Чтение онлайн

Утром на село Ивановское обрушились удары немецкой авиации, сразу же за этим последовал артиллерийский и минометный налет. Еще ветер не разнес запах пороховой гари и тола от разорвавшихся бомб и снарядов, как в поле появилась вражеская пехота в сопровождении нескольких танков.

Под руками у Катукова оставался лишь комендантский взвод и ремонтники, впереди на позициях находились минометная рота и неполный дивизион реактивной артиллерии. Действовать надо было быстро и решительно.

Комбриг отдал распоряжение комиссару Бойко ставить всех в ружье, сам отправился на чердак дома, в котором находился штаб, чтобы руководить боем. С чердака хорошо просматривалось поле, даже невооруженным глазом видно было, как по нему шли танки и цепи фашистских автоматчиков. Складывалось скверное положение. С селом Михайловским, где расположился мотострелковый батальон капитана Голубева, не было связи. Видимо, гитлеровцы перехватили все дороги. Как назло не работала и радиостанция зенитной батареи, находящейся в подчинении комбата. Бывает же такое — в один момент штаб лишился связи со своими войсками! Катуков написал записку начальнику штаба Кульвинскому и передал ее связному. В ней говорилось:

Психическая атака немцев на село Ивановское была отбита. С чердака комбриг подавал команды экипажу танка Т-60, стоявшему в ремонте, но с исправной пушкой:

— Цель!.. Осколочный!..

Но главную роль в ликвидации немецкого прорыва сыграла реактивная артиллерия. Залп «катюш», словно косой, положил цепи наступающих фашистов. Пришел в себя после бомбардировки и батальон капитана Голубева. Мотострелки отбивались всей мощью огня — зенитными и противотанковыми пушками, отстреливались из пулеметов и винтовок.

Вскоре был разгромлен и тимковский гарнизон немцев. Захватив село Тимково, группа Катукова вплотную подошла к Лудиной Горе. Бой был тяжелый. Рота старшего лейтенанта Александра Бурды вела за собой пехотинцев 40-й бригады. Глубокий снег сдерживал продвижение, не позволяя маневрировать танками по фронту. Под шквальным огнем пехотинцы несколько раз ложились в снег, поднимались и снова бросались в атаку. Оперативная сводка тех дней сообщала: «Группа Катукова с 1162-м и 1160-м стрелковыми полками к 1.50 31.12 передовым подразделением с танками ворвалась в Тимково и ведет напряженный бой в центре населенного пункта. Нашими танками взорван тимковский склад боеприпасов. Бой идет с нарастающей силой. Противник оказывает сильное сопротивление с каждого дома населенного пункта» [68] .

Дорогую цену пришлось заплатить за отвоеванные у врага населенные пункты. Понесли большие потери пехотинцы, выбыли из строя экипажи танков лейтенанта Семенова и сержанта Молчанова. Оба командира погибли. Петр Молчанов только что вернулся из госпиталя и попросил разрешения участвовать в этом бою. Чуть более двух месяцев воевал отважный танкист, придя в бригаду еще под Сталинградом в период ее формирования. За это время он подбил более десятка немецких танков и артиллерийских орудий, подавил немало пулеметных гнезд.

Молчанова предали земле в селе Ивановском под троекратный салют из стрелкового оружия. На его могилу положили танковую гусеницу, как напоминание живущим, что здесь похоронен танкист.

Еще раньше под деревней Горюны, у Волоколамского шоссе, бригада похоронила отважного танкиста старшего лейтенанта Дмитрия Лавриненко. Двадцать восемь боев было на его счету, 52 уничтоженных фашистских танка. Такого счета за всю войну ни у кого другого не было. Свой последний танк он подбил за час до смерти.

Одна из фронтовых газет тогда писала: «… снова и снова отличался в бою Дмитрий Лавриненко. Теперь он возглавлял группу танков, действовавших в передовом отряде бригады. Ему присвоили звание старшего лейтенанта, и он был неоднократно награжден. Еще бы, Лавриненко уничтожил десятки гитлеровских танков! И вдруг телеграмма: „В бою на Волоколамском направлении убит гвардии старший лейтенант Дмитрий Лавриненко“. В этом последнем бою, в бою за селение Искровское, Лавриненко уничтожил пятьдесят второй по счету гитлеровский танк…» [69]

Несколько позже война унесла еще одного героя-первогвардейца, о котором тоже нельзя не вспомнить, — Ивана Любушкина. Его имя как-то выпало из многих книг о ветеранах 1-й гвардейской танковой бригады в послевоенное время. Это связано, видимо, с тем, что танкист после ранения оказался в другой части. Было и такое. Лишь в небольшой брошюре, выпущенной советом ветеранов к 50-летию бригады, есть коротенькая запись: «Герой Советского Союза, гвардии ст. сержант Иван Любушкин, гордость 1-й гв. т. бригады. Ему одному из первых в бригаде присвоено звание Героя. Он пал в бою под Ливидами, доблестно провоевав два полных года. Катуков» [70] .

Война войной, а Новый год и на фронте праздник. Взяв Тимково, танкисты, все, кто был свободен от службы, собрались в здании ветеринарного техникума в селе Ивановском. Пришли экипажи, оставшиеся без машин, легкораненые. Вечер выдался поистине праздничный. В бригаду приехали гости из Москвы — поэт Сергей Алымов и исполнительница народных песен Клавдия Иванова. Звучали стихи, песни. Выступали и свои самодеятельные артисты. Все присутствующие с большим вдохновением исполняли песню 1-й гвардейской бригады, написанную лейтенантом Фокиным, радистом Гурьевым и комиссаром танкового полка Комловым:

В начале января 1942 года 20-я армия возобновила прерванное наступление на двадцатикилометровом фронте.

Общее направление наступления — Шаховская. Снова вводились в бой танковые, стрелковые и кавалерийские силы.

1-я гвардейская танковая бригада продолжала наступление по ликвидации укреплений на Лудиной Горе. Комбриг Катуков требовал от разведки точной информации о противнике. Ведь на 5 января назначен штурм Лудиной Горы. На этот раз бригаде была придана артиллерийская группа во главе с майором Л. И. Кожуховым. Ей предстояло подавить огневые точки противника, чтобы обеспечить успешное продвижение танков и пехоты.

Перед атакой в Ивановское были вызваны командиры подразделений. Ставя задачу каждому из них, Катуков не скрывал трудностей, с которыми придется столкнуться: местность вокруг этой злополучной «Горы» находится под сильным перекрестным огнем, простреливается каждый квадрат. Действовать придется смело, решительно и напористо! В 4 часа 40 минут 5 января, как и было запланировано, заговорила артиллерия. Двадцать минут она била по Лудиной Горе, затем на гитлеровцев обрушился удар реактивных минометов.

Над Лудиной Горой стоял сплошной грохот снарядов и мин. Когда все стихло, в атаку устремились части 331-й стрелковой дивизии и все танки бригады, за исключением небольшого резерва, который Катуков всегда старался держать при себе. На крайний случай, как любил он выражаться.

Немецкое командование трезво оценило обстановку: удержать укрепленный район не удастся, можно оказаться в железном мешке. И последовал приказ на отвод войск. Осматривать укрепления на Лудиной Горе не было времени. И так было видно, что гарнизон поспешно покидал обжитые места, бросив артиллерию, минометы и грузовики.