Чтение онлайн

— Убивай!!! — приказал я ему. — Убьёшь троих — подогрею Ци!!!

Квадробер сразу же взбодрился. Каждая крупица Ци, пусть даже заработанная тяжким трудом, увеличивает его вес в радиоэфире или где он там обитает — отчасти это влияет на его боевые качества, но слабо.

Рублю ноги коням, попутно добивая валящихся всадников. Если всадники поймут, что дело — труба, то свалят на исходные. И тогда всё решится в жестоком ближнем бою штык на штык. А там мы побарахтаемся…

Меньше чем за минуту вывожу из строя около тридцати лошадей, а с их всадниками разбираются пехотинцы, которым совсем не трудно кольнуть в лежащего человека.

«Конину тут не очень любят», — мимолётно подумалось мне. — «Но будет что жрать солдатам после боя — если мы победим. А мы победим, блядь!!!»

Мчу к следующему прорыву, чтобы захуярить ещё больше кавалеристов, но тут раздаётся четырёхкратный визг вражеского рога — это значит отступление для кавалерии.

Сигналы тут одинаковые, ведь в Поднебесной почти каждая война — гражданская и братоубийственная, но у каждой армии уникальный звук.

У армии вана Цзоу рог протяжный, низкий, будто мычание племенного быка.

У армии вана Чжэна рог визгливый, высокий, отдалённо похожий на визг вепря.

«Кабан быку не товарищ», — подумал я.

Вражеские всадники сразу же начали отступление. Раненые остались, но ненадолго, так как их быстро добили солдаты вана Цзоу, сразу после этого вернувшиеся в строй.

Значит, всё идёт по нетипичному сценарию.

Будет мясорубка без ратной славы и шанса на выживание — солдаты сойдутся в смертельной схватке в ближнем бою.

Перестрелка продолжилась, причём первый залп армии вана Цзоу пришёлся в спины отступающим всадникам. Эти уёбки заслужили…

Встаю в строй и выставляю перед собой щит.

— Вы, двое! — позвал я ближайших солдат. — Становитесь за мой щит и подавайте мне свои ружья! Батя в здании и он будет стрелять!

— Держи, брат… — передал мне заряженное ружьё один из солдат.

— Только не бросай нас, пожалуйста… — попросил второй, сидя за моим щитом и сжимая своё ружьё побелевшими пальцами.

Сближаться больше нет смысла, расстояние меньше тридцати метров, поэтому скоро мы сойдёмся, когда кому-то покажется, что противник выигрывает в перестрелке.

Успеваю сделать четыре выстрела, прежде чем вражеский командир дал команду на ближний бой. Вот сука!

Возвращаю ружьё неизвестному мне солдату и вытаскиваю из ножен княжий меч. Один взгляд назад: солдат сжимает своё ружьё — дрожащие, белые губы, надежда в глазах.

— Вперёд!!! — с яростью выкрикнул я. — Выпустите им кишки!!!

*39 день юся, провинция Тея, в полях, полевой лагерь*

— М-м-м, блядь… — процедил я сквозь зубы.

Лекарь вытащил из моего левого бедра смятую пулю.

— Она будто в стену врезалась, — равнодушным тоном констатировал он.

— Клянусь, так всё и было… — усмехнулся я, превозмогая боль.

— Мы многое не знаем о юся, — слабо улыбнулся лекарь. — Кто-то бы умер от такой раны.

— Кто-то, — кивнул я. — Больше во мне пуль нет?

— Насколько я вижу, — развёл окровавленными руками лекарь.

— Тогда иди и помоги остальным — я сам зашьюсь, — сказал я ему.

Городской лекарь, Цинь Ливей, учтиво поклонился и покинул палатку.

— Блядь, как больно!!! — выкрикнул я, дождавшись, когда он уйдёт.

Я поймал семь пуль! Семь!

Со звучным «чпок» откупориваю целебный эликсир, сваренный по авторскому рецепту Доры, и выпиваю его залпом. Нужно восстанавливаться как можно скорее.

«Как обычно говорят матери-одиночки при простуде: мне некогда болеть», — подумал я.

Морщусь от охуительных ощущений, возникающих всякий раз, когда сводишь края раны вместе.

Похоже, что для зашивания таких как я обычные иглы уже не годятся, поэтому приходится предварительно прокалывать плоть портняжным шилом. Это пиздец какой неожиданный побочный эффект от высокой прочности кожи.

Причём раньше такого не требовалось…

Я постарался сфокусироваться, чтобы оценить концентрацию Ци в мышцах руки, но ничего не получилось — слишком больно и слишком не в порядке голова. Адреналин плещется в крови, приходится сдерживать себя, чтобы сидеть спокойно, но это всё скоро пройдёт.

Битва закончилась меньше получаса назад.

Я не знаю, скольких убил, но минимум несколько сотен человек. Они пытались колоть меня штыками, стреляли по мне, отчаянно цеплялись за жизнь, но всё тщетно. Когда против тебя, простого солдата, выступает юся, ружьё — это недостаточно веский аргумент.

Мы победили, но победа, судя по всему, далась армии вана слишком большой ценой. Потери ещё подсчитают, на это уйдёт несколько дней, но даже беглого взгляда на поле достаточно, чтобы увидеть многие тысячи трупов. Так бывает, когда люди расстреливают друг друга в упор, а затем сходятся в безумной схватке штык на штык…

«Надо пампить ещё сильнее», — сделал я вывод. — «На нынешнем уровне развития я не смогу спасти Поднебесную. Сегодня у врага было недостаточно солдат, но в будущем их будет больше».

А ещё я не встретил на поле боя ни одного кровососа. Либо их мало, во что я вообще не верю, либо они не посчитали нужным задействовать их. Второе — это пиздец как вероятно.

— Великий герой, — заглянул в палатку какой-то сотник. — Достопочтенный ван Цзоу Реншу зовёт вас к себе.

— Скажи этому достопочтенному, что я сейчас зашиваюсь — это займёт время, — ответил я и указал на выход. — Убывай!

*41 день юся, провинция Тея, региональная столица Наньхэ, дворец вана*

— Итак, поясняю, — сел я за стол перед ваном-куколдом. — Наши потери — девять тысяч шестьсот с лишним человек. Кого-то рвало на куски ядрами, поэтому точный подсчёт невозможен — плюс-минус двадцать человек.

— Это нормальные потери, — произнёс Реншу. — В прошлой войне мы потеряли больше сорока тысяч солдат в трёх сражениях, в двух из которых победили.

— Это не нормальные потери, — не согласился я с ним. — Нет, в той ситуации — нормальные, а сейчас — неа. Ещё три-четыре таких битвы и всё, у тебя закончится армия. А без армии — сам знаешь, что будет.