Чтение онлайн

Внешний мир был еще мало известен, многие явления природы, даже обыкновенные, считались чудесами и вызывали суеверный страх. Международные отношения были мало развиты, географические познания ограничивались ближайшими странами, о более же отдаленных носились баснословные слухи, которые принимались на веру. Мореплавание и кораблестроение стояли на низкой ступени развития; на небольших кораблях своих, приводимых в движение большею частью веслами, а не парусами, греки не рисковали пускаться в открытое море, старались держаться берега и потому смело плавали только в Эгейском море, усеянном множеством островов, хотя иногда ветром бывали заносимы и в более отдаленные страны. Торговля (меновая) была в то время в руках почти одних финикиян, которые привозили грекам различные украшения и драгоценности: ткани, золото, электр (сплав из 4 частей золота и 1 части серебра), слоновую кость и пр., а взамен получали кожи, шерсть, рабов. Часто они из купцов делались разбойниками и грабили берега стран, к которым приставали.

Грамотность в героические времена если и была известна, то не была еще широко распространена [9] . Однако эпическая поэзия достигла уже высокой степени совершенства, чему доказательством служат самые произведения, приписываемые Гомеру, и упоминаемые в «Одиссее» с высоким уважением певцы Фемий и Демодок. Музыка и поэзия играли важную роль в жизни греков и услаждали их сердца на пирах и празднествах. Архитектура и скульптура уже достигли некоторой степени развития: поэт говорит о городах, окруженных стенами с башнями и воротами, о храмах и царских дворцах, двухэтажных со многими комнатами (например, у Одиссея); но эти постройки отличались скорее массивностью размеров, нежели изяществом. Царские дворцы украшались искусно исполненными, по словам поэта, художественными произведениями: перед дворцом Алкиноя стояли золотая и серебряная собаки, в самом дворце золотые юноши держали факелы (Од. VII, 91 cл.). Щит Ахилла, подробно описанный в XVIII песне «Илиады», поражает искусством и тонкостью работы.

В последние десятилетия XIX в. (с 1871 г.) известный исследователь доисторических древностей Эллады Генрих Шлиман произвел весьма удачные раскопки в деревне Гиссарлыке, на предполагаемом месте древней Трои, затем в Микенах, Тиринфе и беотийском Орхомене. При этих раскопках найдены остатки дворцов доисторической эпохи, фундаменты и части стен которых достаточно хорошо сохранились для того, чтобы составить ясное понятие об их внутреннем расположении. Дворцы эти обыкновенно расположены на холмах и окружены так называемыми циклопическими стенами, сложенными из громадных камней. У подножия холмов раскопками обнаружены слабые следы самих городов. Найдены также усыпальницы трех различных типов, соответствующих, по-видимому, разным эпохам. Древнейшая царская усыпальница Микен, находящаяся у подошвы акрополя и обведенная общею с ним стеной, состоит из ряда обычных выкопанных в земле (так называемых шахтовых) могил, в каждой из которых найдено по нескольку скелетов со множеством золотых и серебряных вещей: диадем, прикреплявшихся к одежде бляшек, сосудов и т. п. Найденное в могилах оружие, как и у Гомера, медное (железа не оказалось). Над могилами стояли плиты с весьма грубыми изображениями воинов на колесницах. Более поздней эпохе принадлежат усыпальницы нижнего города, между которыми различаются два типа: купольные гробницы, принадлежавшие знатным родам, и пещерные, вырубленные в скалах. Последние расположены в Микенах группами, теснящимися вокруг одной или нескольких купольных гробниц, и принадлежат, очевидно, простым гражданам. Таких групп несколько, и они обозначают, вероятно, границы ком, из которых, подобно Спарте, состояли Микены. В этих гробницах найдены кольца и тому подобные мелкие предметы из железа, которое было еще драгоценным металлом (как и в Од. I, 184). Кроме Микен, купольные гробницы встречаются и в других местах Греции (Аттике, Беотии, Лаконике, Фессалии). Их истинное назначение в исторические времена было забыто, и они считались «сокровищницами» легендарных царей. По материалу, форме и украшениям предметов, найденных при раскопках этих дворцов и могил, можно судить о степени материального благосостояния, об уровне технических познаний, о религиозных верованиях и обрядах общества, которому они принадлежали. Различные признаки, как, например, находка в этих могилах египетских предметов с именами известных царей, заставляют относить эпоху этой «микенской» культуры к XIV–XII вв. до Р. X. С другой стороны, эти же предметы являются наглядными иллюстрациями описаний дворцов и утвари в гораздо более поздних гомеровских поэмах и имеют огромное значение для ознакомления с бытом описываемого в них общества. Это видимое противоречие ученые объясняют тем, что основные песни, из которых сложились гомеровские поэмы, по происхождению своему современны микенской культуре и долго передавались, подобно нашим былинам, устно, почти не изменяясь, прежде чем войти в эти поэмы.

Вскоре после Троянской войны (которую показания некоторых древних писателей относят к 1194–1184 гг. до Р. X.) Греция подверглась переворотам, вследствие которых существенно изменилось распределение ее населения и основаны были многие новые города и государства, которые за немногими исключениями продолжали существовать до конца греческой истории. Сведения наши об этих временах очень скудны и неясны, за отсутствием достоверных источников.

Ранее других племен, именно через 50 лет после Троянской войны, пришло в движение племя фессалийцев, жившее до тех пор в Феспротии (в Эпире), и переселилось в страну, названную по его имени Фессалией. Новые переселенцы частью вытеснили, частью покорили и обратили в своих крепостных туземное, преимущественно эолийское, население. Вытесненные из Фессалии беотийцы и дорийцы поселились в средней Греции. Но передвижение племен не остановилось на этом. Значительная часть дорийцев, к которым присоединились частью и этолийцы, двинулась в Пелопоннес, населенный ахейцами, и мало-помалу завоевала большую часть его, вытеснив ахейцев на север полуострова или покорив его. В предании покорение Пелопоннеса дорийцами представляется делом одного похода (1104 г.), предпринятого под начальством потомков героя Геракла, желавших возвратить себе наследие знаменитого предка (они были изгнаны из Арголиды Эврисфеем, двоюродным братом Геракла, и нашли себе убежище в Дориде). Вследствие нашествия ахейцев на север Пелопоннеса, жившие там ионийцы переселились в Аттику. Вскоре затем части племен из различных стран Эллады выселились и основали колонии в Малой Азии и на островах Эгейского моря. Во время этих неурядиц и переворотов в период от 1100 до 800 г. в большинстве эллинских государств царская власть была уничтожена и заменена республиканским образом правления.

О быте этих времен мы находим у Гесиода (в «Трудах и днях») довольно много сведений, но они по полноте никак не могут идти в сравнение с картинами быта героического периода, какие рисует Гомер в «Илиаде» и «Одиссее».

Около IX века перевороты и передвижения племен прекратились и с тех пор все области не переменяли уже своих жителей во все историческое время Греции. В Фессалии жили фессалийцы и в соседстве с ними мелкие племена перребов, долопов, энианов, малийцев и др. В средней Греции и на близлежащих островах распространились племена эолийское и ионийское; именно эолийцы жили в Беотии, на части Эвбеи, на некоторых островах (Лесбос и др.) и по берегу Мисии; ионийцы занимали Аттику, большую часть Эвбеи, Киклады, берега Лидии и близкие к ним острова. Большая часть Пелопоннеса, Дорида, Мегарида, берег Карии, о. Крит и несколько других островов были заселены дорийцами. Северный берег Пелопоннеса занимали ахейцы; в Элиде, Аркадии, Этолии и Акарнании население составилось из остатков эолийцев и ахейцев, смешавшихся с пеласгами и другими доэллинскими племенами.

Вновь образовавшиеся вследствие переворотов и передвижений мелкие независимые государства и города по причине различия естественных условий, в которых им приходилось жить, развивались весьма различно и никогда не соединялись в одно большое государственное тело. Вследствие врожденного эллинам стремления к обособленности и самой природы страны каждая, даже самая незначительная, община стремилась организоваться в самостоятельное целое, и грек называл своим отечеством только свое маленькое государство и хотел оставаться гражданином лишь своего родного города. Однако, несмотря на эту раздробленность, на разнообразие местных устройств и расселение на большом пространстве по колониям, греки уже стали сознавать свое национальное единство и называли себя в противоположность всем иноязычным народам, которых они называли . Это сознание основывалось на единстве религии и языка, на сходстве основных черт характера, на общности исторических воспоминаний, и с особенною силою поддерживалось общими религиозными учреждениями, к числу которых принадлежат оракулы (в особенности дельфийский) и общественные игры, а также амфиктионии, сближавшие соседние племена посредством общности религиозных интересов.

Дорийцы и ионийцы. После переселений господствующая роль в Пелопоннесе перешла к дорийцам, тогда как в остальных странах преобладающее значение получили ионийцы. У обоих племен уже в это время сложился определенный племенной характер, выражавшийся во всех проявлениях их духовной жизни. У дорийцев замечается жесткость нравов, господство аристократии и консерватизм, тогда как ионийцы обнаруживают более мягкий характер, стремление к новизне, в разносторонней деятельности и свободному развитию при господстве народного правления, которое в ионийских государствах обыкновенно скоро вытесняло аристократию. Самое наречие, на котором говорили ионийцы, отличается от дорического большею мягкостью и гибкостью, полнотою и разнообразием форм. Дорийский архитектурный стиль характеризуется прочностью, благородной простотой и гармоническим сочетанием частей, а ионийский – светлою грациозностью и большим разнообразием украшений. Дорийской музыке приписывается серьезность, достоинство и способность успокаивать страсти и внушать мужество, в противоположность мягкости и легкости ионийской музыки. В дорийской поэзии преобладает некоторое практическое направление, между тем как ионийское племя воплощало в поэтических образах высшие общие идеи. Одним словом, во всех проявлениях жизни замечается различие между этими двумя племенами, главными представителями которых были лакедемоняне и афиняне.

Уже в гомеровской «Одиссее» можно заметить некоторые признаки упадка монархической формы правления и постепенного возвышения значения благородных людей (, ), окружавших царя в качестве его советников [10] . С течением времени царская власть подверглась со стороны знати существенным ограничениям и затем, в IX и VIII вв. до Р. X., в огромном большинстве греческих государств окончательно уступила свое место правлению благородных . Причины упадка царской власти коренились отчасти в разноплеменности населения государств, явившейся следствием вышеуказанных переворотов и переселений и способствовавшей упадку авторитета тех понятий, на которых был основан строй общества в предшествовавшую эпоху, отчасти в отсутствии надобности в сильной единоличной власти с наступлением сравнительно мирного времени, наконец, в вырождении самих царских династий, раздорах между их членами и т. п. В большинстве случаев переход правления в руки благородных происходил мирным путем, без насильственных посягательств против царской власти, посредством постепенных, более или менее существенных, ее ограничений, как, например, требование, чтобы царь все важнейшие государственные дела предлагал на обсуждение состоявшего при нем совета благородных, далее отмена наследственности царской власти и замена ее свободным выбором из среды членов царского рода или из всех благородных, ограничение царской власти определенным сроком (так в Афинах после отмены пожизненности царской власти стали избираться архонты, называвшиеся также и царями, по одному на 10 лет), наконец, отнятие у царей всех важнейших функций их власти и низведение их до степени обыкновенных должностных лиц, причем иногда назначалось даже по нескольку «царей» одновременно и они составляли простые должностные коллегии (например, в Элиде).

Результатом постепенного ослабления и окончательного устранения царской власти был переход высшей государственной власти в руки благородного сословия (, ). Нередко при этом власть сосредоточивалась, прежде всего, в руках аристократии, происходившей от разветвления царского рода. Так, Бакхиады в Коринфе около 747 г. отменили царскую власть, бывшую до тех пор наследственною в главной линии их рода, и стали избирать из среды всех членов рода одного ежегодно сменявшегося притана . Они образовали строго замкнутую олигархию и заключали браки только в своей среде. Из других аристократов царского происхождения известны Кодриды в Афинах, Пенфилиды в Митилене, Басилиды в Эфесе и Эрифрах, Алевады в Лариссе.

Главною основою богатства родовой знати первоначально были крупные поместья и многочисленные стада (поэтому в некоторых государствах, как, например, в Сиракузах и на о. Самосе, привилегированные роды, стоявшие во главе правления, назывались µ или µ, т. е. землевладельцами). На войне благородные сражались первоначально на колесницах, а затем, когда последние вышли из употребления, выступали в поход верхом на конях. В древние времена лошади в Греции были редки и дороги, и держать их могли только богатые люди, да и то лишь в тех странах, где физические условия допускали существование коневодства. Поэтому конница, составленная из богатых и знатных людей, являлась лучшею частью войска, и в некоторых государствах, как например, в Фессалии, Халкиде, Эретрии и некоторых малоазийских колониях всадники (, ) составляли привилегированное сословие, державшее в своих руках все государственное управление. Между тем развитие мореплавания и колонизации и связанный с ним прогресс торговли и промышленности повлекли за собой значительное изменение общественных отношений. Явилось значительное число граждан, которые, не отличаясь благородством происхождения, обладали большими богатствами, приобретенными торговлею и промышленностью, и примыкали к господствующему сословию путем брачных союзов и пр. Постепенно сглаживалось различие между богатыми и знатными людьми, так что господствующее сословие стало называться просто «богачами» , «зажиточными» (, µ) или «жирными» . Таким образом, вместо правления родовой знати явилось устройство, в котором большинство беднейших и простых граждан было отстранено от участия в управлении и вся государственная власть была сосредоточена в руках привилегированного меньшинства знатных и богатых людей. Это было «господство немногих», .

Аристотель [11] различает четыре ступени олигархии от самой умеренной до самой крайней. Самая умеренная форма ставила участие в государственном управлении в зависимости только от имущественного ценза и таким образом, отстраняя от этого участия беднейших граждан, в то же время позволяла всякому, кто приобретал имущество определенной стоимости, делаться членом правящего сословия. Такой вид представляло, например, по Аристотелю (Аф. пол., IV), Драконтовское устройство, равно как устройство, введенное в Афинах в 411 г. после низвержения 400, предоставлявшие участие в государственной власти всем гражданам, которые могли на свой счет доставлять себе полное вооружение. – Следующая форма олигархии предоставляла государственное управление в руки определенного числа богатых граждан, причем на место каждого выбывшего члена корпорации выбирался новый из числа лиц, владевших соответственным имуществом. Из среды этой же корпорации избирались должностные лица, правившие государством по существующим законам. Таковы были, например, правления тысячи, встречающиеся в Киме, Колофоне, Опунте, Кротоне, Локрах и Регии. – Третьей формой олигархии Аристотель называет такую, при которой только главы известного числа знатнейших родов принимали пожизненное участие в государственном управлении и после смерти замещались старшими сыновьями. Таким образом, только одна часть лиц, принадлежавших к господствующему сословию, имела в руках государственную власть и, стало быть, являлась как бы олигархией в олигархии. Так было, например, в Элиде, где лишь немногие из членов господствующего сословия попадали в правительствующий совет, состоявший из 90 пожизненных членов. – Наконец, крайнею формой олигархии была так называемая , являвшаяся тогда, когда очень немногие лица, обладавшие большими богатствами и тесно связанные между собой общностью интересов, достигали такого могущества в государстве, что могли править не по законам, а по своему произволу. Такая форма правления существовала, например, в Фивах во времена Греко-персидских войн (Фук. III, 62), в Фессалии во время Пелопоннесской войны (Фук. IV, 78).