Гуси к чужому обеду
Шрифт:
– Метр - это сколько?
– спросила собеседница.
– На три дюйма больше ярда, - объяснил Боксон.
– Метр!
– вдруг захихикала другая барышня.
– Метр для дураков!
– и обе залились смехом. Алкоголь подействовал на них однозначно.
– Где вы живете?
– спросил Боксон.
– Сегодня мы живем в Лондоне!
– девчонки пытались острить и своим шуткам безумно радовались.
– Понятно!
– сказал Боксон, и шепотом, на ухо, спросил Киффа: - У тебя нет ничего поприличней?
– Есть!
– прошептал Кифф.
– Но не сегодня - ты появился слишком неожиданно. Рядом с нами отель "Раджастан", там можно снять номер на ночь, бери себе любую из этих, завтра приходи сюда...
– Договорились!
– сказал Боксон. Он положил руку на плечо сидевшей поближе: - Пойдем, уже поздно...
– Куда?
– юная мисс исполнила непонимание.
– Домой, естественно, в Лондон!..
– А я?
– её подруга изобразила озабоченность.
– Мой друг Барни о тебе позаботится!
– успокоил её Боксон.
...Спутницу Боксона звали Сэлли. "Это от полного имени Селеста" объяснила она. В отеле "Раджастан" борющийся со сном пакистанец выдал им ключи от номера.
– Шампанское?
– предложил этот достойный портье.
– В следующий раз, - ответил Боксон.
Пакистанец прикрыл рукой зевающий рот и указал направление:
– Второй этаж, направо. Лифт по ночам не работает...
– Напрасно!..
– справедливо заметил Боксон.
Пакистанец снова зевнул и молча пожал плечами. Да и что он мог сказать?
В номере большую часть пространства занимала двуспальная кровать. Сэлли сбросила свою кожаную куртку на пол, и Боксон увидел белый атласный бюстгальтер с желтыми следами пота.
– Я пойду в душ, - сказала Сэлли, и перешагнула через упавшую расстегнутую юбку.
– Я подожду, - отозвался Боксон.
...Ближе к утру, когда ночь сменилась предрассветными сумерками, он проснулся от движения вставшей с кровати Сэлли. За последние годы у Боксона выработался очень чуткий сон - он мог проснуться даже от внезапно наступившей тишины. Сквозь ресницы он увидел, как Сэлли осторожно подошла к его висевшему на стене пиджаку и вынула из внутреннего кармана портмоне. Боксон ещё в юности усвоил правило: деньги в портмоне - это деньги для вора, поэтому он с любопытством наблюдал, как Сэлли завладела несколькими купюрами и озадачилась их малым количеством.
– Ты, конечно, мне не поверишь, - громко произнес Боксон, и Сэлли вздрогнула от неожиданности, - но я однажды видел, как за точно такие же действия одной глупой девке распороли живот. Она умерла только через семь часов.
(Боксон умолчал о подробностях - та несчастная проститутка из Пуэрто-Барриаса не просто умерла, а была добита выстрелом в голову, когда обворованный ею офицер гватемальской гвардии счел меру наказания удовлетворительной, и проявил великодушие истинного гватемальского кабальеро.)
– Не подходи ко мне, или я закричу!..
– быстро проговорила Сэлли, и Боксон засмеялся - голая мисс с зажатыми в кулачке фунтами стерлингов и испуганным выражением на лице выглядела, безусловно, комично.
– Неужели ты всерьёз думаешь, что в этом термитнике кто-то придет тебе на помощь?
– сказал Боксон, не вставая с постели.
– У тебя в руке всего десять фунтов - ты готова рискнуть ради этой суммы?
– Я все отдам, вот...
– она положила деньги на столик.
– Не бей меня, пожалуйста...
– Одевайся и уходи! У меня завтра, - Боксон глянул на часы, - точнее, сегодня, много дел, мне надо выспаться...
Уже одевшись, Сэлли спросила:
– Можно взять сигарету?
– Возьми всю пачку, - ответил Боксон, - и в следующий раз не будь такой дурой... Приходи в "Катангу" - с тобой все-таки было интересно!..
Боксону вспомнилось, как полгода назад, в Манагуа, местная проститутка перерезала горло неосторожно заснувшему американскому журналисту - наивный американец полагал, что паспорт с белоголовым орлом на обложке дает ему гарантию неприкосновенности...
...Секретарь лондонского клуба дзю-до "Северный меч", крупная дама с коротко подстриженными ногтями на коротеньких сильных пальцах, с сомнением посмотрела на старый парижский диплом Боксона, подтверждающий его право на ношение черного пояса.
– Обычно мы не принимаем заграничные сертификаты...
– проговорила секретарь.
– А если я внесу не только вступительный взнос, но и членские взносы за два года вперед?
– спросил Боксон.
– В таком случае мы можем сделать исключение!
Боксон заполнил необходимую анкету, выписал чек. Секретарь открыла стенной шкаф:
– Если желаете, можете приобрести сувениры с символикой нашего клуба...
Боксон рассмотрел значки, плакаты, флаги разных размеров, нашивки, и остановил взгляд на металлических пуговицах.
– Я бы хотел купить пуговицы для блейзера.
– Сегодня у нас имеется несколько видов: алюминиевые, латунные, медные и серебряные.
Покойный дед Чарльз Боксон, грузчик лондонского порта, однажды рассказывал своему внуку Чарли, что ещё в начале века уважающие себя морские капитаны на парадных мундирах носили пуговицы из настоящего золота.
– Я покупаю серебряные!
– сделал свой выбор Боксон.
– Хорошие спортивные пиджаки продают на Пэлл-Мэлл.
– сообщила секретарь, упаковывая выбранный комплект.
– Также у нас имеются кимоно с символикой клуба - все размеры. На какое время вы предпочитаете тренировки?
– До полудня, часов с десяти до двенадцати, два раза в неделю...
– То есть исключительно для поддержания формы.
– сделала вывод секретарь.
– У нас проводятся ежемесячные внутриклубные соревнования, не желаете ли принять участие?
– Откровенно говоря, меня больше интересуют занятия по прикладному джиу-джитсу...
– В таком случае вам следует записаться в группу мастера Фрэйнса, он проводит утренние занятия по средам и субботам. У вас есть свое кимоно?
– Нет, я покупаю у вас.
В раздевалке Боксон переоделся, завязал пояс белого цвета - пояс для начинающих дзюдоистов. Его парижский тренер, мастер Хаката, японец из Иокагамы, говорил: "Если вы достигли черного пояса, можно не стесняться носить белый".