Harlow Hemmings
Шрифт:
Но этот парень был другим, совершенно другим. Люк, стоящий сейчас рядом со мной, был привлекательным мужчиной с широкими плечами и мускулистой грудью под белой футболкой, и даже его взгляд был мне незнаком. Брат выглядел таким… взрослым. Правда ему было уже двадцать, так что я поняла, что давно прошло время, когда я была старшей сестрой, к которой он мог обратиться за поддержкой.
Мы молчали, пока шли к моей машине.
– Куда? – задал он вопрос, одновременно выхватывая ключи из моей руки.
– За рулем буду я, - шипя, я пыталась получить свои ключи обратно, но, задорно улыбаясь, он просто поднял руку повыше. – Ты ведешь себя по-детски, Люк, - фыркнула я, признавая поражение: не устраивать же семейные разборки на стоянке перед компанией Стайлса. – Хочешь, заглянем в «Паб» к Норе и что-нибудь поедим там?
– Другие варианты имеются? – спросил он, когда мы заняли свои места в машине.
– Мы можем поехать в дом у озера, где я сейчас живу. Тогда приготовлю обед я, и мы тоже сможем поговорить.
– Хорошо, тогда дом у озера. Направляй меня.
Час спустя я уже находилась на кухне, переодетая в черные тренировочные брюки и белую майку, и помешивала суп в кастрюле. Маринованный стейк с картофелем фри занял свое место в духовке, а я рассеянно дожевывала кекс, один из приготовленных сегодня утром Гарри. Я по-прежнему не могла поверить, что доносящиеся из ванной звуки вызваны моим братом. Парень так давно пропал, что я уже отчаялась встретиться с ним в ближайшее время и, определенно, не при таких обстоятельствах. Я не понимала, как он попал в этот город, и знает ли что-нибудь о Ханне или о Смите.
Скрип половиц вырвал меня из моих мыслей, и я повернулась на звук – Люк сменил футболку, а его волосы все ещё поблескивали влагой.
– Черт, как же хорошо снова оказаться в душе с реальными дверями, - улыбнулся он мне.
Это несколько ошеломило, но я улыбнулась в ответ.
– Знаю, это не то, к чему мы привыкли, но дом довольно неплохой, - пролепетала я, чтобы заполнить неловкое молчание. – Я тут сварила тебе кофе, так что ты можешь перехватить пару кексов, пока не будет готов обед.
– Не знал, что ты умеешь печь, - заметил он удивленно, надкусывая один. – Ничего себе, это действительно вкусно.
Я не хотела говорить о настоящем создателе этих маленьких шедевров, поэтому просто сменила тему.
– Ты изменился, Люк, - я осторожно улыбнулась.
– Харлоу, моя девушка умерла, - он не смог скрыть расстроенное лицо.
Я растерялась - мы так быстро добрались до серьезных вещей.
– И как это произошло? – наблюдая за братом, прислонившимся к шкафу, я пыталась вести себя раскованно.
– Думаю, ты уже все знаешь.
– Я хочу услышать это от тебя.
– Боже, Харлоу, умерь свой пыл! – неожиданно вскрикнул он, сжав ладонями виски. – Я не могу вывалить все через секунду после нашей встречи, - простонал он со вздохом.
– Я просто хочу помочь.
– Знаю, но теперь я сам выбираю свой путь, и ты не можешь спасти меня, как раньше, - он подошел ближе, чтобы обнять меня.
Внезапная смена его настроения озадачила.
– Люк, - я начала вырываться из его рук, с подозрением заглядывая ему в глаза. – Что с тобой? Ты… – но промелькнувший на его лице гнев помешал мне закончить фразу.
– Ты думаешь, что я принял наркотики, пока был наверху? – разъяренный, он отошел от меня. – Вот как теперь все будет?! Ты будешь кружить около меня, словно я бомба замедленного действия?! Будешь спрашивать о каждом моем шаге, каждом движении?!
– Нет, Люк… И в мыслях не было такого, - выходило грустно, – просто хочу, чтобы ты со мной поговорил.
– Что именно ты хочешь знать? – усмехнулся он, делая большой глоток кофе.
– Все, - я сложила руки на груди. – Начиная с того, где тебя весь год черти носили, заканчивая появлением в офисе!
Он нерешительно посмотрел на меня.
– Меня и впрямь носило, как перекати-поле, в попытках выяснить смысл моего существования, - вздохнул он. – Потом я встретил Бьянку и подумал, что уж теперь-то все будет хорошо. Она познакомила меня с важными людьми, и я готовился к своей первой выставке. Один её знакомый, мистер Ирвин… - он нахмурился, концентрируясь. – Он стремился помочь мне с моей карьерой, ведь мои мечты вот-вот должны были стать явью, и я был счастлив, и хотел, чтобы вы с Бьянкой мной гордились.
Он замолчал, изучая полупустую кружку в руках.
– Но по мере приближения даты открытия выставки я начал ловить себя на том, что замираю над чистыми холстами с кистью в руках и ничего не могу нарисовать. В общем, за две недели до выставки не было ещё ни одной готовой картины, которую я мог бы отдать в галерею. Хорошо помню ту ночь: Бьянка как раз кричала, что я упускаю самую большую возможность в своей жизни, когда раздался стук в дверь. Это был мистер Ирвин, приехавший проверить, как идут мои дела. Он увидел мое состояние, и… дал мне какие-то таблетки, сказав, что это витамины, которые помогут мне сконцентрироваться.
– И ты ему поверил? – я уже знала ответ.
– Нет! Но потом, когда мы с Бьянкой опять стали ругаться, разозлившись, я их принял. И… Я снова смог рисовать. И это было удивительно, - он закрыл глаза на секунду. – Выставка прошла хорошо, я получил несколько отличных предложений, и эти таблетки снова мне понадобились. Мистер Ирвин всегда был рядом, чтобы помочь мне. Я и не знал, что Бьянка была наркоманкой. Весь год прошел в работе, я был в центре внимания… Бьянка постоянно была рядом. А однажды я пришел домой и нашел ее… – балансируя на грани слез, он с трудом сглотнул комок в горле. – Следующее, что я помню – сижу в комнате с двумя следователями, задающими такие вопросы, на которые я не могу ответить. Я просто ненавидел все это. Они хотели, чтобы я признался в том, что сделал с ней что-то…
Я уже стояла рядом с братом, крепко обнимая.
– Хотел позвонить тебе, но твой мобильник был вне зоны доступа, поэтому я позвонил маме. И она приехала, чтобы сообщить мне, что ты пропала, и что она не в состоянии нанять мне хорошего адвоката. Я был почти готов смириться со своей участью, пока в один прекрасный день в моей камере не появился Найл Хоран. Теперь я здесь, все еще смущенный и озадаченный. Я почти уверился, что ты мертва, но вдруг вижу, как ты входишь в кабинет жениха Ханны.