Чтение онлайн

кружили в небе над равниной, даже они не посещали это место. Печаль с запахом ирисов

летела с Арены стонами степного ветра, который жаловался на то, что никто не приходит

сюда, и Род позабыл своих предков. Личная печать мастера сияла гербом By в верхнем углу,переливаясь силой. Фей-Фей сделала это - ей удалось.

– Ей удалось, - я крепко обняла Геба за плечи, - ей все-таки удалось.
– Прошлый раз во

втором искусстве первенство взяла Фейу, а сестра так и не смогла наполнить картину

силой. Это победа. Даже если были другие - это победа. Я почти чувствовала на языке вкус

степной пыли и луговых трав. Личная печать сработала идеально.

Судьи голосовали единогласно. Шесть огоньков один за другим вспыхнули сбоку картины

Фей-Фей и почти вся Арена потонула в овациях, многие кричали и задорно свистели. Я и Геб

присоединились к общему ликованию - Гебион свистел, сунув два пальца в рот, а я кричала,

аплодируя. Пусть теперь Старикан By попробует сказать, что факультет Искусств не для

Фей-Фей.

Люк вбежал на наш второй ярус, не запыхавшись, крутнул меня за талию, увлекая в

дальнюю часть ложи, подальше от любопытных глаз, и поставил купол тишины.

– Они сменили образы, - проговорил он быстро.
– Чтобы не было времени готовиться.

Вместо радости и печали, будет жизнь и смерть.

Вот ушлые хрычи. Но для меня это было не принципиально. Жизнь, смерть, печаль, радость,

счастье, я все равно планировала рисовать одно и то же. И потом просто разъяснить свою

логику.

– Если сможешь, продолжай военную тему, - продолжил он.
– Может быть хороший профит,

раз уж начала в таком ключе.

– Военщина?
– Передразнила я Садо.

– Военщина, - очень серьезно ответил Люк, развернув меня лицом к Арене.
– Смотри, Вайю,

тут больше половины из нынешней или бывшей военщины. Половина. И это не считая того,

что уже сегодня записи разлетятся по всем Пределам.

Я хмыкнула, представив, какой у меня был восхитительный вид. Будем надеяться, что это не

похоронит имидж дяди в Столице.

– Про марш уже спрашивали, - продолжил Люк торопливо, - они даже уже назвали твой

марш Гимном памяти. А теперь представь - наш шестнадцатый, легионы центрального,

южного и западного, во всех, будет звучать написанная тобой песня, - он взмахнул рукой

вверх.
– И каждый горнист, каждый барабанщик и каждый легионер будет знать, что это -

Блау. Это неплохо для наших проектов, - закончил Люк очень деловито, убрав лишний

пафос.

– Ты преувеличиваешь, Люци.

– Увидим, Вайю, увидим, - он щелкнул меня по носу, крутнул к себе и поправил и так

безупречную прическу. Нэнс ревниво покосилась на его манипуляции.
– Фейу не превзойти в

технике. Продолжай на контрасте, играй на том, что военные и не должны уметь рисовать...

– Я не собираюсь в Корпус, я собираюсь на целительский....

– Вайю, - Люк очень серьезно смотрел в глаза, - сейчас речь уже не идет о том, кто

выиграет. Сейчас речь о том, кто есть Блау. И Фейу, - добавил он.
– Если бы я не знал, что

Кастус не причем я бы решил, что это очередная из его схем, - закончил он совсем тихо.
–

Когда все складывается так хорошо, жди...

– ...бури.
– Закончила за него я. Жди бури, и мне казалось, что первые капли дождя уже

упали на землю, и эту грозу никто не в силах остановить.

Прозвучал гонг, объявляя закрытие второго искусства. Я и Геб отправились вниз, чтобы

поддержать Фей-Фей на награждении. Люк проводил меня молча, несколько раз

показательно приложив кулак к груди, напоминая про военную тему, а Нэнс буквально

рыдала, утирая слезы платочком, как будто действительно провожала меня и не чаяла

увидеть обратно.

***

Награды вручили быстро. То ли торопили перерыв, то ли в первый раз, разделяя единое

мнение относительно кандидатов. Сияющая Фей-Фей спустилась вниз со сцены в белой

мантии на плечах, сжимая заветное кольцо победителя и наградную ленту. Я слишком плохо

думала о Садо. Может быть он действительно горой стоит за искусство?

Распорядители после недолгих обсуждений объявили новые правила - рисовать мы будем

две картины подряд, без большого перерыва, иначе не хватит времени. Было видно, что и

судьи и распорядители уже устали, даже жизнерадостная мистрис Айрель немного

потускнела.

Прозвучал гонг, пропел горн, объявляя второй поединок.

– Дамы и господа, - толстяк в пурпурной мантии опять затянул свою песню, нудно

повторяя правила искусства живописи. Десять мгновений. Ровно столько отводилось на

одну картину, когда последняя песчинка упадет вниз, мы должны отложить кисти, и

представить свою работу судьям и широкой публике.

– Готова ко второму проигрышу, Блау?
– с царственным и высокомерным видом сказала в мою сторону Марша, одетая в новое песочного цвета ханьфу. Это уже третий ее наряд за

этот Турнир, она что, притащила с собой всю гардеробную?

– Готова всегда и ко всему, Фейу, - я демонстративно щелкнула кольцами в ответ.

– Твоя... подружка не просветила тебя, что мастера снимают кольца, когда творят что-то

поистине возвышенное?
– язвила она.

– А я не мастер, - я щелкнула кольцами ещё раз, - не ученик, и вообще не художник. И

насчет чего-то возвышенного... не обманись в ожиданиях.

– Дамы и господа, объявляю начало второй дисциплины в рамках поединка. Искусство

живописи, - распорядитель картинно взмахнул рукавами, похожий на большую толстую

неповоротливую птицу с пурпурными крыльями.
– Образы, которые вы должны

запечатлеть на картинах - это жизнь, для первой работы, и смерть во второй. Постарайтесь