Чтение онлайн

– Передай мистеру Хитклифу, – спокойно проговорил он, – что сын его прибудет на «Грозовой перевал» завтра. Он уже лег и слишком устал, чтобы ехать в такую даль. Еще можешь передать, что мать Линтона пожелала оставить ребенка под моей опекой, и в данный момент его здоровье очень слабое.

– Нет уж! – воскликнул Джозеф, стукая палкой по полу и напуская на себя важный вид. – Что за ерунда! Хитклифу нет дела ни до матери, ни до вас. Ему нужен сын, и я должен его забрать – так-то!

– Не сегодня, – решительно ответил Линтон. – Ступай и передай своему хозяину, что я сказал. Эллен, проводи. Ступай!..

Подхватив возмущенного старика под руку, он вывел его из комнаты и закрыл дверь.

– Та-а-ак, значит?! – крикнул Джозеф, медленно пятясь. – Завтра он явится лично, и попробуйте-ка вышвырнуть вон его!

Глава XX

– Поскольку мы больше не в силах влиять на судьбу Линтона, ты не должна рассказывать моей дочери, где он находится: отныне они не смогут видеться, поэтому лучше ей не знать, что он живет поблизости, иначе будет рваться на «Грозовой перевал». Скажи просто, что за ним послал отец и ему пришлось уехать.

Линтон очень не хотел вставать с постели в пять утра и весьма удивился, когда узнал, что ему снова надо куда-то ехать, но я смягчила пилюлю, объяснив, что он немного погостит у своего отца, мистера Хитклифа, который так жаждет его повидать, что решил не дожидаться, пока тот оправится от дальнего путешествия.

– Вот это да! – вскричал мальчик в полном недоумении. – Мама никогда не говорила, что у меня есть отец! Где он живет? Я бы лучше остался у дяди.

– Он живет совсем недалеко от усадьбы, – ответила я, – вон за теми горками: здесь близко, и вы сможете прогуляться к нам в гости, когда окрепнете. Вы должны радоваться, что возвращаетесь домой и увидитесь с ним. Вам нужно попытаться его полюбить, как свою мать, и тогда он полюбит вас.

– Отчего я не слышал о нем раньше? – спросил Линтон. – Почему они с мамой не жили вместе, как другие люди?

– Дела держали его на севере, – сочиняла я, – а здоровье вашей матери требовало, чтобы она жила на юге.

– Почему мама о нем не рассказывала? – продолжал недоумевать ребенок. – Она часто говорила про дядю, и я давно его полюбил. Как же мне любить папу? Я ведь его совсем не знаю.

– Все дети любят своих родителей! – заверила я. – Может, ваша мать думала, что вы будете сильно скучать, если говорить о нем часто. Давайте поспешим! Ранняя поездка в прекрасное утро стоит лишнего часа сна!

– Та девочка, что я видел вчера, с нами поедет? – спросил Линтон.

– Не сейчас.

– А дядя?

– Нет. Сопровождать вас буду я.

Линтон откинулся на подушку и погрузился в мрачное раздумье.

– Без дяди не поеду! – наконец вскричал он. – Поди разберись, куда ты меня везешь!

Я попыталась его убедить, что проявлять нежелание встречаться с отцом нехорошо, и все же он наотрез отказывался одеваться, пришлось позвать на помощь хозяина, чтобы выманить его из постели. В конце концов беднягу удалось спровадить, наобещав ему с три короба лживых посулов: это все ненадолго, мистер Эдгар с Кэйти его непременно навестят, и прочие, не менее беспочвенные заверения, которых я напридумывала целую кучу и повторяла всю дорогу. Вскоре свежий воздух, аромат цветущего вереска, яркое солнышко и мягкая поступь Минни развеяли его тревогу. Мальчик начал живо интересоваться своим новым домом и его обитателями.

– «Грозовой перевал» – такое же приятное место, как «Долина дроздов»? – спросил он, бросив последний взгляд в долину, где поднимался легкий туман, сгущаясь в пушистое облачко на краю небосклона.

– Дом не особо утопает в деревьях, – ответила я, – и не такой большой, зато оттуда открывается прекрасный вид на окрестности, и воздух там для вас полезнее – более сухой и свежий. На первый взгляд здание кажется старым и темным, но это вполне приличный дом – лучше него только наша усадьба. И вам будет так славно гулять по пустошам! Гэртон Эрншо – другой кузен мисс Кэйти, да и ваш в некотором роде – покажет вам самые приятные местечки, в хорошую погоду вы сможете брать с собой книгу и учиться в зеленой лощине как в классе, и еще дядя время от времени будет присоединяться к вам на прогулках – он часто бродит по холмам.

– А как выглядит мой отец? – спросил мальчик. – Такой же молодой и красивый, как дядя?

– Молодой, – кивнула я, – только волосы и глаза у него черные, на вид он чуть суровее, повыше и пошире в плечах. Вероятно, поначалу вам может показаться, что мистер Хитклиф не столь мягок и добр, и все же держитесь с ним откровенно и доброжелательно, и тогда он полюбит вас больше всякого дяди, ведь вы ему родной сын!

– Черные волосы и глаза! – удивился Линтон. – Даже представить себе не могу. Получается, я на него совсем не похож?

– Не очень, – ответила я, а про себя подумала: «Ни капли!», с сожалением разглядывая бледное лицо и щуплую фигурку моего спутника, большие глаза с поволокой – глаза матери, которым так не хватало ее искрометного задора – в них иногда вспыхивала искорка болезненной раздражительности, не более того.

– Как странно, что он никогда нас с мамой не навещал! – пробормотал Линтон. – Он вообще меня видел? Если только в моем глубоком детстве… Совсем его не помню!

– Знаете, мистер Линтон, три сотни миль – порядочное расстояние, и для взрослого человека десять лет могут пролететь очень быстро, в отличие от вас. Вероятно, мистер Хитклиф собирался к вам съездить, да все откладывал – удачной возможности не подворачивалось, а теперь уже слишком поздно. Не донимайте его такими вопросами – только расстроите. Оно вам надо?

Остаток пути, до самых ворот фермы, мальчик был полностью занят своими размышлениями. Я наблюдала за его лицом, чтобы уловить первое впечатление. Он мрачно изучил резьбу на фасаде и узкие решетчатые окна, разросшиеся кусты крыжовника и скрюченные ели, неодобрительно покачал головой: снаружи новое жилище ему совсем не приглянулось. Линтону хватило ума повременить с жалобами: внутри его упования могли и оправдаться. Не дожидаясь, пока он спешится, я прошла вперед и открыла дверь. Пробило половину седьмого, домашние только закончили завтракать: служанка убирала грязную посуду и стирала со стола. Джозеф стоял возле стула хозяина, рассказывая про охромевшую лошадь, Гэртон готовился к покосу.

– Здравствуй, Нелли! – воскликнул Хитклиф, завидев меня. – Я уж боялся, что придется ехать за своим добром самому. Привезла? Давайте поглядим, на что оно годится.

Он встал и поспешил к двери, Гэртон с Джозефом следом, разинув рты от любопытства. Бедняжка Линтон испуганно оглядел незнакомые лица.

– Все ясно, – заявил Джозеф, мрачно проведя осмотр, – нам подсунули девчонку!

Повергнув сына в крайнее замешательство своим пристальным взглядом, Хитклиф презрительно рассмеялся.

– Боже! Что за красотка! Само очарование! – воскликнул он. – Нелли, никак его взрастили на слизняках и простокваше? Будь я проклят! Такого даже я не ожидал, хотя дьявол знает, на многое я не рассчитывал!

Я велела дрожащему растерянному ребенку спешиться и идти в дом. Он не особо понял, о чем говорил отец, к нему относились странные высказывания или нет – он даже не был до конца уверен, что мрачный насмешливый незнакомец – его отец. С растущей тревогой он вцепился в меня и, когда мистер Хитклиф уселся и велел ему подойти ближе, уткнул лицо в мое плечо и заплакал.