный пот его еще не прошиб.Будущий из стены выходит царь,чище плоти яблока его мозг,как зерно проросший, ещё не промозглмир, – перстами его нашарь. Владимир Гандельсман. «Тихий из стены выходит Эдип…» 41 .

41

Гандельсман 2015: 108.

У Петра Чейгина потенциальная адъективность формы прошедшего времени застыл проявляется и активизируется в перечислительном ряду с полноценными прилагательными. Подобие поддерживается и совпадением конечного согласного звука в словах застыл и тяжел, у Давида Паташинского форма устало проявляет себя как возможное наречие образа действия в параллелизме с деепричастием стоя.

В тексте Владимира Гандельсмана адъективность формы промозгл поддерживается употребительным полным прилагательным промозглый, а от глагола промозгнуть в норме образуются малоупотребительные формы промозг и промозгнул. Суффикс бывшего перфективного причастия -л после согласных, например в таких словах, как мог, промок, пёк, свойствен древнерусскому языку (моглъ, промоклъ, пеклъ).

Поскольку глаголы прошедшего времени могут довольно легко становиться прилагательными, а прилагательные существительными, возможна и непосредственная субстантивация глаголов, как, например, у Сергея Петрова, Иосифа Бродского, Александра Левина 42 :

Не я, не ты, не он, а просто было,как вдоль судьбы шагающее быдло.Хоть бы брылы развесившее рыло!Нет, просто было, и оно обрыдло.Давно уже ушли до ветру жданки,все данные собрали да и в печь!И Было вонькое хоронят по гражданке,И Былу не дадут подонки в землю лечь. И поют подонки, голосочки тонки, Семки, Тоньки, Фомки, милые потомки: Ходи изба, ходи печь! Былу нету места лечь. (А следовательно, требуется сжечь, и вместе с рукописями!)В гробу везут чудовищное Было,помнившееся над единым и одним.И чья-то речь стучит-бубнит над ним,как будто сей звонарь колотит в било. Сергей Петров. «Надгробное самословие. Фуга» 43 ;

42

Другие примеры, в частности, из поэзии Иосифа Бродского, Анатолия Наймана, Виктора Кривулина см: Зубова 2000: 251–253.

43

Петров 2008-б: 379.

«И он ему сказал»<…>«Один сказал другой сказал струит»<…>«И он сказал». «Но раз сказал – предмет,то так же относиться должно к он’у».<…>«Где? В он-ему-сказал’е или в он’е».<…>«Лишь в промежутках он-ему-сказал’а».<…>сказал’ом, наподобие инцеста».<…>И Он Сказал носился между туч<…>«О как из существительных глаголет!» Иосиф Бродский «Горбунов и Горчаков» 44 ;

44

Бродский 1992-б: 127.

Больше жизни и ярче брызниполюбил твоих серых глазутолил твоих тёплых устутонул лебединого телащекотал непослушных ресницпробежал незаметных часовшелестел заоконной листвытише мыши и выше крышиулетел моей головы Александр Левин. «Больше жизни и ярче брызни…» 45 .

45

Левин 2001: 75.

В следующем тексте слово было может быть понято и как глагол, и как краткое прилагательное, и как существительное:

человеческое телоне расходится как мылов напомаженной водеоно никогда не бывает былооно всегда сейчас и где Мария Степанова. «человеческое тело…» / «Война зверей и животных» 46 .

А в тексте Николая Голя слово были как существительное и как глагол вполне могут меняться местами в восприятии читателя:

46

Степанова 2017: 400.

Высокое искусство романтизмане жаловало низменных примет.Какие были, черт возьми их, были!Какой вскипал и разгорался пыл!…Все знают – обокрали и побили.Романтик говорит, что – прокутил. Николай Голь. «Романтизм» 47 .

Синкретичное имя как результат обратного словообразования

47

Голь 1994: 10.

Многие поэты извлекают синкретическое имя или непосредственно существительное из совокупности современного прилагательного и древнего имени, застывшего в идиомах, наречиях, безличных предикативах. В стихах появляются разные падежные формы существительных пусто (<- попусту), поздно (<- допоздна), светло и светла (<- засветло), темно (<- затемно), давно (<- издавна), сухо (<- досуха, насухо, посуху) и т. п.:

Всё – блажь ночей, причуда их, загадка.До слабого рассветного позднатворится, при мерцании огарка,печальное признание письма. Белла Ахмадулина. «Глубокий обморок» 48 ; подарю тебе солнце и звездыи старый сундукгде хранится прекрасное поздно и золотое вдруг Давид Паташинский. «мое дорогое» 49 ;

48

Ахмадулина 2012: 474.

49

Паташинский 2008-б: 45.

Заветный дом – светло замроженоОт крыши тень – крылом. Стучу в светлоперепелом – там ждут меня давно —Ноэтоневозметоневозмо!..................На дверь и стены зырит как в трюмо —и там – я сам – портрет и натюрмо Генрих Сапгир. «Бутырская тюрьма в мороз» / «Генрих Буфарёв. Терцихи» 50 ; Бумага стерпит и не то. Позор забудется под утро.Заснет, согнувшись у стола, печальный кукольник забав.Сложилось в землю шапито. Луна, забытая, как кукла,плеснет хрустального светла, дорогу солнцу угадав. Давид Паташинский. «Бумага стерпит, люди – нет. Еды осталось на неделю…» 51 ;

50

Сапгир 2008: 280.

51

Паташинский 2008-а: 344.

Поделиться с друзьями: