Чтение онлайн

Вы явно изображали что-то другое, - он кивнул в ту сторону, куда я забросила мятый шарик.

– Я изменила мнение, и решила продемонстрировать свой новый, ещё не испытанный метод

живописи, широкой публике. Сир Садо, примите заявку, или я буду расценивать это как факт

преднамеренного затягивания времени, и отсутствие судейской беспристрастности, -

надавила я. Песчинки продолжали падать быстро-быстро.

– Хорошо, леди Блау. Вы осознаете ответственность. Внесите заявку в протокол Турнира, -

он недовольно скривился, но махнул в сторону распорядителей.

Леди Фелисити порывалась что-то сказать, но я качнула головой отрицательно – нет времени. Псаков Акс не указал точно в Вестнике, когда начинаются эти так необходимые

ему двадцать мгновений.

Один из распорядителей лично преподнес мне свиток с вензелем кернского Турнира, ещё

девственно чистый, моя заявка была первой в этом году, и я поставила оттиск печатью на

родовом кольце.

Толстяк в пурпурном переводил взгляд с меня на Садо, пока тот, наконец не взмахнул рукой.

– Заявка принята, прошу, - распорядитель посмотрел наверх на проекцию песочных часов

в небе, и констатировал, - у вас осталось целых пять мгновений.

Пять мгновений - это много, этого хватает, чтобы активировать боевую формацию. И

успеть заготовить пару-тройку плетений про запас. А уж чтобы намалевать простую хрень

на белом листе, этого времени мне хватит с избытком.

Слуги уже заменили лист, закрепив новый на мольберте. Чаш, реторт, вообще ничего

подходящего вокруг не было, поэтому я просто выплеснула воду из миски, где споласкивали

кисти, прямо на сцену.

Миска - есть. Я закатала рукава ханьфу, отстегнула алхимический кортик, с которым не

расставалась практически никогда, и, сдвинув браслет, чиркнула по руке, дожидаясь, пока

крови накапает достаточно.

Трибуны загудели разом, молча зашевелились судьи, и даже Садо, и тот подался вперед,

наблюдая за процессом. Мне было все равно. Шансы, что сработает прочитанный

единожды метод Закери, были мизерными, я собиралась просто тянуть время.

Я выплела малое исцеляющее, чтобы закрыть царапину, выбрала самую широкую кисть и

просто начала закрашивать весь мольберт красным, от и до. Красная тушь была разрешена,

значит, цвет крови точно не выходит за рамки правил. Будем считать, что я использую

новый состав краски.

Песчинки были ко мне беспощадны, я прямо чувствовала, как истекает время.

Наконец, лист был готов, покрашенный ровно, блестящий хищной алой влажностью.

– Одно мгновение. Заканчиваем работу, - голос распорядителя прозвучал сбоку от сцены.

Мне хватит и половины мгновения.

Нужно что-то придумать, чтобы связать это с образом смерти. Таяли последние песчинки, и

я, быстро обмакнув кисть в черную тушь, начертала поверх красного фона четыре цифры.

2446. Лист был мокрым, поэтому числа немного стекли вниз, расплываясь каплями.

Гонг прозвучал на долю мгновения позже, чем я отложила кисть на подставку. Я облегченно

выдохнула - успела.

– Я бы хотел изменить порядок, - Садо подскочил в кресле и буквально лучился от

предвкушения.
– Первая очередь - леди Блау. Это такой волнительный момент, - клянусь,

он захихихал, - открытие нового метода в живописи. Первая заявка за этот Турнир. Я

надеюсь, все поймут мое нетерпение, - он пробежался веселым взглядом по хмурым

судьям, и хлопнул в ладоши.
– Прошу вас, не томите нас больше. Нам просто не терпится

узнать, что же такое можно создать за пять мгновений.

Нэнс была не права. Садо не петух. Садо - козел. Просто высокомерный козел, который не

способен видеть дальше своего носа.

Штатный маг в синей форме кернской Академии бодрой рысью подбежал ко мне, щелкнул

кольцами, и огромная проекция моего творения взвилась на полем. Ярко-алый, с

начинающими подсыхать потеками лист, и черные цифры посередине - 2446.

Трибуны молчали, видимо действительно есть какой-то предел, когда приедается даже

фарс, и сил изумляться не остается.

– Потрясающе, - Садо продолжал издеваться, - просто изумительно. Какая глубина, какая

глубокая идея. Леди Блау, поделитесь с нами, что именно вдохновило вас на создание

очередного... шедевра? Что именно здесь отражает понятие смерть?

– Смерть - значит, все умерли. Кровь. Много смертей - много крови. Все в крови, - я

пожала плечами. Это лучшее из того, что я могла придумать.
– Я решила продолжить идею

из музыкального выступления, цифры - это год кампании Смерти.

– А художественные потеки туши видимо символизируют..., - Садо сладко улыбнулся.

– ... реки крови, - поддержала я.

– Я бы очень хотел пообщаться с вашим Наставником, по поводу его методов преподавания

высоких искусств, - издевательски процитировал он слова мистрис Айрель почти дословно.

– К моему глубочайшему сожалению - это невозможно. Наставник нас покинул, - с

фальшивой печалью я развела руками.

– Как? Он умер?
– Садо картинно схватился за грудь.
– Это печально. Не дожил до белой

мантии ученицы...

Козел. Но идею можно использовать. Виртасу все равно не холодно, не жарко, если они

решат, что этот экспромт я создавала под его руководством. Светлых можно ненавидеть долго и со вкусом.

– Вернулся в Светлый Предел, - спокойно ответила я с улыбкой.

Садо скривился. Светлые всегда и во всех искусствах превосходили темных. Казалось, на

генетическом уровне у них проявляется как врожденное высокомерие, так и талант дудеть и

играть на всем, что может издавать хоть какие-то звуки. Крайне редко, когда у Виртаса было

осеннее настроение петь, все поместье по негласной договоренности, стекалось в его